70 лет спустя память о жертвах нацистов всё ещё разобщает некоторых итальянцев, а других — объединяет. Перевод Игоря Файвушовича

This post has been viewed 707 times

70 лет спустя память о жертвах нацистов всё ещё разобщает некоторых итальянцев, а других — объединяет
http://www.tabletmag.com/jewish-news-and-politics/166810/ardeatine-caves-massacre

Рут Эллен Грубер
 Жертвами убийств в Ардеатинских Пещерах стали партизаны, евреи и народный герой из Сардинии Гэвин Де Лунас

Перевод с английского Игоря Файвушовича

На виа Раселла в Риме, в окружении немецких и итальянских фашистских солдат, лежит тело после партизанской атаки 23 марта 1944 года. (Deutsches Bundesarchiv из Wikimedia Commons)

На это убийство ушли часы. Итальянцы, схваченные и распределённые офицерами СС на группы по пять человек, были выстроены и расстреляны с близкого расстояния в Ардеатинских Пещерах, заброшенном карьере пуццолана (пемза или вулканический пепел – И.Ф.) на юго-восточной окраине Рима, в общей сложности – 335 человек. Эта резня была местью за нападение партизан в центре Рима 23 марта 1944 года, которое оставило после себя 33 трупа немецких полицейских. Уже на следующий день, гитлеровское командование в оккупированном городе приказало расстрелять по 10 итальянцев за каждого немца.

Мужчины и мальчики, которых они привели к Ардеатинским Пещерам, представляли собой срез итальянского общества. Среди них были офицеры, служащие, мясники, профессора, юристы, крестьяне, лавочники, плотники, уличные торговцы, студенты, водители, художники и даже один католический священник. Самому старшему было 70 лет; а самым молодым был подросток. Немцы переусердствовали и привели на пять человек больше, чем было приказано, но, тем не менее, их убили, чтобы сохранить этот расстрел в тайне.

Некоторых из них взяли из тюрьмы, куда они были посажены за участие в Движении сопротивления, но многие других просто схватили с улицы, чтобы пополнить количество, и увезли в Пещеры. Около 75 из убитых были евреями, некоторые из них уже были заключены в тюрьму по разным причинам, но другие были невиновными, просто арестованными на улицах; по извращенной логике нацистов, евреи это – участники честной игры, так как на них в любом случае была печать смерти.

Жертв сталкивали в кучки, каждую группу заставили стать на колени со связанными за спиной руками, перед последним залпом по «квинтету». Когда всё было кончено, нацисты взорвали входы, чтобы закрыть пещеры. Тела были эксгумированы после войны, опознаны и перезахоронены в мемориале на месте убийства, в настоящее время наиболее печально известного злодеяния нацистов, совершенного в Италии.

Эти жертвы часто описывают как мучеников, и годовщина их смерти отмечается каждый год торжественными памятными мероприятиями. Но сегодня, 70 лет спустя, этот эпизод всё ещё разобщает итальянцев, некоторые из которых считают партизан, которые нападали на немецкую полицию, героями-антифашистами, а другие возлагают на них вину за причину ответных убийств в Пещерах. Это, как описал его учёный Алессандро Портелли, – «впечатляющее и зачастую неправильно трактующееся событие».

Страсти вспыхнули в октябре прошлого года, когда Эрих Прибке, бывший капитан СС, помогавший организовать эти убийства и лично застреливший, как минимум, две жертвы, умер в Риме. Прибке, который был обнаружен живущим в Аргентине, и был депортирован в Италию в 1995 году, отбывал пожизненное заключение под домашним арестом за его роль в тех расстрелах. Он дожил до 100 лет, и он совершенно не раскаивался и не сожалел о содеянном. В видеоинтервью по случаю своего дня рождения, данном за несколько месяцев до смерти, он провозгласил себя всё ещё верным нацистской идеологии, обвинил самих евреев в Холокосте и отрицал существование нацистских газовых камер, заявив, что Запад «изобрёл» эту легенду в качестве пропаганды в для того, чтобы обелить свои преступления во Второй мировой войне.

Ватикан наложил беспрецедентный запрет на проведение отпевания по нему в Риме, а Аргентина и Германия отказались принять его тело для погребения, опасаясь, что его могила может стать местом паломничества неонацистов.

Ультратрадиционалистская католическая группа, отколовшаяся в «Общество святого Пия X», в конечном итоге, организовала похороны за пределами Рима, но это событие вызвало гневные столкновения между настроенными про-Прибке и сочувствующими нацистам и сотнями протестующих, кричавших: «убийца!» и «палач!». В конце концов, это вынудило приостановить его похороны. Тело Прибке оставалось в «подвешенном состоянии» в течение нескольких дней на военно-воздушной базе, а затем, по сообщениям СМИ, было анонимно захоронено на заброшенном кладбище в неустановленной итальянской тюрьме.

В декабре, я посетила женщину по имени Барбара Коул, которая живёт, работая на полставки, недалеко от маленького городка Тоди, в центральной Италии. За завтраком, она рассказала истории своей семье и, особенно, о её деде, колоритном народном герое Сардинии, истории жизни которых были составлены из семейных документов и других источников.

Gavino de Lunas

Гэвин Де Лунас (Фото любезно предоставлено автором)

Отец Коула был британским лётчиком, который встретил её мать, местную королеву красоты, когда находился в Сардинии после Второй мировой войны. Сама Коул выросла в Англии и только в последние годы начала изучать своё сардинское наследие.

Отец её матери, как она рассказала, был известным сардинским поэтом и исполнителем народных песен по имени Гэвин Луна, который взял сценический псевдоним Гэвин Де Лунас. Хотя мало известный за пределами Сардинии, он был известен на самом острове, особенно в его родном городе Падрии. Гэвин записывал пластинки, играл на гитаре, был сфотографирован одетым в традиционный сардинский народный костюм, в феске с кисточками на голове. Он опубликовал свои тексты в печати.

Днём он работал на итальянской почтовой службе, базирующейся в почтовых отделениях в городах Кальяри, Акуила и Рим. Он был ранен в боях за Италию в Первой мировой войне, а во время Второй мировой войны дед работал в Риме в организации подпольного антифашистского сопротивления. В начале 1944 года Гэвин служил на главпочтамте Рима, но он также тайно помогал осуществлять диверсии, такие как перерезка телефонных линий и установка взрывчатки – «Он весь был охвачен ненавистью из-за того, что немцы захватывают всю его страну», – рассказала Коул.

Гэвин был арестован 26 февраля 1944 года, когда немецкая полиция провела обыск в квартире, где он проживал с двумя друзьями, которые также работали в Движении сопротивления, и, по словам Коул, его предал один из сардинских соотечественников. Один друг был застрелен, а другой бежал. Гэвина доставили в печально известную тюрьму при штаб-квартире СС на виа Тассо, где его пытали. Менее чем месяц спустя, он был среди тех, кого загнали в Ардеатинские Пещеры. В то время ему было 48 лет, и он был одним из девяти убитых сардинцев в Пещерах. В списках жертв он идентифицируется как работник почтамта, а не как музыкант.

В отчёте коронера (следователя, ведущего дела о насильственных или скоропостижных смертях – И.Ф.), выпущенном несколько месяцев после бойни, когда тела были эксгумированы, и перепечатанном в биографии Гэвина, опубликованной в Сардинии в 2005 году, он был назван как «Тело 59». Там сказано, что он был найден лежащим на правом боку, с руками, связанными за спиной. На нём были чёрные кожаные ботинки с резиновыми подошвами, и у него была верхняя вставная челюсть. Его штаны держались на двух носовых платках, связанных вместе. У него были чёрные, гладкие волосы, которые были «достаточно длинными». Причиной смерти была пуля, которая прошла из входной раны на затылке через его череп.

– «Мы осознали очень рано, что он умер в Пещерах», – рассказывает Коул, но до недавнего времени она не знала о нём почти ничего, за исключением того факта, что он был певцом. – «Он не вращался в среде наших родичей, и моя мать никогда не знала его», – вспоминает Коул– «У нас были его записи, и мы иногда слушали их; моя бабушка слушала его музыку и плакала. Такова эта семейная история, и невозможно подтвердить-то, что он на самом деле задохнулся в Пещерах под тяжестью других трупов, расстрелянных вслед за ним».

Коул дала мне доступ к коробкам с документами о Гэвине, которые она унаследовала от своей тёти, умершей в 2007 году. Я провела несколько часов, просеивая пожелтевшие документы, отчёты, газетные вырезки, письма, свидетельства, фотографии и другие материалы. Один из документов был машинописным свидетельством очевидца ареста Гэвина, написанным его другом, которому удалось бежать от нацистов. Другой был официальным уведомлением о его смерти, выпущенным Министерством почты и связи. Другой документ опознал его как «партизанского бойца, павшего в борьбе за освобождение». Были также копии записи контрактов на записи, стихи и компакт-диски, сделанные по его песням.

Тело Гэвина Де Лунаса всё ещё покоится вместе с другими жертвами под гранитной плитой на мемориальном кладбище, которое является частью монумента «Ардеатинские Пещеры». Но, как сказала мне Коул, одной из её целей является эксгумация и перенесение его останков для перезахоронения в Падрию; она купила участок на местном кладбище и этим летом планирует начать строительство семейного склепа. Для осуществления этого, она имеет поддержку городских властей Падрии, которые с 2000 года проводят ежегодный конкурс поэзии и фестиваль имени Гэвина. – «Они очень заинтересованы», – считает Коул, – «чтобы сохранить память о нём».

Рут Эллен Грубер часто пишет на темы еврейского культурного наследия и координирует работу вебсайта «Еврейское наследие Европы». Её Twitter: @ ruthellengruber.

Share