Осип Мандельштам. Кому зима — арак и пунш голубоглазый…

Кому зима — арак и пунш голубоглазый,

Кому душистое с корицею вино,

Кому жестоких звезд соленые приказы

В избушку дымную перенести дано.

Немного теплого куриного помета

И бестолкового овечьего тепла;

Я все отдам за жизнь — мне там нужна забота, —

И спичка серная меня б согреть могла.

Взгляни: в моей руке лишь глиняная крынка,

И верещанье звезд щекочет слабый слух,

Но желтизну травы и теплоту суглинка

Нельзя не полюбить сквозь этот жалкий пух.

Тихонько гладить шерсть и ворошить солому,

Как яблоня зимой, в рогоже голодать,

Тянуться с нежностью бессмысленно к чужому,

И шарить в пустоте, и терпеливо ждать.

Пусть заговорщики торопятся по снегу

Отарою овец и хрупкий наст скрипит,

Кому зима — полынь и горький дым к ночлегу,

Кому — крутая соль торжественных обид.

О, если бы поднять фонарь на длинной палке,

С собакой впереди идти под солью звезд

И с петухом в горшке прийти на двор к гадалке.

А белый, белый снег до боли очи ест.

1922

Share
Статья просматривалась 371 раз(а)

1 comment for “Осип Мандельштам. Кому зима — арак и пунш голубоглазый…

  1. Виктор (Бруклайн)
    30 апреля 2020 at 17:36

    Осип Мандельштам

    Кому зима — арак и пунш голубоглазый,

    Кому душистое с корицею вино,

    Кому жестоких звезд соленые приказы

    В избушку дымную перенести дано.

    Немного теплого куриного помета

    И бестолкового овечьего тепла;

    Я все отдам за жизнь — мне там нужна забота, —

    И спичка серная меня б согреть могла.

    Взгляни: в моей руке лишь глиняная крынка,

    И верещанье звезд щекочет слабый слух,

    Но желтизну травы и теплоту суглинка

    Нельзя не полюбить сквозь этот жалкий пух.

    Тихонько гладить шерсть и ворошить солому,

    Как яблоня зимой, в рогоже голодать,

    Тянуться с нежностью бессмысленно к чужому,

    И шарить в пустоте, и терпеливо ждать.

    Пусть заговорщики торопятся по снегу

    Отарою овец и хрупкий наст скрипит,

    Кому зима — полынь и горький дым к ночлегу,

    Кому — крутая соль торжественных обид.

    О, если бы поднять фонарь на длинной палке,

    С собакой впереди идти под солью звезд

    И с петухом в горшке прийти на двор к гадалке.

    А белый, белый снег до боли очи ест.

    1922

Добавить комментарий