ЮРИЙ СМИРНОВ. ГАМЛЕТ

В нашем лагере смерти
Комендант, герр Рамме, был большой книголюб.
Говорили, что раньше преподавал драму
В одном из маленьких университетов.
Он был изобретателем метода
Полного погружения в роль
Через боль.
Был энергичен и груб
В постановках студенческого театра.
Переусердствовал.
Сидел в республиканской тюрьме,
Где в боли очень поднаторел,
Испытывая ее по желанию урок.
Мы его называли Окурок.
Небольшого роста и страшно вонял нутром.

Началось все это восьмого марта.
Комендант устроил «Заплыв Офелий»
Взяв в долг в женском лагере сто евреек,
Разодев их в конфискат батистовый,
Платья их мам,
И было ясно
Что у этих девочек не будет «потом»
Что их время кончилось на берегу ручья.
Герр Рамме каждую поучал,
Как надо правильно держать цветы,
Кричал:
«Все вы полны слепоты!
Тьмы духовной!
Глядите же, новый мир, мир огромный
Простирается перед вами!
Сахара, Атлантика , Анды!»

После их уводила на берег зондеркоманда.

Мы обязаны были смотреть,
На то, как они мимо нас проплывают.
Вода в ручье, прежде холодная и питьевая,
Навсегда стала горячей и красной.
Впрочем, это я сгущаю для ясности.
Уже вечером мы набирали ее для чая.

А над Офелиями трудились чайки
И печаные лисы.

Вднохновленный первым спектаклем,
Комендант нас построил
И сказал:
«Я знаю, что вы все гниды и крысы,
Ждущие очереди на ликвидацию.
Но я даю вам величайший шанс.
Я устраиваю перфоманс и акцию.
Я поставлю лучшего «Гамлета»
В истории человечества.
Во славу партии,
Лидера,
И новой вечности.
Все актеры получат второй хафефлокен.
После чего займемся генеральной уборкой.»

Завезли сто тонн хлорки.
Плохое начало театрального сезона.

Зона есть зона есть зона есть зона.
Периметр, пулеметы на вышках.
Где уж тут думать о высшем.
Звездное небо спрятано внутри нас,
И надежно,
Чтобы при обыске Карл или Ганс
Ничего не нашли.
Не раскрасили красными волнами.
Не сожгли в теслятнике молнией.

Мне достался Полоний.
Режиссер, герр Рамме, мне объяснил:
«Ты — не старый осел,
Ты предводитель тайных сил,
Пытающихся взять власть на континенте.
В текущем моменте
Ты разрываешь датский престол
Между Одином и Христом.
Сеешь смуту,
Ждешь армию викингов.
Имитируешь смерть,
Зелье монаха выпив.»

Я отвечал: » Герр комендант,
Я понимаю, мышленние клиповое
Порождает в мозгах свинячий вюрст.
В конце концов, все решает вкус.
Но Полоний…
Это же несчастный старик.
Дочь — ебанашка.
Сынка — парижский фрик.
Может, решим его в стиле театра кабуки?
Маска отца?
Из крапивы рубашка?
Куплеты, акробатика, фрашки?
Все эти штуки?»

Он задумался, заволновался
И на секунду меня упустил из вида.
Что мне Гекуба…
С портрета герр Лидер
Смотрел сквозь челку,
Как я четко и методично
Разбиваю башку Окурка
Ребром черного куба,
Служившего герру Рамме
В качестве пресс-папье.

Хотел бы я написать,
Что тут Фортинбрас подоспел,
Что мы повели на расстрел
Наших тюремщиков-театралов,
Что «Гамлет» наш завершился правильно,
Что мы увидели завтрашний
Утренний свет.

Но — нет.

 Image may contain: outdoor
Share
Статья просматривалась 341 раз(а)

1 comment for “ЮРИЙ СМИРНОВ. ГАМЛЕТ

  1. Виктор (Бруклайн)
    1 октября 2019 at 16:54

    ЮРИЙ СМИРНОВ. ГАМЛЕТ

    В нашем лагере смерти
    Комендант, герр Рамме, был большой книголюб.
    Говорили, что раньше преподавал драму
    В одном из маленьких университетов.
    Он был изобретателем метода
    Полного погружения в роль
    Через боль.
    Был энергичен и груб
    В постановках студенческого театра.
    Переусердствовал.
    Сидел в республиканской тюрьме,
    Где в боли очень поднаторел,
    Испытывая ее по желанию урок.
    Мы его называли Окурок.
    Небольшого роста и страшно вонял нутром.

    Началось все это восьмого марта.
    Комендант устроил «Заплыв Офелий»
    Взяв в долг в женском лагере сто евреек,
    Разодев их в конфискат батистовый,
    Платья их мам,
    И было ясно
    Что у этих девочек не будет «потом»
    Что их время кончилось на берегу ручья.
    Герр Рамме каждую поучал,
    Как надо правильно держать цветы,
    Кричал:
    «Все вы полны слепоты!
    Тьмы духовной!
    Глядите же, новый мир, мир огромный
    Простирается перед вами!
    Сахара, Атлантика , Анды!»

    После их уводила на берег зондеркоманда.

    Мы обязаны были смотреть,
    На то, как они мимо нас проплывают.
    Вода в ручье, прежде холодная и питьевая,
    Навсегда стала горячей и красной.
    Впрочем, это я сгущаю для ясности.
    Уже вечером мы набирали ее для чая.

    А над Офелиями трудились чайки
    И печаные лисы.

    Вднохновленный первым спектаклем,
    Комендант нас построил
    И сказал:
    «Я знаю, что вы все гниды и крысы,
    Ждущие очереди на ликвидацию.
    Но я даю вам величайший шанс.
    Я устраиваю перфоманс и акцию.
    Я поставлю лучшего «Гамлета»
    В истории человечества.
    Во славу партии,
    Лидера,
    И новой вечности.
    Все актеры получат второй хафефлокен.
    После чего займемся генеральной уборкой».

    Завезли сто тонн хлорки.
    Плохое начало театрального сезона.

    Зона есть зона есть зона есть зона.
    Периметр, пулеметы на вышках.
    Где уж тут думать о высшем.
    Звездное небо спрятано внутри нас,
    И надежно,
    Чтобы при обыске Карл или Ганс
    Ничего не нашли.
    Не раскрасили красными волнами.
    Не сожгли в теслятнике молнией.

    Мне достался Полоний.
    Режиссер, герр Рамме, мне объяснил:
    «Ты — не старый осел,
    Ты предводитель тайных сил,
    Пытающихся взять власть на континенте.
    В текущем моменте
    Ты разрываешь датский престол
    Между Одином и Христом.
    Сеешь смуту,
    Ждешь армию викингов.
    Имитируешь смерть,
    Зелье монаха выпив».

    Я отвечал: » Герр комендант,
    Я понимаю, мышленние клиповое
    Порождает в мозгах свинячий вюрст.
    В конце концов, все решает вкус.
    Но Полоний…
    Это же несчастный старик.
    Дочь — ебанашка.
    Сынка — парижский фрик.
    Может, решим его в стиле театра кабуки?
    Маска отца?
    Из крапивы рубашка?
    Куплеты, акробатика, фрашки?
    Все эти штуки?»/

    Он задумался, заволновался
    И на секунду меня упустил из вида.
    Что мне Гекуба…
    С портрета герр Лидер
    Смотрел сквозь челку,
    Как я четко и методично
    Разбиваю башку Окурка
    Ребром черного куба,
    Служившего герру Рамме
    В качестве пресс-папье.Хотел бы я написать,
    Что тут Фортинбрас подоспел,
    Что мы повели на расстрел
    Наших тюремщиков-театралов,
    Что «Гамлет» наш завершился правильно,
    Что мы увидели завтрашний
    Утренний свет.

    Но — нет.

Добавить комментарий