Без названия.

1.
В любом шкафу полно костей
Разломанных скелетов…
Мы возвращались из гостей.
И дело было летом.

Была там вкусная еда —
Любил хозяин траты.
И было мне 7 лет тогда.
И девять было брату.

Шутя, что истина в вине,
Мужчины много пили,
И для затравки даже мне
Немножечко налили.

Завспоминали про войну,
Был гусь огромный подан,
И потянулся я к вину
И был конечно пойман.

Сказала мама мне:»Ну вот,
Смотри на кухню выйдешь!»
А зять хозяев анекдот
Тут рассказал на Yiddish.

Был этот анекдот смешней
Наверно всех на свете.
Но стали женщины красней
Ворча «Нельзя при детях».

Хозяин так вконец размяк
Смеясь три раза кряду…
А я лишь понял слово «шмяк»,
Наверно кто-то падал…

И мать, смиряя нашу прыть,
Зовет домой, зевая,
И нас решили проводить
Две тети до трамвая.

Не одобряла мама путь
Мол на метро скорее…
И тут мы встретили толпу,
Что мучила еврея.

2.
Звучала добродушно брань,
Был слышен смех девицы сдобной,
Еврея окружала пьянь,
И мучила его беззлобно.

Жид был тщедушен, ростом мал,
Уже в предпенсионном годе,
И кажется не понимал,
Что с ним в тот вечер происходит.

А разухабистый дедок
Немузыкальным переливом
Ему пропел:»Тан-цуй жи-док»,
Но озирался тот пугливо.

Еврей что надо. В самый раз.
Чтоб вызывать и смех, и жалость.
А рядом белая в окрас
У ног к нему собачка жалась.

Смирил испуг собачий нрав,
Не веря на защиту с тыла,
Присев и мордочку задрав,
Глядела на людские рыла.

А было рыл до тридцати.
Но псине не везло в тот вечер,
И ей не удалось найти
Лица, чтоб было человечьим.

Так развлекалась, не тузя
Трусливого еврея, кодла,
И понимал я лезть нельзя,
Но и молчать уж слишком подло.

А влезу и прибьют меня,
Они ж тот час зайдутся в злобе.
Мы ж тоже были жидовня —
Я, брат и мать и тетки обе.

И рядом не было мента,
Чтоб сборище прогнать тупое.
Вся улица была пуста,
Лишь мы наедине с толпою.

Выходит пусть несет свой крест,
Даст время провести без грусти,
А как бедняга надоест,
Они его тот час отпустят.

Нет промолчу, толпу не зли
Не прокричу я им: «Не трогай»
И тетка говорит:»Пошли».
И мы пошли своей дорогой.

Когда покинул страх живот,
И я вернулся в норму малость,
Гляжу назад — там никого,
Как будто все мне показалось.

-Чего нахохлился, пострел?
Спросила тёткa виновато….
В тот день я сильно повзрослел.
Да жаль не в срок, а рановато.

Share
Статья просматривалась 186 раз(а)

11 comments for “Без названия.

  1. Борис Вайнштейн
    7 ноября 2018 at 5:34

    Да, Григорий, а спасибо то я тебе не сказал…Вот увлекся ответом.

  2. Артур Шоппингауэр
    7 ноября 2018 at 5:14

    Очень сильно, Борис. Прав Soplemennik: Да, бывало.
    Вспомнил старое. Надеюсь, что уместно.

    отвык от зимы,
    от её белоснежных красот,
    от мохнатых снежинок
    и ветра студённого от,
    и от стужи в трамваях,
    в троллейбусах, даже в метро,
    и призывов попутчиков:
    врежь ему в ухо, Петро!
    и оттаявших пальцев
    и боли, сводящей с ума,
    от сугрева гидролизным
    и пирожком из дерьма,
    от вонючих носков,
    что на рёбрах дымят батарей,
    и от шопота: слышали,
    этот Высоцкий – еврей?

    • Борис Вайнштейн
      7 ноября 2018 at 5:33

      >и от шопота: слышали,

      Спасибо большое, Артур.
      Очень хорошее стихотворение.

  3. Григорий Вольф
    7 ноября 2018 at 2:35

    Борис очень хорошо получилось! Такова эпоха 50-х Москвы и окрестностей.

    С тех пор, хоть был тогда и мал,
    Запомня эту встречу
    Вопросов много задавал
    соседей слышав речи.

    И слышал песнь всегда одну:
    Вы где в тылу сидели?
    Вот русский выиграл войну
    Ты ж паразит на теле.

    А в общем мой сосед хорош
    Но не любил тщедушных.
    Когда пропьёт последний грош
    Быть может добродушным.

    Мы вместе к коммунизму шли
    В добро я тоже верил
    Ему со мною по пути,
    мне чрез другие двери..

    В дороге, чтобы веселей,
    А смех был со слезами,
    Давали в драке п..лей
    и в ВУЗ не прост экзамен…

    Растлили годы паренька
    И вот подлец в ОВИРе
    Один, другой, их уж река
    Зато с соседом в мире…

    • Борис Вайнштейн
      7 ноября 2018 at 5:29

      >И слышал песнь всегда одну:
      Вы где в тылу сидели?

      К тебе хорош сосед бывал
      А выпивший, тем паче,
      Когда ты в долг ему давал
      Не требуя отдачи

      Взамен тебе не скажут «Мать…»
      Не помотают нервы
      Но долг твой денежки давать
      Ему по просьбе первой

      А как забудешь этикет,
      И сам мол ждешь зарплаты…
      Он сразу вспомнит про Ташкент
      Где ты сидел, пархатый.

      Уж в голосе и страсть и пыл
      Щас стукнет по сопатке
      Я за тебя всю кровь пролил
      А ты жалеть десятку?

      И обложив туды сюды
      Как проведет железом
      Какие суки вы жиды.
      Жаль Гитлер не дорезал.

  4. Борис Вайнштейн
    7 ноября 2018 at 1:40

    Уважаемые Виктор и Соплеменник, спасибо большое.

  5. Виктор (Бруклайн)
    7 ноября 2018 at 1:14

    Спасибо, Борис! Всё так…

  6. Борис Вайнштейн
    6 ноября 2018 at 22:37

    В любом шкафу полно костей
    Разломанных скелетов…
    Мы возвращались из гостей.
    И дело было летом.

Добавить комментарий