О легкости переноса литературного материала на схожую почву …

Если бы это было переведено на немецкий — был бы гимн НСДАП:

Маяковский Поэма В.И.Ленин

Eдиницa!
Кому она нужна?!
Голос единицы
тоньше писка.
Кто ее услышит? —
Разве жена!
И то
если не на базаре,
а близко.
Партия —
это
единый ураган,
из голосов cnpeccoвaнный
тихих и тонких,
от него
лoпaются
yкpeплeния врага,
как в канонаду
от пушек
перепонки.
Плохо человеку,
когда он один.
Горе одному,
один не воин —
каждый дюжий
ему господин,
и даже слабые,
если двое.
А если
в партию
сгрудились малые —
сдайся, враг,
замри
и ляг!
Партия —
рука миллионопалая,
сжатая
в один
громящий кулак.
Единица — вздор,
единица — ноль,
один —
даже если
очень важный —
не подымет
простое
пятивершковое бревно,
тем более
дом пятиэтажный.
Партия —
это
миллионов плечи,
друг к другу
прижатые туго.

Share
Статья просматривалась 776 раз(а)

5 comments for “О легкости переноса литературного материала на схожую почву …

  1. Артур Шоппингауэр
    8 июня 2013 at 21:48

    Борис Маркович,
    известно, что у революции всегда и везде были певцы высочайшего класса. ВОР (!!) – не исключение.
    Это рассмотрено, например, в http://www.peremeny.ru/blog/12988:

    «Серебряный век перьями своих лучших поэтов готовил для нее (русской революции) психологическое (и идеологическое) обеспечение…
    «Какому хочешь чародею отдай разбойную красу», — разрешал Блок Руси, он называл её своей женой. И накликал: осенью 1917-го чародей пришел за своим. Он был лыс, картав, невысок ростом, зато с харизмой. Русь не устояла.»

    Маяковский был (по памяти) «…первый в мире поэт масс», Цветаева. А от себя добавлю – и самый талантливый.

    • Борис Тененбаум
      8 июня 2013 at 23:03

      Не знаю, Артур. Может быть, вы и правы. У германской революции 1933 были, наверное, свои талантливые певцы … Я вот не далее как вчера нашел одного талантливого организатора. Надо бы поставить в Блоги запись о нем, может быть, после пригодится …

  2. Виктор Каган
    8 июня 2013 at 20:46

    Марши и идеологии любителей маршей при всей разнице идеологий удивительно — хотя что тут, собственно, удивительного? — похожи.

    • Александр Биргер
      8 июня 2013 at 21:37

      Виктор КАГАН

      * * *
      » Свет фонарей расплывчат, мутен, шаток.»
      Галина Гампер

      Все проходит. И это пройдет.
      Но мгновение длится счастливо,
      как витающий в воздухе йод
      невидимкой над гладью залива.

      Все пройдет. И я тоже пройду,
      как проходят любовь и простуда,
      как проходят сомненья в бреду
      и дурная от счастья причуда.

      Все пройдет. И останутся тишь,
      шелестящая шепотом вечность,
      чистый снег, опадающий с крыш,
      предрассветная мягкая млечность.

      Все пройдет. Я пройду. А пока
      даждь мне днесь до мгновения длиться,
      когда примет в ладони река
      влет подбитую душу, как птицу.

      Утекает по капле вода
      между пальцев сурового Бога.
      Фонаря покачнулась звезда.
      В никуда протянулась дорога.

      Ночь. Дежурный аптекарь в тоске
      фонарю за окошком кивает.
      Одинокий король на доске
      сам с собою в пятнашки играет
      или в классики …
      Кто разберет?
      Да и это к рассвету пройдет.

      Вместо маршей и кулаков громящих — вспомнил про одинокого короля
      из Ваших стихов. И лучше вспомнить я не смог.

  3. Александр Биргер
    8 июня 2013 at 20:26

    ЕХО, в переводе А.Гелескула
    2 Июнь 2013 By Борис Тененбаум

    СЕСАР ВАЛЬЕХО, в переводе А.Гелескула

    ПАРИЖ, ОКТЯБРЬ 1936

    Я здесь единственное, что не возвратится, –
    к моей скамейке, к замыслам и бредням,
    к поступкам и штанам моим последним
    и ко всему, в чем есть моя частица.
    Я здесь единственное, что не возвратится.

    К Полям ли Елисейским или к Сене
    за Лунный сквер уйдет мое рожденье,
    простится смерть и больше не вернется,
    и в сутолоке, словно в запустенье,
    моя людская схожесть обернется
    и по одной отпустит свои тени….

    Ссылаюсь на Вашу заметку ,подтверждающую, на мой взгляд, что все партии приходят
    и уходят, меняются лозунги и марши, а переводы А.Гелескула , испанская
    (как и любая — настоящая) поэзия остаются. И остаётся хрупкая человеческая Единица
    с её голосом,»тоньше писка», который нужен всем нам.

Comments are closed.