Театральные байки Александра Ширвиндта

Театральные байки Александра Ширвиндта

Александра Ширвиндта пригласил в свой кабинет Анатолий Эфрос, бывший тогда художественным руководителем театра . В театре тогда только собирались, приготавливались к постановке «Ромео и Джульетты». «Саша, — начал разговор Эфрос (они были родственниками через жен, поэтому были на «ты»), — я очень долго думал и решил дать тебе в спектакле самую важную, самую смыслообразующую роль». Ширвиндт встрепенулся. «Неужели, — думает он, — Толя говорит о Ромео. У меня уж и возраст, прости меня…«. «Эта роль очень важна для меня, для всего моего замысла», — продолжал Эфрос. «Ну, говори же, не тяни!», — лихорадочно подумал Ширвиндт. «Ты будешь выходить на сцену в конце спектакля в костюме из перьев и говорить: «Нет повести печальнее на свете, чем повесть о Ромео и Джульетте!». «У меня отлегло от сердца, — рассказывает Александр Ширвиндт. «Только жарко будет — два часа сидеть в костюме из перьев, чтобы в конце сказать минутную фразу», — подумал он.

Однажды весной Александр Ширвиндт и Михаил Державин выступали с концертами в небольших городах Центральной России. У артистов и писателей такой вояж называется «чёс». Устроитель концертов зафрахтовал для них небольшой самолет, который по очереди облетал города — места концертов. Однажды самолетик приземлился на промежуточном аэродроме для дозаправки. Дверь самолета была раскрыта. На «улице» было очень тепло. Ширвиндт встал в дверях и потянулся. «Хорошо — то как, — сказал он, — Сейчас бы коньячку дерябнуть». «Сейчас принесу», — сказал механик- заправщик. Пилот внимательно посмотрел на Ширвиндта. Пилот был опытным человеком, когда-то он летал на скоростных реактивных самолетах, а теперь вот …. «Вам пока можно не уезжать, Александр Анатольевич», — сказал пилот.

Share
Статья просматривалась 96 раз(а)

Добавить комментарий