Новая журналистика

Хорольский В. В. ВГУ, Воронеж. Повседневные события в публицистике «новых журналистов» США

«Новый журнализм» конца прошлого века, порожденный протестом против мертвящего профессионализма равнодушных копателей сенсаций, стал воплощением идеала гражданственности в профессии. Его основателями и последователями считаются Т. Вулф, Д. Дидион, Р. Голштейн, Х. Томпсон, Т. Капоте, Т. Саутерн. Первый текст, написанный в этой манере, – статья идеолога и вдохновителя течения Т. Вулфа в журнале «Эсквайр».

Когда-то Вулф говорил, что Новая журналистика дает каждому журналисту возможность осуществить свою мечту – написать роман, оставаясь на территории журналистики. Т. Вулф стал инициатором движения за честную журналистику, соединившую в своих МД публицистику, науку, литературу и свидетельство рядовых граждан .  Его «новая журналистика» является ядром современной публицистики, самым ярким фактом в масс-медиа 1980 – 2000- х годов.  Справедливость как идеал была как бы заново открыта и провозглашена именно в публицистике западных «новых журналистов», и это дало основание критикам говорить о неогуманизме в журналистике.

Специфика письма Вулфа позволяет говорить о трех тенденциях: к медиатизации прозы (формально обозначенной «посценным» изложением и досконально воссозданным диалогом; текст обретает сходство с репортажем, характер непосредственного отображения происходящего), к эстетизации медиа (использование «третьего лица», то есть несвойственный традиционной журналистике рассказ о человеке «изнутри» и доскональное описание обстановки, в которой происходит действие; фактическая основа получает художественную окантовку), к созданию особой формы авторского присутствия в тексте и бытования за его пределами в виде «медийной», публичной фигуры.

Итак, соединение факта с домыслом при анализе повседневности является самоочевидной вещью, но нельзя не видеть озадачивающих издержек метода. Конечно, «новая журналистика» 1970-х гг. открыла множество возможностей для американских журналистов той эпохи, именно отказавшись от поиска громких и сенсационных событий. В то же время, эта традиция сегодня вытеснена постмодернистской иронической парадигмой письма.

http://studyjourn.blogspot.ru/2013/01/blog-post_8876.html

“Новый журнализм” оказывается новой формой, почти в равной степени принадлежащей художественной литературе и публицистике. Руководствуясь принципами литературного натурализма (отступление от которых, по его мнению, завело американскую литературу в тупик), Вулф насыщает публицистическое письмо приемами, применяемыми в художественной литературе, при этом настаивая на фактически достоверном содержании текста. Впрочем, установка на достоверность не означает сохранения заветов “старой” журналистики. Самые главные претензии к Вулфу и другим представителям движения предъявлялись в связи с тем, как те подавали материал – предположительно искажая священное для традиционной журналистики представление об объективности. Вулф считал главным жанром очерк (который потенциально более субъективен, чем всякий другой, потому что предполагает исключительно личное видение) и предпочитал его всем прочим. Но жанр этот был им существенно изменен.

Для текста, по Вулфу, важно следующее:
1) Журналист должен наблюдать события лично, не полагаясь на источники, и предельно полно, “посценно”, излагать их.
2) Максимально содержательная передача диалогов создает эффект достоверности и способствует более основательному созданию характеров.
3) Для того, чтобы дать читателю полное представление о происходящем, можно рассказывать от третьего лица, превращая, таким образом, персонаж как бы в героя романа и “обращаясь” с ним соответствующим образом.
4) Для глубины анализа (Вулф называет это “социальным вскрытием”) необходимо подробное наблюдение обстановки.

Том Вулф. НОВАЯ ЖУРНАЛИСТИКА  http://dedovkgu.narod.ru/bib/vulf.htm

«Во времена, когда художественная проза сдалась на милость победителю — репортажу, вы встали на защиту жизненно важной традиции» — первые шестнадцать слов из приветствия Солу Беллоу на церемонии присуждения ему в Йельском университете степени почетного доктора литературы,  (июнь 1972 года).

Эффективнее всего оказались четыре открытых журналистами приема. Первый, и самый главный, — выстраивание материала сцена-за-сценой, когда рассказ немедленно переходит от одного эпизода к другому, без долгих исторических экскурсов. Прием номер два — экстраординарные репортерские подвиги, которые порой совершали новые журналисты: им удавалось стать непосредственными свидетелями тех или иных событий в жизни их персонажей и записывать диалоги полностью. Журнальные авторы, как и романисты в начале пути, путем проб и ошибок узнавали то, о чем говорится в литературоведческих трудах: что реалистические диалоги увлекают читателя гораздо сильнее любых монологов. Они также полнее и быстрее любого описания представляют персонажей. … У журналистов диалоги получались предельно насыщенными и откровенными, в то время как романисты старались их ужать, напустить туману, наполнить разными чудачествами и вообще полной невнятицей.

Еще одним важным приемом была так называемая точка зрения от третьего лица — каждый эпизод подавался в ракурсе некоего персонажа, с которым читатель легко мог себя отождествить и благодаря этому прочувствовать происходящее так, словно он все видит собственными глазами. Журналисты часто писали от первого лица — «Я там был», — как это делается в автобиографиях, воспоминаниях и некоторых романах … Однако порой здесь возникала щекотливая ситуация. Читателю предлагалось смотреть на происходящее глазами персонажа — самого журналиста, — однако такой ракурс . иногда оказывался неуместным и вызывал раздражение. Но как же мог журналист, автор нехудожественной прозы, так глубоко проникнуть в мысли другого человека?

Ответ на удивление прост: как следует расспросить человека, узнать его мысли, чувства и все остальное.
Четвертый прием всегда был самым малопонятным. Он заключается в описании свойственной человеку жестикуляции, его привычек, манер, склада характера, мебели в доме, одежды, всей обстановки, путешествий, того, что он ест, как содержит свое жилье, как относится к детям, слугам, начальству, подчиненным, равным по положению, плюс в описании различных его взглядов, предпочтений, любимых поз, походки и других деталей как символов той или иной сцены. Символы — чего? Да символы человеческого статуса, в самом широком смысле слова. Символы поведения человека и его жизненного багажа, которым соответствуют определенное социальное положение, образ мыслей, надежды и упования. Текст насыщается такими деталями вовсе не для красного словца. Они придают реализму такую же силу, как и другие приемы письма.

http://vernsky.ru/pubs/5464/ Sophia Tarasevich Техника репортажа с применением приемов «новой журналистики» в российской прессе

«Новый журнализм», ставший новым словом в мире медиа XX века, был своеобразной стилистической революцией для жанра репортажа. Техника «нового журнализма» воплощает в себе несколько черт и приемов, ранее доступных только литераторам. Создатель new journalism, американский журналист Том Вулф, в своей книге «Новая журналистика и антология новой журналистики», изложил основную суть созданного им стилистического направления в журналистике так: «Казалось, сделано важное открытие. Совсем крохотное открытие, скромное и знающее свое место. А заключалось оно в том, что газетно-журнальные статьи можно писать так, чтобы… они читались как роман. КАК РОМАН, улавливаете?!

Это было данью глубочайшего уважения Роману и его великим творцам, то есть романистам, конечно»

Суть созданного направления заключалась в том, чтобы создавать захватывающие журналистские материалы, увлекающие читателя ничуть не менее, чем художественная литература, не уступая при этом в достоверности информации. Как известно, Том Вулф сформулировал четыре основных черты «нового журнализма», ставших основой этого направления в журналистике:

1 Последовательность изложения (кинематографизм);

2 Достоверность и правдивость диалогов;

3 Ракурс третьего лица (изложение происходящего с точки зрения

одного из участников событий и от его лица);

4 Детализация (внимание на детали событий, диалогов, обстановки, в

которой происходили события, интерьера и проч.)

Как мы видим, все эти черты особенно легко применить в жанре репортажа.

Основной акцент Том Вулф делал на том, что журналистский материал должен выглядеть как небольшой рассказ и даже читаться так же легко, как художественный роман. «Если статью чуть-чуть переработать, из нее получится хороший рассказ. Связки между фрагментами, пояснения даны вполне по-журналистски, как было принято в 1950-х годах, но все это можно быстро изменить. Раз-два — и готов невыдуманный рассказик», — пишет о впервые обнаруженной в журнале Esquire стилистике такого типа Том Вулф

Есть основание предположить, что «новый журнализм» пришел в российскую прессу несколько позже по ряду исторических и политических причин: в то время, как американские журналисты экспериментировали с жанрами и стилистиками в 60е и 70е годы, в запасе российских репортеров было меньше пространства для экспериментов.

Кстати говоря, в материалах Дмитрия Быкова тоже можно усмотреть черты «нового журнализма». Например, интересным в этом отношении мне кажется его репортаж про путешествия на перуанский вулкан. Некоторые его части действительно написаны в граничащей с художественной стилистике, автор ведет повествование от собственного лица как от лица участника событий, приводит детальные описания предметов, которые ему дает шаман, и не нарушает условие последовательного изложения.

Может сложиться впечатление, будто приемы «нового журнализма» делают материал менее серьезным, то есть они не вполне пригодны для изложения репортажей на политическую или экономическую тематику благодаря тому, что материалы в такой стилистике читаются легко. Однако, как мне кажется, ошибочно считать, что трудность прочтения является несомненным признаком качества материала. Скорее, даже наоборот, плохой материал написан так, что его трудно читать. Мне кажется такой взгляд ошибочным (хотя нередко можно услышать предположения о том, что техника репортажа new journalism годна для «народных» СМИ, т.е. для массовых газет) еще и потому, что как в российских, так и в американских СМИ можно найти немало опровержений этой точки зрения на конкретных примерах. Опровергает это предположение также и тот факт, что сам основоположник «нового журнализма» Том Вулф писал о важнейших темах, таких, как политика и социальные конфликты в обществе.

http://shpora.net/index.cgi?act=view&id=128915

Термин «Новый журнализм» впервые упомянут был Томом Вулфом в 1973 году. (В 1962-1966 гг. Вулф — зарубежный корреспондент «НьюЙорк геральд трибюн». В это же время начинает сотрудничать в ведущих общественно-политических журналах и быстро завоевывает признание как талантливый бытописатель периода середины 60-70-х.). Он категорично утверждал : Журналистика — это искусство, а современная литература — старорежимная пошлятина. Американская журналистика тех лет действительно была авангардом отрасли. Речь шла не столько о газетных публикациях, сколько о развёрнутых эссе, авторских колонках и статьях в журналах, рассчитанных на элитарного читателя — The New Yorker, New York Magazine, The Atlantic Monthly, Rolling Stone, Esquire,
Концептуальная журналистика. Она отражает тенденцию перехода от информационности к аналитичности в осве¬щении избирательных кампаний и политического процесса в целом. Причем колонки журналистов-концептуалов печатают¬ся часто не на полосах мнений, а на информационных, что яв¬ляется нарушением принципа американской печати — отделять в газетах новости от мнений. Одной из причин расцвета этого направления считается рост уровня образования журналистов, увеличение числа выпускников престижных университетов сре¬ди них. Критики направления предупреждают о возможности необъективного, тенденциозного освещения событий, ложных, искусственных построений, не отражающих реальности. Одна¬ко в профессиональной прессе выражается уверенность, что концептуальная журналистика принесет пользу американской публике, заваленной информацией, но изголодавшейся по ее объяснению.

Новая журналистика. 1960-1970 появление понятия «Новый журнализм» — на стыке литры и журналистики. Его цель – повысить общественное значение журналистики, обогатить её лит приёмами. «Новый журнализм» был вызван к жизни особыми условиями американской действительности второй половины 1960 – первой половины 1970 годов с их обстановкой брожения, связанного с войной США в Индокитае, расовыми волнениями, волной разоблачений в американской журналистике, с грубыми нападками на прессу тогдашнего вице-президента США Спиро Агню, с «эрой Уотергейта» и т.п.
Из «новых журналистов» сразу же выдвинулись Томас Вулф, Джимми Бреслин и Гэй Тализ, а также широко известные писатели Трумэн Капоте и Норман Мейлер, имевшие репутацию серьезных романистов. Они писали книги в жанре нового журнализма. «Новый журнализм» позволял себе скрыто либо в открыто скептической, порицающей манере, близкой по духу настроениям тогдашних левых, выражать сомнение в искренности и справедливости многих давно узаконенных в США ценностей, догм, понятий и представлений, не в последнюю очередь связанных с положением и функционированием периодической печати в Америке. Одновременно он выражал глубокое недовольство состоянием американской художественной литературы. Концептуальная ориентация (тот самый «новый журнализм»), противоположная «прецизионной», берет свое начало, прежде всего, в политической журналистике. Примером нового подхода к политической журналистике являлась серия статей Теодора Уайта «Как делается президент» о закулисной стороне политических кампаний. У него появилось немало последователей. В последнее десятилетие XX века концептуализм вновь стал одним из наиболее распространенных направлений в практической журналистике. В некоторых случаях последователи концептуализма заменяли факт «фактоидом», а то и откровенным художественным вымыслом, поскольку считали, что отображение типичного героя в типических обстоятельствах в некоторых случаях важнее документальной точности.

http://evartist.narod.ru/text6/037.htm  Михайлов С.А. Журналистика США

«Новый журнализм» позволял себе скрыто либо в открыто скептической, порицающей манере, близкой по духу настроениям тогдашних левых, выражать сомнение в искренности и справедливости многих давно узаконенных в США ценностей, догм, понятий и представлений, не в последнюю очередь связанных с положением и функционированием периодической печати в Америке. Одновременно он выражал глубокое недовольство состоянием американской художественной литературы. «Роман, – пишет Вулф, – более не занимает в обществе того высокого положения, которое он занимал в течение последних девяноста лет. Отчасти в этом повинны сами романисты, ибо они отказались от высоких завоеваний реализма – от точного, подробного и нелицеприятного изображения жизни общества, нравов, профессиональной деятельности и так далее; а ведь как реалистичность романа в течение длительного времени поддерживала у читателей неослабевающий интерес к этому жанру».

«Новый журнализм» представлял собой попытку оживить традиционную журналистику, вдохнуть в нее новую душу путем насыщения и обогащения ее достижениями художественной литературы в области формы, ее «стилем», приемами и средствами. Отвергая все рутинное и косное в конформистской журналистике США, «новые журналисты» утверждали, что наиболее достоверное, истинное изображение своего времени может быть достигнуто только с помощью художественного вымысла. При этом они категорически отвергали упреки своих оппонентов в стремлении уйти от истины или, как минимум, ее исказить и подчеркивали, что первейшим залогом истинности, достоверности изображения ими действительности в «беллетризованных» репортажах является предшествующее процессу их написания самое скрупулезное изучение фактов реальной жизни.

http://cyberleninka.ru/article/n/novyy-zhurnalizm-teoreticheskie-printsipy-i-ih-hudozhestvennoe-voploschenie Несмелова Ольга Олеговна, Коновалова Жанна Георгиевна. НОВЫЙ ЖУРНАЛИЗМ: ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ПРИНЦИПЫ И ИХ ХУДОЖЕСТВЕННОЕ ВОПЛОЩЕНИЕ. УЧЕНЫЕ ЗАПИСКИ КАЗАНСКОГО УНИВЕРСИТЕТА. СЕРИЯ: ГУМАНИТАРНЫЕ НАУКИ. Коды ГРНТИ: 17 — Литература. Литературоведение. Устное народное творчество. ВАК РФ: 10.01.00. УДK: 82. Указанные автором УДК: 809.1:882:840

Статья посвящена новому журнализму направлению, возникшему на стыке литературы и журналистики США во второй половине ХХ в. Материалом для анализа стало творчество четырех писателей Н. Мейлера, Т. Капоте, Т. Вулфа и Х. Томпсона известных своими экспериментами в области художественно-документальной формы. Авторы статьи приходят к выводу, что изучение нового журнализма необходимо на современном этапе. Оно позволит проследить основные тенденции синтеза документального и художественного, являющегося характерным как для американской литературы, где обращение к факту становится национальной традицией, так и для развития литературного процесса других стран.

Share
Статья просматривалась 2 879 раз(а)

1 comment for “Новая журналистика

  1. Инна Беленькая
    22 декабря 2015 at 7:23

    Уважаемый Ефим, мне стало как-то неловко, что имея в виду вашу статью, я не обратилась непосредственно к вам. Статья очень информативная, спору нет.
    Но, если говорить о данном конкретном случае, то я повторюсь, что между эстетизмом и эстетствованием — такая же разница, как между мудростью и мудрствованием.

Добавить комментарий