7 октября
Вместо воздуха в ноздри ползёт ядовитая взвесь…
А они говорят: ничего, дескать, личного здесь.
Чьи-то крики, и кашель, и вдовий отчаянный вой…
А они говорят: дескать, ты не удался графой.
Сколько раз на всё те же вопросы — всё тот же ответ.
Не привыкну никак, хоть живу уже тысячи лет.
Я пытался забыть, хоть давно каждой клеточкой знал,
что сюжеты различны — но снова всё тот же финал.
Как перчатки, менял я сценарии стран и эпох,
но всегда и везде оставался не нужен и плох.
И горазда была на дары неродная земля —
пуля, газ или бита. Порою — костёр и петля.
Я открыт всем ветрам на безжизненном сером плато,
и хотел вопросить бы: за что?! Но я знаю, за что.
Перспективы мои и надежды мои хороня,
генетический код, как обычно, подводит меня.
Вот и снова наш мир в безвоздушном пространстве завис…
На колени, — они говорят мне, — и голову вниз!
— И тебя изведём, — говорят, — и твой мерзкий народ…
И освенцимский пепел опять заполняет мне рот.
Александр Габриэль. 7 октября
Вместо воздуха в ноздри ползёт ядовитая взвесь…
А они говорят: ничего, дескать, личного здесь.
Чьи-то крики, и кашель, и вдовий отчаянный вой…
А они говорят: дескать, ты не удался графой.
Сколько раз на всё те же вопросы — всё тот же ответ.
Не привыкну никак, хоть живу уже тысячи лет.
Я пытался забыть, хоть давно каждой клеточкой знал,
что сюжеты различны — но снова всё тот же финал.
Читать дальше в блоге.