#АМЕРИКАНСКАЯ МЕЧТА ФИЦДЖЕРАЛЬДА

Фрэнсис Скотт Фицджеральд остался в литературе романами «Великий Гэтсби», «Ночь нежна» и «Последний магнат» (незаконченным и изданным после его смерти).
Все они читаются, изучаются и экранизируются — только «Великого Гэтсби» в последние годы экранизировали трижды, а совсем недавно (2017) вышел сериал «Последний магнат», в котором от оригинала остались лишь имена героев да Голливуд как место действия.
Впрочем, кино имеет свои законы, один из которых позволяет до неузнаваемости корежить литературный оригинал — к примеру, в первой американской версии “Анны Карениной” с Гретой Гарбо (1927) в начале Каренина мчится в Петербург на санях по заснеженной равнине среди гор, а в конце, после смерти мужа, выходит замуж за Вронского.
При всем различии сюжетов и героев Фицджеральда в них есть сходные мысли: первая о том, что богатые особые люди, вхождения в круг которых приводит простого человека к гибели и вторая — в жизни нет второго шанса.

Примеч. Cимволом «#» помечены посты, которые предполагается развернуть в обширную статью.


«Великий Гэтсби» вышел в 1925 году.
Пришедшая война раскрепостила женщин – короче прически и юбки, откровеннее купальники, вечеринки с джазом вместо танцевальных вечеров, кинозвезды, автомобили, самолеты – а американская мечта осталась той же: миллион.
Отличие Гэтсби в том, что он другой – он богат, но не богач. Он не вульгарен , как Том ; он удачливый деле ц, но остался влюбленным юношей.
Через 50 лет Хью Хефнер, основатель Плейбоя, провозгласит новый идеал (и новую мечту) – не богатство, не власть, не геройства, а женщину (по Хефнеру – «в меру» обнаженную блондинку, ибо, как меланхолически заметит Хефнер, «блондинки сексуальнее брюнеток»). Мысль конечно не оригинальная (вспомним суд Париса, который, правда, был богат и знатен, так что судьей он был не совсем идеальным), однако женщина все-таки была скорее предлогом к действию, призом, доставаясь герою в конце романа.
Не то у Гэтсби – он создает параллельный мир праздника, куда желает завлечь ту Дэзи, которую покинул, уйдя на войну.
Вот почему в Гэтсби столько обаяния и почему так сочувствуешь герою и хочешь, чтоб Дэзи ушла к нему и они жили долго и счастливо, ибо читатель всегда на стороне любви (допускаю, что над «Анной Карениной» и монашки плачут).
… В фильме с Редфордом герой в момент встречи с Дэзи в доме Гэтсби, показывая Дэзи дом, приходит с ней в гардеробную и, внезапно, начинает разбрасывать рубашки, словно выпуская на волю птиц, и они парят в лестничном проеме …
Но Дэзи не птица в клетке и уж конечно не собирается уйти к нему от мужа — она увлечена Гэтсби как первой своей любовью, но куда больше она ценит свое благополучие и положение в обществе .
Случайность, обрывая жизнь Гэтсби, ничуть не меняет ее жизнь — Фицджеральд напишет, что «Они были беспечными существами, Том и Дэзи, они ломали вещи и людей, а потом убегали и прятались за свои деньги, свою всепоглощающую беспечность или еще что-то, на чем держался их союз, предоставляя другим убирать за ними.»
***
«Богатые — особые люди», обронит как- то Фицджеральд, и эта особость будет исследоваться Фицджеральдом раз за разом — «простой человек» попадает в круг богачей и гибнет.
Так будет в его следующем романе «Ночь нежна», где он поведал историю врача-психиатра, женившегося на влюбившейся в него богатой пациентке и, бросив практику, ведущим богемную жизнь, что приводит его к краху — он начал пить, жена его разлюбила, а вернуться в профессию он уже не может.
***
Свой последний роман «Последний магнат» Фицджеральд писал в Голливуде, работая сценаристом для оплаты лечения жены и наблюдая изнутри ту жизнь, которую он изображал в романе.
Герой романа, Стар, пробился из низов до руководителя студии; он богат, удачлив (что, впрочем, следует из его имени Star-звезда). После смерти жены у него осталась только работа — утром на студию, вечером — домой, где он допоздна читает сценарии. И так день за днем, пока однажды эта монотонная жизнь не нарушится аварией водопровода, когда посреди громадной лужи на бутафорской льдине, где две девушки спасаются от аварии, он не увидит ее.
Кэтлин.
Копию его покойной жены и тем она сразу же его зацепит, и он отложит все дела, чтобы провести с ней вечер, и затем как школьник будет ждать следующей встречи и повезет ее в недостроенный загородный дом, где они проведут ночь и она расскажет ему о себе: о неудачном замужестве, несбывшихся мечтах и о том, что у нее есть жених, который должен приехать — и он поймёт «это твоя женщина!» и что достаточно слова, чтоб она осталась с ним, но он побоится это сказать.
Весь этот эпизод занимает в романе немного места и не сопровождается никакими «постельными подробностями» (как впрочем и всегда у Фицджеральда — автор, ведущий вместе с женой богемный образ жизни и не сходящий со страниц желтой прессы сугубо сдержан в описании интимной жизни персонажей) — но его подтекст очевиден: Кэтлин вверяет Стару себя всего через день знакомства, но он не готов к этому и не придаёт значения ее словам о женихе …
Он промедлит, а между тем поезд с ее женихом уже несётся через континент, и он так ничего не решил, когда на стол ляжет телеграмма «сегодня вышла замуж. Прощайте».
* * *
Человек, привыкший принимать мгновенного решения и, изменяя сценарии, менять кинематографическую жизнь оказался не способен воспользоваться своим шансом.
Жизнь не кино, второй дубль не снять .
Роман обрывается на полуслове всего через несколько страниц после того, как Стар узнает о замужестве Кэтлин.
Возможно именно это, по замыслу Фицджеральда, должно было послужить причиной его ранней и внезапной смерти, а то что Стар умрёт молодым нам известно самого начала романа.
Элиа Казан, экранизируя роман (1973) предпочёл более реалистичную концовку – Стара отстраняют от дел, и он покидает студию, скрываясь в темноте ангара, как бы «уходя в ночную тьму”.


Может быть такой конец был в записях автора или он делился замыслом в письмах и беседах, но для меня история Стара кончается телеграммой Кэтлин.
Книги разные, а идеи одинаковые: богатые особые люди (это, по словам Хемингуэя, говорил ему сам Фицджеральд) и вхождение в их круг кончается гибелью и вторая — другого шанса не будет!
Греки изображали богиню удачи с косой впереди. Летит она мимо тебя, не успел схватить, замешкался — и все, сзади косы нет и ухватить нечего.
Второго шанса не будет.

Share
Статья просматривалась 105 раз(а)

Добавить комментарий