О разных кушаньях и пробках… И. А. Гончаров, «Обломов»

Нельзя сказать, чтоб утро пропадало даром в доме Обломовых. Стук ножей, рубивших котлеты и зелень в кухне, долетал даже до деревни.
Главною заботою была кухня и обед. Об обеде совещались целым домом; и престарелая тетка приглашалась к совету. Всякий предлагал свое блюдо: кто суп с потрохами, кто лапшу или желудок, кто рубцы, кто красную, кто белую подливку к соусу.
Всякий совет принимался в соображение, обсуживался обстоятельно и потом принимался или отвергался по окончательному приговору хозяйки.
На кухню посылались беспрестанно то Настасья Петровна, то Степанида Ивановна напомнить о том, прибавить это или отменить то, отнести сахару, меду, вина для кушанья и посмотреть, все ли положит повар, что отпущено.
Забота о пище была первая и главная жизненная забота в Обломовке. Какие телята утучнялись там к годовым праздникам! Какая птица воспитывалась! Сколько тонких соображений, сколько занятий и забот в ухаживанье за нею! Индейки и цыплята, назначаемые к именинам и другим торжественным дням, откармливались орехами; гусей лишали моциона, заставляли висеть в мешке неподвижно за несколько дней до праздника, чтоб они заплыли жиром. Какие запасы были там варений, солений, печений! Какие меды, какие квасы варились, какие пироги пеклись в Обломовке!
И так до полудня все суетилось и заботилось, все жило такою полною, муравьиною, такою заметною жизнью.
В воскресенье и в праздничные дни тоже не унимались эти трудолюбивые муравьи: тогда стук ножей на кухне раздавался чаще и сильнее; баба совершала несколько раз путешествие из амбара в кухню с двойным количеством муки и яиц; на птичьем дворе было более стонов и кровопролитий. Пекли исполинский пирог, который сами господа ели еще на другой день; на третий и четвертый день остатки поступали в девичью; пирог доживал до пятницы, так что один совсем черствый конец, без всякой начинки, доставался, в виде особой милости, Антипу, который, перекрестясь, с треском неустрашимо разрушал эту любопытную окаменелость, наслаждаясь более сознанием, что это господский пирог, нежели самым пирогом, как археолог, с наслаждением пьющий дрянное вино из черепка какой-нибудь тысячелетней посуды.

3 комментария к «О разных кушаньях и пробках… И. А. Гончаров, «Обломов»»

  1. Спасибо за ответ Я так и думала, но хотела проверить свою догадку. Дело в том, что в молдавской кухне есть такое блюдо с таким же названием. Правда, в советское время говядину часто заменяли колбасой. Ну и что? Мы в свое время, готовя в воронежском общежитии плов, рис заменяли мелкой вермишелью, а баранину — колбасой. А моя подруга, учившаяся на химика, приносила лимонную кислоту из лаборатории, и мы добавляли ее в чаЙ вместо живого лимона.

    Про «пирожное» я знаю, вычислила из «Войны и мира», где юная Наташа Ростова спрашивает, что будет на пирожное.

    1. Слово «соус» означало блюдо из мелко нарезанного тушеного мяса, а «подливка» образовывалась естественным образом «при тушении или жарении, из мясного сока, масла и соответствующих овощей» (определение В. В. Похлебкина). Вспомним, для примера, хотя бы Хлестакова, возмущающегося скудностью своего обеда в трактире, состоявшего из супа, курицы и жаркого: «Канальи! подлецы! И даже хотя бы какой-нибудь соус или пирожное. Бездельники! дерут только с проезжающих». Под «пирожным», кстати, понималось десертное блюдо вообще; см. у Даля «Русский обед: горячее (щи с кашей), холодное (студень, залитое), тельное (рыбное), жареное (птица) и пирожное».

Обсуждение закрыто.