Александр Габриэль. Спокойно, парень…

Спокойно, парень. Выдох «Омммм» полезен загнанным нейронам.
Вагончик тронулся умом — по сути, заодно с перроном.
Делю с попутчиком еду: два помидора, хлеб и сало.
На дальней станции сойду, где ни названья, ни вокзала.

Умчится прочь локомотив. А я останусь в брызгах света,
с советской песней совместив хайнлайновские двери в лето;
найду ответ у сонных трав, о чем мне карма умолчала,
себе с три короба наврав, что можно жизнь начать сначала.

Такой покой, такой уют воспел бы Пушкин и Овидий.
Здесь птицы песенки поют, каких никто не евровидел,
здесь я однажды всё пойму под ветерка неспешный шорох,
здесь я не должен никому, и сам не числюсь в кредиторах.

Какое счастье, господа — брести от дактиля до ямба
и не совать свой нос туда, где вновь коррида да каррамба,
где давит ночь тугим плечом, где каждый встречный смотрит косо
и где дамокловым мечом висит над жизнью знак вопроса.

Увы, пора открыть глаза. Мечтанья свойственны Сизифам.
Нет в рукаве моём туза — и, значит, миф остался мифом.
Но всё ж в неведомом году я, опыт накопив бесценный,
на дальней станции сойду.
Достойно.
Как артист со сцены.

Share
Статья просматривалась 133 раз(а)

2 comments for “Александр Габриэль. Спокойно, парень…

  1. Виктор (Бруклайн)
    13 июля 2018 at 16:46

    Александр Габриэль

    Спокойно, парень. Выдох «Омммм» полезен загнанным нейронам.
    Вагончик тронулся умом — по сути, заодно с перроном.
    Делю с попутчиком еду: два помидора, хлеб и сало.
    На дальней станции сойду, где ни названья, ни вокзала.

    Умчится прочь локомотив. А я останусь в брызгах света,
    с советской песней совместив хайнлайновские двери в лето;
    найду ответ у сонных трав, о чем мне карма умолчала,
    себе с три короба наврав, что можно жизнь начать сначала.

    Такой покой, такой уют воспел бы Пушкин и Овидий.
    Здесь птицы песенки поют, каких никто не евровидел,
    здесь я однажды всё пойму под ветерка неспешный шорох,
    здесь я не должен никому, и сам не числюсь в кредиторах.

    Какое счастье, господа — брести от дактиля до ямба
    и не совать свой нос туда, где вновь коррида да каррамба,
    где давит ночь тугим плечом, где каждый встречный смотрит косо
    и где дамокловым мечом висит над жизнью знак вопроса.

    Увы, пора открыть глаза. Мечтанья свойственны Сизифам.
    Нет в рукаве моём туза — и, значит, миф остался мифом.
    Но всё ж в неведомом году я, опыт накопив бесценный,
    на дальней станции сойду.
    Достойно.
    Как артист со сцены.

Добавить комментарий