О ростовщичестве средневековых евреев

Развитие средневекового общества характеризовалось формированием городских сословий, внутри которых могли оформляться различные гильдии по профессиям. В эти гильдии прием евреев не был разрешен, да, думается, он и не был возможен из-за еврейских ограничений на контакты с иноверцами. Об этом мы читаем в книге д-ра Каца «Евреи в средневековой Европе» (1992, Иерусалим, «Алия»). С обеих сторон иногда были  выделены даже  особые уполномоченные для ведения таких контактов  Понятие «мааруфайа» (арабского происхождения) обозначало еврея, одного от общины, обладавшего исключительным правом поддерживать деловые связи с купцами – иноверцами. В книге «Сефер хасидим» упоминается обратный случай: христианин заключает с евреем союз о постоянном деловом партнерстве.

До Крестовых походов евреи выступали в качестве торговых посредников между государствами Европы и Востока. Торговля была рутинным занятием евреев Раннего Средневековья. Об этом говорилось в привилегиях, дававшихся различным еврейским общинам. Епископ города Шпейер (Германия), пригласивший в 1084 году еврейскую общину на поселение включил разрешение на торговлю и обменные операции в текст привилегии: «Я дал им разрешение и право заниматься обменом золота и серебра, а также покупать и продавать то, что им покажется нужным…Это разрешение распространяется на весь город». Крестовые походы показали христианам путь на Восток, и надобность в торговых посреднических услугах уменьшилась. Евреи все более вытеснялись в сферу ростовщичества. «Запрет евреям заниматься торговлей и другими делами, дающими доход, обрекает их быть ростовщиками» (Мартин Лютер). В 1179 году вышло постановление 3-его Латеранского церковного собора, запрещающее христианам под угрозой отлучения от церкви взнимание процента на ссуду как противоречащее священному писанию и законам естества. Такая позиция церкви шла в разрез с нуждами экономики, для развития которой кредиты играли (и сейчас играют) роль катализатора. Все в тогдашней Европе хотели получить кредит: рыцари – для приобретения снаряжения, торговцы – для организации дела, бедняки – чтобы хоть как-то удержаться «на плаву». Лишь одна церковь была против. Исследователи считают, что целями такого противодействия были не только общие консервативные соображения, но и желание задержать развитие новых очагов власти (в виде зарождающейся буржуазии, третьего сословия), соревновавшихся с церковью за влияние.

Однако вернемся к евреям. Запрет на занятие ростовщичеством мы находим в Торе в книгах:

— «Шмот» («Исход»), 22:24-25: «Если дашь деньги взаймы из народа Моего, бедному при тебе, то не будь притеснителем его, не налагай на него роста»;

— «Ваикра» («Левит»), 25:35-38: «Если брат твой обеднеет и придет в упадок у тебя, то поддержи его, пришелец он или поселенец, чтобы жил он с тобой. Не бери с него роста и прибыли…серебра не давай ему твоего в рост, и хлеба твоего не отдавай для прибыли». Рамбам поясняет это место, что рост и прибыль это одно и тоже, а употреблены два слова, чтобы усилить наказание отступникам: «Почему Писание разбило этот запрет на две части (рост и лихву) – для того, чтобы нарушивший его преступил сразу два запрета»;

— «Дварим» («Второзаконие»), 23:20-21: «Не отдавай в рост брату твоему ни серебра, ни хлеба, ни чего-либо другого, что можно отдавать в рост. С чужеземца можешь брать проценты, но с брата твоего не бери…».

В двух первых книгах («Шмот» и «Ваикра») запрет на дачу в рост имеет лишь отношение к бедным людям, но книга «Дварим» более категорична, запрещая рост в целом, кроме денежных отношений с иноземцами. Запрет на проценты основан на двух положениях: богатый должен помогать бедным и ростовщичество (в принципе) — причина безнравственности в обществе. Впрочем, нарушение законов ссуды относилось лишь к моральным проступкам, не влекущим судебного преследования, и наоборот – соблюдение этих законов – благом, вознаграждаемым Богом («Дварим»). Однако, пророчества Иехезкиля более строги, они соотносят ростовщичество с самыми тягчайшими преступлениями, заслуживающими смертной казни. Позднее этот подход интерпретировался и евреями, и христианами как Божественное наказание евреев за чрезмерное сребролюбие.

Отметим наиболее интересные подходы Торы к данной проблеме в интерпретации еврейских мудрецов. Комментаторы книги «Шмот»  в законах о займе и залоге отмечают преимущество ссуды перед безвозмездным даром, так как, вернув долг, человек испытывает гордость за самостоятельность и свои ответственные обещания. В то же время современная интерпретация Торы позволяет одолжить деньги для коммерческого предприятия, дающего прибыль. В этом случае было бы справедливо требовать вознаграждения в виде процентов.

Комментаторы «Ваикры» обращают внимание на расширение понятия семьи до всего народа Израиля с соответствующими обязательствами о взаимопомощи. Такое положение имеет разительный контраст с законами древнего Рима, где должника разрешалось продать в рабство, его могли убить, разрезать на части по числу кредиторов. В то же время геры, принявшие иудаизм через гиюр, считались у евреев братьями в полном объеме. К ним  применялись внутриеврейские обязательства о помощи, долгах и процентах.

В книге «Дварим» отмечают повторение положений «Шмот» и «Ваикра» о недопущении процентов при взаимоотношениях с евреями. Одновременно не только не разрешается помогать бескорыстно чужому (гою, нохри), но и содержится прямой запрет этого («чужому давай под проценты»), то есть человек, оказывающий бескорыстную помощь «нохри», идет против Торы.

Йозеф Кимхи (1105-1170) отмечает, что евреи полностью соблюдают законы Торы в отношении ссуд и залогов как в своей среде, так и по отношению к иноземцам, то есть соблюдают «правильный образ жизни», в то время как христиане не соблюдают своих запретов, наживаясь, например, в организуемых  ими ломбардах и в системе «проката» вещей на время (оба «изобретения» жителей итальянской провинции Ломбардия). «И вот евреи неукоснительно соблюдают, чтобы не давать в рост под проценты своим братьям…А вы (христиане), которые воздерживаетесь от ростовщичества, продаете братьям своим вещи на ограниченное время за двойную цену. И вы не стыдитесь говорить «не давайте денег в рост!»…А многие неевреи дают деньги в рост и евреям, и неевреям, чего не делают евреи братьям своим».

До 12 века церковь мирилась с ростовщичеством в христианской среде. Начиная с 13 века адепты христианской церкви стали выступать против прибыли, получаемой ростовщиками, считая ее аморальной и грабительской, грехом. 3-ий Латеранский собор постановил: «…повсюду укоренилась процентная ссуда, так, что многие оставляют другие занятия, чтобы начать давать деньги в рост, как будто это занятие является разрешенным, хотя в обоих заветах оно порицается». Далее в тексте постановления следуют угрозы отлучения от причастия и угрозы применения других кар. Таким образом, христианская церковь, по существу, скопировала законы Торы, запретив своим прихожанам давать деньги под проценты и занимать их под проценты. Но так как христиане не признавали евреев «своими», то не было запрещения занимать у евреев деньги, а евреи не преследовались за свое ростовщичество по отношению к христианам. По существу, ростовщичество стало необъявленной или объявленной (там, где давались привилегии: Шпейер, Вормс, Валенсия) привилегией евреев. В то же время переход евреев к ростовщичеству понизил их общественное положение, создал в общественном мнении христианского окружения их отрицательный, даже сатанинский образ (безотносительно ко времени и месту написания: Шекспир, Пушкин), стал одной из причин изгнания евреев из Англии, Франции, Германии и Испании.

Доходы от ссуд в 13-15 веках  стали основным источником дохода евреев, отрезанных от другой деятельности перегородками гильдий. Так сложилось положение, при котором у евреев не запрещалось занимать деньги под проценты, а самих евреев не преследовали за нарушение религиозного закона, хотя сам факт ростовщичества был предметом постоянных дискуссий евреев и христиан.

Примером таких дискуссий может служить книга Йосефа Кимхи «Сефер а-брит» («Книга завета»), написанная в виде диалога между «верующим» и «еретиком». Точно не известно, является ли эта книга подлинным отчетом о проходившем реальном диспуте или является литературным вымыслом автора в духе печатавшихся споров между представителями различных конфессий. Если справедливо второе предположение (о литературном вымысле), то мы должны помнить, что такие произведения создавались преимущественно для «внутреннего употребления» в дидактических целях по принципу «знай, что ответить». В книге есть несколько дискуссионных тем, из которых сейчас нам интересна одна —  ростовщичество.

Другим примером дискуссии могут служить указ короля Франции Людовика IX о запрете роста (1230 год) и ответ на этот указ рабби Меира из Нарбонна в защиту евреев-ростовщиков. Указ Людовика почти не выполнялся на юге Франции, но подбросил «поленья в костер» дискуссии. Рабби Меир приводит три довода в защиту еврейского ростовщичества:

— лучше королю стерпеть этот еврейский грех, чем совершить самому ему несколько еще больших грехов;

— лучше королю стерпеть этот грех среди евреев, чем быть пособником аналогичного греха среди людей его веры, «ибо нельзя обойтись без ссуд», а «христиане…требуют большие проценты, чем брали евреи»;

— не запрещена процентная ссуда в еврейском законе, а нельзя только брать проценты с бедных и единоверцев, как сказано в книге «Шмот».

Однако, так или иначе, ростовщичество стало одним из факторов усиливших взаимную неприязнь евреев и христиан. На всех евреев как на корпорацию был наклеен ярлык сатаны в добавок к уже имевшемуся клейму распятия Христа и отступничества в связи с занятием, не разрешенным в христианстве промыслом. Слова «еврей» и «ростовщик» стали синонимами, а сами евреи представлялись как кнесет (собрание) ростовщиков. Высокие проценты, которые брали евреи за ссуду, ставились им в вину, служили объяснением обнищания христианского населения. Тот факт, что величина процента, точно также как и сейчас, напрямую связана со степенью риска, что часть прибыли евреев шла в госказну в виде налога и таким образом служила увеличению дохода государства фактически при посредничестве евреев, не был объяснен населению и не был принят во внимание ни светскими, ни церковными властями. Гонения на евреев впрямую влияли на экономическое положение страны, к примеру, изгнание евреев из Испании привело к краху ее кредитной системы.

Во время Французской революции Национальная Ассамблея Франции, обсуждая вопрос о предоставлении евреям гражданских прав, отказала им в этом по причине обвинения в ростовщичестве. Возмущенный таким решением прогрессивный по тому времени аббат Грегуар воскликнул: «Если когда-нибудь вы будете перечислять и записывать грехи евреев, не забудьте о том, что вы сделали этому народу!».

Share
Статья просматривалась 3 883 раз(а)

1 comment for “О ростовщичестве средневековых евреев

  1. Ефим Левертов
    26 марта 2013 at 19:13

    Текст поставлен в качестве обсуждения статьи Мирона Фишера, см.:
    http://club.berkovich-zametki.com/?p=3824

Добавить комментарий