Юденраты в Белоруссии. Минск . Из портфеля журнала «Корни»

Минск был захвачен немцами 28 июня 1941 года. К началу оккупации в городе находилось около 90 тысяч евреев. Юденрат Минска был создан в начале июля сорок первого года, его первым заданием от немцев была организация переписи евреев для их переезда в гетто. Первым председателем юденрата Минска был назначен Илья Мушкин, попавший на эту должность, скорее всего, случайно — возможно из-за знания немецкого языка. Сфера деятельности минского юденрата была относительно небольшой, в нем было всего семь отделов (в Вильнюсе было 10 отделов, в Белостоке – 21), в частности юденрату Минска была подчинена еврейская полиция.

Председатель минского юденрата Мушкин пользовался уважением, «порядочный человек» – вот самая распространенная его характеристика. Уважение к председателю переносилось на отношение к совету в целом.

«Евреи гетто называли юденрат еврейской общиной, относились к нему с симпатией и без критики. Юденрат первого состава завоевал уважение гетто…Он помогал одеждой, обувью, бельем, был местом встречи и обмена мнениями» (Холевский. Буря гибели. — Тель-Авив,1988).

Члены юденрата трагически разрывались между моральными обязательствами по отношению к еврейскому населению и необходимостью исполнять немецкие приказы. Они не принимали участие в «акциях», так как в Минске этим занимались сами немцы. Одновременно с официальной еврейской властью в форме юденрата в Минске существовала также еврейская подпольная организация, ставившая своей целью спасение евреев гетто всеми доступными, в том числе вооруженными средствами. Для еврейского подполья города Минска характерны следующие особенности:

— быстрота создания еврейского подполья – сразу после захвата Минска немцами;

— связи еврейского подполья в гетто c коммунистическим подпольем в самом городе – так называемым «городским комитетом»;

— члены еврейского подполья были преимущественно «западниками» по происхождению, они были хорошо информированы о глобальных планах нацистов в отношении евреев именно «благодаря» своему «западному», преимущественно польскому опыту.

Юденрат Минска, так же как и еврейское подполье, поддерживал с «городским комитетом» тесные связи и координацию. Такое сращивание деятельности юденрата, еврейского подполья и «городского комитета» позволяет предположить о юденрате как своего рода «части подполья» (Холевский. На берегах Немана и Днепра. — Тель-Авив, 1982).

Юденрат играл также важную роль в связях с партизанским движением, базировавшимся в окрестных лесах. Было налажено снабжение партизан одеждой, продуктами, лекарствами, деньгами, выполнялись заказы партизан в мастерских гетто. В конце 1941 г. тридцать евреев покинули гетто и бежали к партизанам. «Юденрат служил базой партизанского движения. «Городской комитет» поддерживал связи с советом. Председатель совета Мушкин сотрудничал с подпольем и партизанами» (Тронк. Юденрат – еврейский совет в Восточной Европе. — Иерусалим, 1979).

В начале 1942 г. председатель совета Илья Мушкин был внезапно арестован немцами, а через месяц — убит. С гибелью Мушкина завершается первый этап истории минского юденрата.

Пост председателя юденрата Минска занял беженец из Вильнюса Моше Иоффе. Поначалу сотрудничество между юденратом и подпольем продолжалось. Однако в юденрат нового состава просочились провокаторы, из-за того эти связи осложнились в связи с взаимным недоверием. Иоффе «был культурным человеком и знал о подполье в гетто. Однако мы (подпольщики) не поддерживали прямой связи с ним. Встречи с членами юденрата, входившими в подполье, стали более настороженными, проводились реже» (Смоляр Г. Минское гетто. – Минск, 2002)

Через некоторое время после своего назначения Иоффе столкнулся с испытанием, часто выпадавшим на долю глав юденратов. Был издан приказ о депортации пяти тысяч евреев. Цели «депортации» были предельно ясны. Совещание с подпольщиками привело к решению «не торговать еврейскими душами». Евреям рекомендовали спрятаться в тайниках, на местах работы, кто где может. Прибывшие для проведения «акции» 2 марта 1942 г. немецкие офицеры увидели лишь пустые улицы гетто. Немцы стали хватать всех, попавшихся в домах и дворах, были взяты дети, инвалиды, часть членов юденрата, вернувшиеся в гетто с работы. Всего 2 марта 1942 года погибло более пяти тысяч евреев. Немцы потребовали от юденрата выдачи им руководителей подполья. Между тем фашисты сменили тактику в уничтожении евреев, и перешли к серии «малых акций», не требовавших предварительной подготовки и «помощи» юденрата.

В июне-июле 1942 г. фашистами было принято решение ликвидировать гетто Минска как место проживания жителей-евреев, оставив в живых лишь производительных работников-специалистов. 28 июля 1942 г. жителям гетто было приказано явиться на центральную площадь гетто. Когда на площадь приехали машины-«душегубки», замысел немцев стал ясен всем, разразилась паника. Евреи бросились врассыпную, но спастись было нельзя, расправа продолжалась четыре дня, было убито 25 тысяч евреев, в том числе председатель юденрата Моше Иоффе. В гетто осталось в живых около десяти тысяч человек, преимущественно это были работники-специалисты, вывезенные из гетто в первый день «акции» и возвращенные лишь по ее окончанию.

После проведения «акции» гетто было превращено в трудовой лагерь, а институт юденрата был заменен на так называемое «правление» во главе с начальником «бюро по трудоустройству» Эпштейном. Между подпольем и «правлением» установились крайне враждебные отношения. В конце концов, Эпштейна убили сами же немцы.

Окончательно минское гетто было ликвидировано в октябре 1943 г., последние четыре тысячи человек были вывезены в Малый Тростинец и расстреляны.

Share
Статья просматривалась 735 раз(а)

Добавить комментарий