Наука, культура, словесность — всё, что интересно интеллигентному человеку
1 Вот белоснежная вершина. На ней стиральная машина. В ней очищает русский стих, чью глубину я не постиг, очаровательный мужчина — с восточной мудростью в глазах. Ликуйте, музы! Се — казах. А у разбитого корыта сидят соперники Бахыта — и юноши, и старики, а в том корыте — ни строки, …
Камерный оркестр Самарской государственной филармонии «VOLGA PHILHARMONIC» Дирижер — главный дирижёр Государственного камерного оркестра Республики Беларусь, главный дирижёр Академического симфонического оркестра Саратовской областной филармонии им. Шнитке, заслуженный артист РФ Евгений БУШКОВ Партия фортепиано — лауреат международных конкурсов Павел НАЗАРОВ. (Для выбора полноэкранного режима следует несколько раз нажать на Ctrl + …
Исполняется на все мотивы, которые подсказывает семантический ореол метра. Российская история, надувшись, как паук, Решительно исторгнута из области наук — Она сегодня в области — ремесленник, остынь!— Национальной доблести, инстинктов и святынь. Российская империя взирает испокон Без всякого доверия на право и закон — Без пафоса история фактически мертва. Ведь …
Со всеми остальными работами этого художника можно ознакомиться здесь: https://gallerix.ru/storeroom/2114439537/
В основе повествования документального фильма «Театр за колючей проволокой» – история уникального явления культуры, родившегося в 1943 году в Воркутлаге по воле начальника и заключенного (Михаила Мальцева и Бориса Мордвинова). Из барака на сцену под дулами автоматов ежедневно выходили талантливые актеры, художники, музыканты, чтобы сыграть спектакль, чтобы благодаря своему таланту …
Берег дальний, свет вечерний. Сколько звезд, но сколько терний между нами и звездой! Свет вечерний, берег дальний. Будь со мной исповедальней над священною водой Иордана, Ганга, Рейна и Днепра. Кувшин глинтвейна между нами на столе. Берег дальний, свет вечерний, мы одни во всей таверне, мы одни на всей земле. Есть …
Вступление Николая Солодникова: — Время от времени мы будем говорить о художниках, которые изменили мир. Создавали свой и меняли наш. Герой этого выпуска #ещенепознер — Иероним Босх. Непостижимый и пугающий. Завораживающий любого, кто хоть раз в жизни видел его картины. Наш проводник в мир Босха и его демонов — историк-медиевист …
Жил на Чайковского я, потом на Шпалерной. Что ни адрес, Софья Петровна, то скверный. Разве что нам повезло — те же парадные и подворотни, но зло сникло — казалось, того и гляди растает, даже пригрезилось: рассветает. Так ли уж рассвело? Тот же февраль и та же калошная слякоть, но, кроме …
В 1898 году в Нью-Йорке происходила первая международная конференция по планированию городов. Главная проблема была в огромном количество лошадей и навоза, который они каждый день оставляли. Это было настолько серьезно, что после трёх дней работы конференции (вместо запланированных десяти) участники объявили о её закрытии, так как не видели путей для …
Есть знаменитая фотография — вы видели ее, конечно. Сейчас она встретилась мне в очередной раз — мы отобрали ее для иллюстрирования большого материала о деятельности айнзацгрупп и зондеркоманд. Я рассматриваю ее очень внимательно. Этот снимок получил в мире фактически официальное название: «Последний еврей Винницы». Потому что это написано на обороте …
Спасательная экспедиция ищет выживших в кораблекрушении на необитаемом острове и застаёт картину: у костра сидит мужик, а всё пространство вокруг него завалено обглоданными человеческими останками. Спасатели замирают в шоке. Мужик: «Я понимаю, вам легко судить, но вот окажись вы в моём положении — вы смотрели бы на это всё …
В том лохматом году, в той заутренней белой пыли, что вползала на вдохе в нутро, опалив альвеолы, ты не помнишь, как мы, на себя не похожие, шли, и в ногах кучерявился ветер, как плащ длиннополый? Обернись на полжизни вперед: у земной бахромы, никого никому не видать, не звучат перетолки, только …
1 Среди литераторов почвенного лагеря — славянофилов, евразийцев, имперцев, оккультистов, неоромантиков и так далее — талантливых людей всегда было мало, со вкусом и чувством меры было очень плохо, и принимать их всерьёз можно либо из общеинтеллигентского чувства вины, либо из страха перед официальной идеологией. Культуре свойственно желать свободы, это одно …