Сергей Чупринин. ПОГОДИН (СТУКАЛОВ) НИКОЛАЙ ФЕДОРОВИЧ (1900—1962)

(Размер шрифта можно увеличить, нажав на Ctrl + знак «плюс»)

П., неоспоримо, как многим казалось, главный драматург эпохи социалистического реализма, всего лишь год проучился в станичной начальной школе, но, — как он вспоминает, — «инстинктивно тянулся к писательству»  и в 1920 году принес свою первую заметку в ростовскую газету «Деревенская беднота». Так оно и дальше пошло – работал репортером в ростовской же «Трудовой жизни»,  разъездным корреспондентом в столичной «Правде» (1924-1932). А там и маленькие пока сборники очерков появились – «Казаки», «Кумачовое утро», «Красные ростки» (все 1926).

Из журналистских впечатлений о строительстве Сталинградского тракторного завода выросла, собственно, и написанная буквально за неделю первая пьеса «Темп» — во МХАТ ее не взяли, зато в Вахтанговском поставили, и с большим успехом (1930). Поездка на Златоустовский металлургический завод обернулась «Поэмой о топоре» (1931), на Горьковский автозавод – пьесой «Мой друг» (1932), на Беломорканал – бодрой комедией «Аристократы» про «перековку» вчерашних уголовников (1934).

Самые удачные пьесы и сценарии П. и дальше так рождались – по социальному заказу, который надо было либо угадать, либо поспеть вовремя. Так, узнав в 1936 году, что А. Толстому, А. Корнейчуку, А. Афиногенову и В. Киршону правительством поручено создать драматургические произведения о Ленине и революции, А. сам напросился в эту группу и, сочинив «Человека с ружьем» (1937), который триумфально прошел и по сценам, и на следующий год по экранам страны, вырвался в лидеры отечественной Ленинианы.

Как, впрочем, и Сталинианы. Симпатизирующие П. мемуаристы рассказывают, впрочем, будто светлый образ Иосифа Виссарионовича, с которым Ильич «советуется» на каждом шагу, и в эту пьесу, и в «Кремлевские куранты» (1940) П. вставил чуть ли не под давлением «товарищей из ЦК»: «Там, — сообщает его невестка О. Северцева, — не было Сталина, там был только Ленин. И был большой скандал, его в ЦК или еще куда-то вызывали и велели вставить Сталина. И тогда пошли какие-то там диалоги <…>. В общем, тоже сильно возмущался по этому поводу всегда…».  Но так ли это важно, если спектакли по пьесам П. двинулись от Москвы до самых до окраин, на автора нахлынуло богатство, по тем временам фантастическое, а его статус упрочился и орденом Ленина (1939), и Сталинской премией 1-й степени (1941).

В автоматчики партии, как их позднее станут называть, П. однако же не подался, так что нет в его репертуаре проклятий ни врагам народа, ни безродным космополитам, ни заокеанским агрессорам. Будто и не замечая велений посуровевшего социального заказа, писал себе пьесы «Московские ночи» (1942), «Лодочница» (1943), «Икс и игрек» (1943), «Сентиментальное знакомство» (1944), «На Можайской дороге» (1944-1946), которые хоть и ничего к его славе не прибавили, зато будущий некролог не испортили.

А вот советскому мифотворчеству П. послужил, да еще как — пырьевские «Кубанские казаки» (1949) мало того что принесли сценаристу Сталинскую премию 2-й степени, так еще, при всей их олеографичности и, — как выражаются критики, — балаганности, вызвали у населения такой ажиотаж, что они и теперь эхом время от времени прокатываются по российским телеэкранам.

А сам П. — драматург хоть и заслуженный, но, это важно, беспартийный —  на десять лет стал главным редактором журнала «Театр» (1951-1960). И опять же, — говорит С. Алешин, — старался без крайней нужды ни лично «себя не замарать», ни в своем журнале «не печатать подлых статей, что было непросто, если учесть особенность того времени».  Протежировал В. Розову и А. Володину, поддерживал начинавших тогда А. Эфроса и О. Ефремова, собрал из В. Саппака, М. Строевой, И. Соловьевой, В. Шитовой, А. Свободина и других критиков настолько великолепный редакторский и авторский коллектив, что, — сошлемся еще раз на мнение С. Алешина, — «период, когда Погодин возглавлял журнал “Театр”, можно считать, пожалуй, лучшим в судьбе этого издания».

И как драматург в ответ на изменения общественного климата П. в дни Оттепели старался тоже меняться, но как-то не слишком удачно. Тряхнув стариной, из командировки в Кустанайские степи вывез молодежную пьесу «Мы втроем поехали на целину» (1955), но газета «Правда» и по ней, и по спектаклю, поставленному М. Кнебель и А. Эфросом, ударила такой сокрушительной статьей «Серьезная неудача драматурга», что снятый для переделок спектакль в репертуар ЦДТ уже не вернулся. Попытался в «Сонете Петрарки» (1957) напомнить, что к «святой» классовой ненависти хорошо бы добавить еще сочувствие, любовь к согражданам, но этот призыв прозвучал так робко, так неуверенно, что замечен не был. А про антимещанский роман «Янтарное ожерелье» (Юность, 1960, № 1-3), хоть и выпущенный в «Роман-газете» миллионным тиражом, из уважения к маститому автору постарались забыть сразу же: это, — свидетельствует О. Северцева, — «чудовищный роман <…>. Его даже открывать не надо, это бог знает что! Бог знает что!»

Что говорить, если и «Третья патетическая» (1958), завершающая погодинскую Лениниану, прорывалась к мхатовской сцене при отчаянном сопротивлении коммунистов Центрального музея В. И. Ленина, возмущенных «безответственным отношением драматурга Н. Погодина к такой важной для советского человека теме, как образ великого Ленина».

Соответствующие поправки в текст однако же были внесены, чересчур правоверные охранители приструнены Центральным Комитетом, и вся трилогия, отмеченная Ленинской премией (1959), продолжала держаться на сценических подмостках еще три десятилетия.

Держалась бы, возможно, и сейчас. Но жизнь неумолима, так что спектакли по пьесам П. давно сняты с репертуара, его книги около полувека не переиздаются, и только отмеченные этим некогда славным именем Северо-Казахстанский театр в Петропавловске да улицы в Ростове-на-Дону, в Донецке, в писательском Переделкине напоминают о П. — возможно и впрямь «едва ли не самом талантливом драматурге своего времени».

Sic transit gloria mundi.

Соч.: Собрание сочинений в 4 тт. 1972-1973.
Лит.: Холодов Е., Пьесы и годы: Драматургия Н. Погодина, М., 1967; Слово о Погодине: Воспоминания, М., 1968.

2 комментария к «Сергей Чупринин. ПОГОДИН (СТУКАЛОВ) НИКОЛАЙ ФЕДОРОВИЧ (1900—1962)»

  1. А.Синявский — Что такое социалистический реализм
    http://www.agitclub.ru › samiz › fen04
    Что означает это странное, режущее ухо сочетание? Разве бывает реализм социалистическим, капиталистическим, христианским, магометанским? Да и существует ли в …

  2. Сергей Чупринин. ПОГОДИН (СТУКАЛОВ) НИКОЛАЙ ФЕДОРОВИЧ (1900—1962)

    П., неоспоримо, как многим казалось, главный драматург эпохи социалистического реализма, всего лишь год проучился в станичной начальной школе, но, — как он вспоминает, — «инстинктивно тянулся к писательству» и в 1920 году принес свою первую заметку в ростовскую газету «Деревенская беднота». Так оно и дальше пошло – работал репортером в ростовской же «Трудовой жизни», разъездным корреспондентом в столичной «Правде» (1924-1932). А там и маленькие пока сборники очерков появились – «Казаки», «Кумачовое утро», «Красные ростки» (все 1926).

    Из журналистских впечатлений о строительстве Сталинградского тракторного завода выросла, собственно, и написанная буквально за неделю первая пьеса «Темп» — во МХАТ ее не взяли, зато в Вахтанговском поставили, и с большим успехом (1930). Поездка на Златоустовский металлургический завод обернулась «Поэмой о топоре» (1931), на Горьковский автозавод – пьесой «Мой друг» (1932), на Беломорканал – бодрой комедией «Аристократы» про «перековку» вчерашних уголовников (1934).

    Читать дальше в блоге.

Добавить комментарий