Eвгений Майбурд. РАБСТВО НЕГРОВ В АМЕРИКЕ. Часть III.

III. РАБЫ И ГРАЖДАНСКАЯ ВОЙНА

Сколько рабов убежали на Север после прокламации Линкольна об освобождении рабов в воюющих штатах Юга? Согласно историкам Юга, таких было 5% от всех рабов. Остальные никуда не двинулись оттуда, где были, «предпочитая оставаться со своими семьями и друзьями там, где они родились, на фермах и плантациях, возле могил своих предков».
Большинство черных рабов оказалось на стороне Конфедерации. Пишет современный историк Локлин Сибрук: «После войны белые историки с Юга признали, что южные негры буквально спасли Конфедерацию от полного и окончательного разрушения. Поистине, во время Войны Линкольна южные чернокожие были даже больше важны для дела Конфедерации, чем до нее. Их таланты, умственные данные, опыт и труд были абсолютно жизненны для выживания Юга, который проиграл бы войну гораздо раньше без их помощи».(1)
Автор ссылается на утверждение «выдающегося афро-американского историка» Бенджамена Кворлса», что «вклад южных негров в дело Конфедерации трудно оценить. Поддержка бесчисленных рабов и свободных негров, служивших в армии Конфедерации погонщиками, строительными рабочими, возницами, поварами, медсестрами, телохранителями и санитарами, — не говоря уже о сотнях тысяч, служивших солдатами. — помогала продолжать военные усилия армии Юга против Линкольна и его захватчиков».
Не менее важно, пишет Сибрук, что — при массе белых, молодых и среднего возраста, ушедших на фронт, — смелость, сила, строгая рабочая этика и сметка южных афро-американцев, оставшихся дома и поддерживающих работу на фермах, обеспечивали еду и необходимое снабжение армии Юга и охранявших белых женщин и детей от бесцеремонных посягательств солдат-северян. Все это спасло Юг от полного уничтожения.
Сибрук цитирует слова белого солдата Конфедерации Лютера Хопкинса из книги, написанной в 1908 г.:
«Должен сказать, у меня навсегда останутся нежные чувства в отношении цветных — из-за того, что я знаю об этой расе, и судя по моей связи с ними от раннего детства, до войны, и даже после.
«Мой дом в Вирджинии, прямо на границе между Севером и Югом, дал мне необычную возможность судить, насколько можно доверять негру в заботе и защите домов тех, кто был а армии Юга. По всему Югу, особенно в пограничных штатах, было немало белых, не симпатизирующих Югу, и иные из них действовали как шпионы и наводчики для войск северян, которые проходили по земле туда или обратно. Но я не знал ни одного негра, кто вел бы себя так. Они не только опекали и охраняли белых женщин и детей в их домах, но были не менее преданными и заботливыми в защите солдат-южан от захвата в плен, когда те являлись домой повидать своих близких.
«Ни один солдат в этой местности никогда не боялся, что слуги его или его соседа выдадут его врагу… Еще одна замечательная вещь: никто никогда не слыхал, чтобы негр-раб или, насколько я знаю, свободный негр Юга, обижал или проявлял неуважение к белой женщине…»
В другом отрывке Хопкинс рассказывает, как он приехал, так сказать, «за линию фронта» навестить зятя, и вдруг кто-то из слуг сказал: «Янки!». «Они уже были кругом, но прежде чем вошли, один из слуг спрятал мое седло и упряжь в саду, а я выскочил через заднюю дверь, влез по стремянке на чердак, стремянка была сброшена наземь, и я оставался там, пока они не ушли». Он также сообщает, что негры всегда называли конфедератов «наши солдаты», а северян – «эти Янки».
Сибрук приводит еще множество свидетельств от очевидцев, но здесь можно обойтись только еще одной цитатой, ценной потому, что она — из официального рапорта генерал-квартирмейстера армии Севера Монтгомери Мэйгса (ноябрь, 1862): «Труд цветных поддерживает солдата-мятежника, позволяя ему покинуть свою плантацию, чтобы встретиться с нашей армией, строит его укрепления, готовит ему еду и подчас помогает ему пикетировать, проявляя редкое умение владеть ружьем».

Негры на фронте

«Благодаря зловредному обычаю Янки сжигать адмистративные здания Юга, — пишет Сибрук, — невозможно дать точную статистику многонационального состава армии Конфедерации». По грубым оценкам историков Юга, состав армии и флота Южан был примерно таким: 1 миллион евро-американцев (2), от 300 тыс. до 1 миллиона афро-американцев, 70 тыс. идейцев, 60 тыс. латино-американцев, 50 тыс. иностранцев, 12 тыс. евреев-американцев и 10 тыс. азиан-американцев.
Неофициально, черные воевали с первых дней войны, пишет Сибрук. Ничего удивительного: в армию принимали всех добровольцев, независимо от цвета кожи. Лишь 13 марта 1865 г. в конгрессе Конфедерации прошла резолюция об официальном призыве черных в армию. В ней ничего не говорилось об эмансипации, однако спустя десять дней Президент Дэвис издал приказ, где было сказано: «Ни один раб не может быть призван, кроме как с его собственного согласия и с одобрения его хозяина в письменной форме, где написано, что он даст ему свободу, как только сможет».
Хотя черных не призывали в армию, по оценкам, около 300 тыс. южных негров вооружались сами, записывались добровольцами и героически сражались под знаменем Конфедерации. Это больше, чем было в армии Союза. В ней было около 3 миллионов солдат, из них черных было 200 тыс. По данным историков Севера, армия Союза насчитывала 2 млн. 898 тыс. солдат, а армия Конфедерации – 1 млн. 334 тыс. солдат. Сибрук говорит, что оценкам северян не стоит полностью доверять. Но если даже взять их за основу сейчас, тогда в армии Юга черных солдат было 22,5%, тогда как в армии Севера – 7%. Неясно, относятся эти числа ко всему периоду войны или к пиковому году. Но — что имеем, то имеем.

Share
Статья просматривалась 153 раз(а)

1 comment for “Eвгений Майбурд. РАБСТВО НЕГРОВ В АМЕРИКЕ. Часть III.

  1. Александр Биргер
    22 марта 2021 at 19:09

    III. РАБЫ И ГРАЖДАНСКАЯ ВОЙНА.

    Сколько рабов убежали на Север после прокламации Линкольна об освобождении рабов в воюющих штатах Юга? Согласно историкам Юга, таких было 5% от всех рабов. Остальные никуда не двинулись оттуда, где были, «предпочитая оставаться со своими семьями и друзьями там, где они родились, на фермах и плантациях, возле могил своих предков».
    Большинство черных рабов оказалось на стороне Конфедерации. Пишет современный историк Локлин Сибрук: «После войны белые историки с Юга признали, что южные негры буквально спасли Конфедерацию от полного и окончательного разрушения. Поистине, во время Войны Линкольна южные чернокожие были даже больше важны для дела Конфедерации, чем до нее. Их таланты, умственные данные, опыт и труд были абсолютно жизненны для выживания Юга, который проиграл бы войну гораздо раньше без их помощи».(1)
    Автор ссылается на утверждение «выдающегося афро-американского историка» Бенджамена Кворлса», что «вклад южных негров в дело Конфедерации трудно оценить. Поддержка бесчисленных рабов и свободных негров, служивших в армии Конфедерации погонщиками, строительными рабочими, возницами, поварами, медсестрами, телохранителями и санитарами, — не говоря уже о сотнях тысяч, служивших солдатами. — помогала продолжать военные усилия армии Юга против Линкольна и его захватчиков».
    Не менее важно, пишет Сибрук, что — при массе белых, молодых и среднего возраста, ушедших на фронт, — смелость, сила, строгая рабочая этика и сметка южных афро-американцев, оставшихся дома и поддерживающих работу на фермах, обеспечивали еду и необходимое снабжение армии Юга и охранявших белых женщин и детей от бесцеремонных посягательств солдат-северян. Все это спасло Юг от полного уничтожения.
    Сибрук цитирует слова белого солдата Конфедерации Лютера Хопкинса из книги, написанной в 1908 г.:
    «Должен сказать, у меня навсегда останутся нежные чувства в отношении цветных — из-за того, что я знаю об этой расе, и судя по моей связи с ними от раннего детства, до войны, и даже после.
    «Мой дом в Вирджинии, прямо на границе между Севером и Югом, дал мне необычную возможность судить, насколько можно доверять негру в заботе и защите домов тех, кто был а армии Юга. По всему Югу, особенно в пограничных штатах, было немало белых, не симпатизирующих Югу, и иные из них действовали как шпионы и наводчики для войск северян, которые проходили по земле туда или обратно. Но я не знал ни одного негра, кто вел бы себя так. Они не только опекали и охраняли белых женщин и детей в их домах, но были не менее преданными и заботливыми в защите солдат-южан от захвата в плен, когда те являлись домой повидать своих близких.
    «Ни один солдат в этой местности никогда не боялся, что слуги его или его соседа выдадут его врагу… Еще одна замечательная вещь: никто никогда не слыхал, чтобы негр-раб или, насколько я знаю, свободный негр Юга, обижал или проявлял неуважение к белой женщине…»
    В другом отрывке Хопкинс рассказывает, как он приехал, так сказать, «за линию фронта» навестить зятя, и вдруг кто-то из слуг сказал: «Янки!». «Они уже были кругом, но прежде чем вошли, один из слуг спрятал мое седло и упряжь в саду, а я выскочил через заднюю дверь, влез по стремянке на чердак, стремянка была сброшена наземь, и я оставался там, пока они не ушли». Он также сообщает, что негры всегда называли конфедератов «наши солдаты», а северян – «эти Янки».
    Сибрук приводит еще множество свидетельств от очевидцев, но здесь можно обойтись только еще одной цитатой, ценной потому, что она — из официального рапорта генерал-квартирмейстера армии Севера Монтгомери Мэйгса (ноябрь, 1862): «Труд цветных поддерживает солдата-мятежника, позволяя ему покинуть свою плантацию, чтобы встретиться с нашей армией, строит его укрепления, готовит ему еду и подчас помогает ему пикетировать, проявляя редкое умение владеть ружьем».

    Негры на фронте

    «Благодаря зловредному обычаю Янки сжигать адмистративные здания Юга, — пишет Сибрук, — невозможно дать точную статистику многонационального состава армии Конфедерации». По грубым оценкам историков Юга, состав армии и флота Южан был примерно таким: 1 миллион евро-американцев (2), от 300 тыс. до 1 миллиона афро-американцев, 70 тыс. идейцев, 60 тыс. латино-американцев, 50 тыс. иностранцев, 12 тыс. евреев-американцев и 10 тыс. азиан-американцев.
    Неофициально, черные воевали с первых дней войны, пишет Сибрук. Ничего удивительного: в армию принимали всех добровольцев, независимо от цвета кожи. Лишь 13 марта 1865 г. в конгрессе Конфедерации прошла резолюция об официальном призыве черных в армию. В ней ничего не говорилось об эмансипации, однако спустя десять дней Президент Дэвис издал приказ, где было сказано: «Ни один раб не может быть призван, кроме как с его собственного согласия и с одобрения его хозяина в письменной форме, где написано, что он даст ему свободу, как только сможет».
    Хотя черных не призывали в армию, по оценкам, около 300 тыс. южных негров вооружались сами, записывались добровольцами и героически сражались под знаменем Конфедерации. Это больше, чем было в армии Союза. В ней было около 3 миллионов солдат, из них черных было 200 тыс. По данным историков Севера, армия Союза насчитывала 2 млн. 898 тыс. солдат, а армия Конфедерации – 1 млн. 334 тыс. солдат. Сибрук говорит, что оценкам северян не стоит полностью доверять. Но если даже взять их за основу сейчас, тогда в армии Юга черных солдат было 22,5%, тогда как в армии Севера – 7%. Неясно, относятся эти числа ко всему периоду войны или к пиковому году. Но — что имеем, то имеем.
    (см. Продолжение ЧАСТИ III)

Добавить комментарий