Зеев (Владимир) Гоммерштадт. Претория

Я опубликовал статью «Персонально в мировой революции не заинтересован». http://club.berkovich-zametki.com/?p=39960
В 1926 году братья Конрад и Луис Шлюмберже во Франции основали фирму SHCLUMBERGER, так нам излагал на лекциях проф. В. Н. Дахнов, зав. кафедрой Промысловой Геофизики Московского Нефтяного Института им. И.М. Губкина. Ныне Государственный Университет Нефти и Газа им. Губкина, кафедра Геоинформационных Систем. Я окончил Московский Нефтяной институт по этой кафедре 1961 г. Геологический факультет.
Летом 1973 г. в Москве новый начальник (еврей) написал на меня рапорт: «сионистская пропаганда в рабочее время». Я написал заявление об увольнении на месте в кабинете директора. После этого я вылетел в Якутск на работу в студенческом отряде. Через год подал документы на выезд в Израиль и получил разрешение. Я описал это в статье «Товарищ Гоммерштадт, прочтите, что про вас пишут».                                  http://club.berkovich-zametki.com/?p=37892
В августе 1974г. я прибыл в Израиль, попал в кибуц Мерхавия. Физической работы я не боялся — работал в строительных отрядах в Якутске. Кибуц Мерхавия — старейший кибуц Израиля, там работала Голда Меир, старожилы говорили по-русски. Приняли меня хорошо и хотели оставить в кибуце, но я заявил «я кандидат технических наук». Из Хайфы приехал представитель «Абсорбция Учёных». С первого января 1975г. я приступил к работе в Беер-Шеве, Институт Исследования Негева при Университете. Начальник лаборатории Доктор Кеннет Прайсс (в дальнейшем профессор, декан Технологического факультета) — получил патент на проверку цементажа строительных конструкций — зонд на электрическом кабеле содержал гамма-детектор.
В 1977 году я начал работать в Еврейском университете Институт Физики, в должности инженера. Вначале я работал в лаборатории выращивания кристаллов, Crystall Growth, руководитель лаборатории был доктор Альфред Мустаки (Фреди), доктор физической химии. Израиль производит медицинскую аппаратуру, в частности трёхмерное рентгеновское сканирование, томография, применяют полупроводниковые детекторы, кристаллы. Фреди заключил договор на выращивание таких кристаллов. Фреди, очень яркая личность, обучил меня новой для меня специальности, в дальнейшем я успешно работал по этой специальности в Южной Африке. В университете было принято устраивать коллективный второй завтрак в 10 часов утра. Фреди участвовал в таких завтраках в лаборатории физики, привлёк также меня.
В Институт Физики прибыл новый административный директор, армейский полковник, владел несколькими языками, включая русский. Административный директор объявил: «физика — это я». Меня перевели на экспериментальную установку Positron Annihilation. Я защищал диссертацию в Москве на звание Кандидат Технических наук, специальность Геофизика, 1970г. на тему: «Сравнительный анализ импульсных нейтронных методов исследования скважин (ИННМ, ИНГМ) по результатам математического моделирования». «Comparative Analysis of Pulsed Neutron Methods (INNM, INGM), Well Logging, — on the Results of Mathematical Modeling».
В 1980 году начал искать постоянную работу. В газете прочёл объявление – требуются для работы в Южной Африке, Претория, Scientific and IIndustrial Research (CSIR), Лаборатория физики высоких давлений. В июне 1980 года мы прибыли в Преторию: моя жена, сын 3 года и дочь один год, — заключил контракт на 3 года, Chief Research Scientist. Фактически, опять работал по выращиванию кристаллов ( Crystall Growth), после трёх месяцев мой интерес к работе замедляется. Меня послали посетить золотодобывающие кампании — в Южной Африке золото имеет парагенезис с ураном. Я посетил также лабораторию изотопов недалеко от Претории.
Холодная война приобрела форму детанта, но в Тегеране исламисты оккупировали посольство США. Джимми Картер терял контроль. Южная Африка находилась под жестким международным давлением, плюс военная ситуация с Анголой. Появились заголовки в журнале TIME «America lost her wings!?», «Better red than dead «,- журнал выставлялся на всеобщее обозрение.
Немецкая община Претории была значительной, после войны прибыли  беженцы из Восточной Пруссии. Еврейская община Претории находилось на высоком уровне. Центральная синагога в Претории имеет ту же самую архитектуру, что и центральная синагога в Москве, построены в конце 19-го века. Мы посещали синагогу каждую субботу. При синагоге был детский сад, там приняли нашего сына. Дочку мы устроили в ясли — вилла на несколько детей и 4 няни, дочку называли «Beautiful girl». Идиллия начала портиться – вблизи нашего дома появились изображения фашистской свастики.
В лаборатории изотопов подняли политическую тему, я ответил: «Personally, I am not interesting in World Revolution»- Персонально, в мировой революции не заинтересован. Атомная бомба вам не поможет, вы имеете превосходство в конвенциональном вооружении. Между тем газеты опубликовали: арестован коммодор (капитан первого ранга) ВМС Южной Африки за связи с внешней разведкой Восточной Германии. Армия провела военную операцию в Анголе, захватили в плен майора Козлова.
Меня вызвали в лабораторию изотопов ещё раз, предложили заполнить анкеты для перехода на работу, зарплата в двойном размере. Анкеты я заполнил и подписал неразглашение в течение трёх лет после окончания работ. В газетах появилось новое сообщение – Южная Африка предложила Советскому Союзу обменять Козлова на Щаранского. Я объявил в CSIR – прерываю договор, мы возвращаемся в Израиль. Жена приняла сообщение очень тяжело – в Израиле нас никто не ждал. CSIR взял расходы на себя, Рональд Рейган победил на выборах. В январе 1981 мы вернулись в Иерусалим. Я явился в университет, все в один голос: «почему вернулся!?» Ответа не последовало — подписал неразглашение в течение трёх лет. Продолжил искать работу.

Share
Статья просматривалась 138 раз(а)

Добавить комментарий