Ефим Бершин. Чужой, как Иосиф…

И взяли его и бросили его в колодец;
колодец же тот был пуст; воды в нем не было.
Бытие; 37-24

Чужой, как Иосиф, забытый в колодце Москвы,
в бездонном дворе, где за окнами сушатся маски,
за то, что уже не умею молиться, как вы.
Ноябрь на пороге. Уже ни листвы, ни травы,
ни сна, ни покоя, ни даже купцов Медиамских.

Плывут облака, оставляя на небе следы.
Трясутся под небом горбатых строений верблюды.
И светятся храмы. Но так не хватает воды.
И новые люди опять вырубают сады.
Но я не умею молиться, как новые люди.

Не помню уже, из какой это было главы.
Тускнела над миром луна, как разбитая фара.
За то, что уже не умею молиться, как вы,
меня продавали в страну, где уже ни травы,
ни сна, ни покоя, а только жена Потифара.

И брат сумасшедший, сбежавший с картины Дали,
пасет надо мной на веревке ночную ворону.
Но я уже слышу полет колесницы вдали,
где вновь обретает обличье в кромешной пыли
под звуки Шопена зловещая тень фараона.

Share

Один комментарий к “Ефим Бершин. Чужой, как Иосиф…

  1. Ефим Бершин

    И взяли его и бросили его в колодец;
    колодец же тот был пуст; воды в нем не было.
    Бытие; 37-24

    Чужой, как Иосиф, забытый в колодце Москвы,
    в бездонном дворе, где за окнами сушатся маски,
    за то, что уже не умею молиться, как вы.
    Ноябрь на пороге. Уже ни листвы, ни травы,
    ни сна, ни покоя, ни даже купцов Медиамских.

    Плывут облака, оставляя на небе следы.
    Трясутся под небом горбатых строений верблюды.
    И светятся храмы. Но так не хватает воды.
    И новые люди опять вырубают сады.
    Но я не умею молиться, как новые люди.

    Читать дальше в блоге.

Добавить комментарий