Михаил Юдовский. Я немного устал…

Я немного устал. До свиданья, февраль,
саблезубый, как тигр. Мне нисколько не жаль
(или всё-таки жаль), что уходит зима,
напоследок качнув снегопадом дома.
Надоело листать белоснежность страниц,
где отсутствие букв и отсутствие птиц
навевают тоску и внушают печаль.
Я немного устал. До свиданья, февраль.
Ты уйдешь, не спеша, завернувшись в пургу,
уничтожив снега и следы на снегу,
и свинцовость небес, и частицу меня,
что смотрела сквозь пальцы на пляску огня
в том камине, где весело пели дрова,
искажая мотив, перепутав слова,
завивая дымок в голубую спираль.
Я немного устал. До свиданья, февраль.
Доставая колоду крапленую карт,
я играю с собой. Я предчувствую март.
Необуздан и дик, как проснувшийся зверь,
он войдет в мою комнату, выломав дверь,
и в медвежьих объятьях сожмет мою плоть,
чтобы снова на части меня расколоть,
по кусочку доесть и по капле допить,
разлучить с февралем и по новой влюбить
в то, что было со мной, в то, что будет со мной
в этой жизни земной и такой неземной.
И дрожа на ветру, как пробившийся злак,
я расплачусь в ответ. Или прысну в кулак.

Share

Один комментарий к “Михаил Юдовский. Я немного устал…

  1. Михаил Юдовский

    Я немного устал. До свиданья, февраль,
    саблезубый, как тигр. Мне нисколько не жаль
    (или всё-таки жаль), что уходит зима,
    напоследок качнув снегопадом дома.
    Надоело листать белоснежность страниц,
    где отсутствие букв и отсутствие птиц
    навевают тоску и внушают печаль.
    Я немного устал. До свиданья, февраль.
    Ты уйдешь, не спеша, завернувшись в пургу,
    уничтожив снега и следы на снегу,
    и свинцовость небес, и частицу меня,
    что смотрела сквозь пальцы на пляску огня
    в том камине, где весело пели дрова,
    искажая мотив, перепутав слова,
    завивая дымок в голубую спираль.
    Я немного устал. До свиданья, февраль.
    Доставая колоду крапленую карт,
    я играю с собой. Я предчувствую март.
    Необуздан и дик, как проснувшийся зверь,
    он войдет в мою комнату, выломав дверь,
    и в медвежьих объятьях сожмет мою плоть,
    чтобы снова на части меня расколоть,
    по кусочку доесть и по капле допить,
    разлучить с февралем и по новой влюбить
    в то, что было со мной, в то, что будет со мной
    в этой жизни земной и такой неземной.
    И дрожа на ветру, как пробившийся злак,
    я расплачусь в ответ. Или прысну в кулак.

Добавить комментарий