Восстание Бар-Кохбы. 1 Идеология радикальных фарисейских кругов 

В «Истории Августов» описываются волнения 115 – 117 г.г. н.э. с указанием мест этих волнений – Египет, Ливия, Палестина. Этим подчеркивается, что Эрец Исраэль участвовал в Восстании в Диаспоре.  Мишна отмечает волнения в Палестине того времени как «войну Квиета», связывая в одну цепочку «войну Веспасиана (70 г.), войну Квиета (115 – 117) и последнюю войну (132 – 135)». Связь этих трех восстаний постоянно акцентируется.  А.Опенгеймер предлагает на основе рассмотрения этой связи попытаться найти ключ к событиям, предшествующим восстанию Бар-Кохбы.

В Тосефте описываются события времен «войны Квиета»: «Четыре мудреца тайно собрались у рабби Элазара Бен Азарии в Циппори». Таким образом отмечается факт тайного собрания мудрецов, так как собраться открыто было нельзя. Рабби Элазар Бен Азария в период «войны Квиета» стоял во главе мудрецов Эрец Исраэль, так как раббан Гамлиель II к этому времени уже умер, а его сын Шимон – был еще молод. Факт тайного собрания в Циппори говорит о неспокойной обстановке в период 115 – 117 годов.

В других источниках сообщается о движении «мятежников» или «разбойников», например, о сыне рабби Ханании Бен Традионе, который (сын) к ним примкнул. Сам рабби Ханания в последствии был убит римлянами после восстания Бар-Кохбы. Другой источник сообщает о «разбойниках», которые «уважают» рабби Акиву и не хотят причинить ему вреда. Рабби Тарфона, занимавший следующий после рабби Элазара пост, был как-то связан с другими «разбойниками», хотел им помочь, не выдал их римлянам, хотя и побоялся их спрятать.

Г.Алон отмечает тяжелые экономические условия в Эрец Исраэль в период между Войной в Диаспоре и Восстанием Бар-Кохбы, обусловленные как расточительной политикой Адриана, так и влиянием «суровых засушливых или голодных годов». Он приводит несколько талмудических примеров из жизни сына рабби Акивы и рабби Тарфона, доказывающих это (неудачная женитьба сына рабби Акивы и, наоборот, многочисленные женитьбы рабби Тарфоны с целью спасти девушек и женщин от голода).

Современник рабби Элазара рабби Йоханан велел самим родителям давать пропитание всем детям, как маленьким сыновьям, так и маленьким дочерям, не перекладывая эти обязанности на общество. Однако, пишет Алон, «бандитизм, распространенный в этот период в Эрец Исраэль, трудно объяснить, ссылаясь только на экономические факторы». Он напрямую связывает «разбойничьи движения» того времени с «волнениями и мятежными настроениями в Эрец Исраэль».

Й.Бен-Шалом в статье «Исторические процессы и идеология в эпоху Явне» предположил, что вышеназванные волнения и настроения были следствием пропаганды мудрецов, придерживавшихся линии школы Шамая. Ученики школы Шамая продолжали отстаивать свои позиции, несмотря на формальную дезинтеграцию этой школы после поражения Великого восстания. Продолжали распространяться и радикальные взгляды сторонников этой школы. Й.Бен-Шалом рассматривает в связи с этим разногласия в высшем эшелоне мудрецов того времени, в частности между рабби Йеошуа Бен Хананией и рабби Элиэзером Бен Гирканом. Первый был верен школе Гилеля с ее гибкостью и приспособляемостью. «Что касается его антагониста, — пишет Й.Бен-Шалом, — то радикальность его взглядов и приверженность его системе школы Шаммая широко известны». Разногласия мудрецов относились к широкому фронту тем по самым разным вопросам, в частности по вопросу отношения к неевреям (к римлянам), о которых рабби Элиэзер сказал, что «у неевреев нет доли в будущем мире, ибо сказано «это злодеи Израиля».

Другим антагонистом рабби Йеошуа был рабби Элазар из Модиина, также бывший сторонником бескомпромиссного радикализма. Все действия и высказывания рабби Элазара были направлены на реализацию идей школы Шаммая по окончательному избавлению и для скорейшего наступления «горнего царства». Й.Бен-Шалом высказывает мнение, что «возглавлявшие народ мудрецы Явнее распространяли идеи, духовным и организационным центром которых была школа Шаммая». «Во время  восстания Бар-Кохбы, — пишет Й.Бен-Шалом, — эти идеи стали активно претворяться в жизнь».

Схожее мнение высказывал автор настоящего текста в обзоре «Иудейско – римские отношения периода Хасмонейских войн и восстаний евреев против Рима» (см. сайт ОУИ, раздел «Библиография» курса «Иерусалим в веках»): «Послевоенное (после Великого восстания) поколение евреев можно рассматривать как поколение, воспитанное фарисеями – мудрецами Явне, причем по результатам этого воспитания – фарисеями школы Шамая, хотя формальными руководителями евреев были в то время ученики школы Гилеля. Именно в «шамаевском» воспитании можно искать тот антиримский идеологический настрой, проявившийся в восстании в Диаспоре 115 – 117 годов н.э. и восстании Бар-Кохбы 132 – 135 годов н.э.».

Других взглядов придерживается Д.Годблат. В статье «Поддержка таннаев или влияние священников?» он задается вопросом: «Каков религиозно – идеологический импульс Второго восстания?», на который сам и отвечает: «Идеология восстания была связана с другими (нетанаическими) кругами – священническими». В поддержку своего мнения Годблат высказывает следующие аргументы:

— материальную заинтересованность священников в восстановлении Храма и возобновлении жертвоприношений;

— титул «наси», присвоенный позже Бар-Кохбе, свидетельствует о священническом влиянии;

— антихристианская политика руководителей восстания не была характерна для фарисеев того времени. «Только одна группа в иудаизме тех времен проводила политику преследования христиан – это главы священников конца эпохи Второго Храма»;

— в восстании Бар-Кохбы, в отличие от Первого восстания, не было признаков социального радикализма;

— в отличие от времени до Первого восстания, когда священническая олигархия правила при поддержке римлян – теперь священникам уже нечего было терять, это мог стать для них «последний и решительный бой»;

— постоянная антисвященническая линия поздних таннаев, исключивших священников из цепи передачи традиций (см. 1-ую главу трактата «Авот»).

Еще более революционных взглядов на идеологическую подоплеку восстания Бар-Кохбы придерживаются Тумбе и Двир. Первый предположил, что люди, возглавившие восстание были ессеями, второй отмечает влияние кумранской общины на идеологию евреев после Первого восстания, приведшее к восстанию Бар-Кохбы.

Какие же меры предпринимало римское руководство для предотвращения восстания в ответ на радикализацию идеологии в Эрец Исраэль? Начало правления Адриана (117) характеризовалось передислокацией римских военных сил. В Палестину были введены дополнительные военные легионы. Эти маневры иногда связывают с повышением статуса Иудеи до консульской провинции и ранга ее наместника и прокуратора, но нам представляется возможной и обратная связь, а именно: более высокий уровень руководства в связи с неспокойной обстановкой требовал и больших военных сил.

На всей территории Иудеи и Галилеи шло интенсивное строительство стратегических дорог и укреплений. Политика римских властей предусматривала патрулирование территории Иудеи и Галилеи, наблюдение за грабителями и мятежными группами, а также создание римской системы осведомителей и шпионов в еврейской среде, о чем пишет Й.Шацман в работе «Римско-еврейская военная конфронтация». Шацман также рассматривает назначение опытного и жестокого Лусия Квиета наместником Иудеи “как чрезвычайное, ставящее своей целью подавление мятежа в Иудее, поскольку те меры, которые принимались еще со времен Великого восстания оказались недостаточными”. Найденные в Тверии монеты 119 – 120 г.г. н.э. носят языческий характер, что, по мнению исследователя Джонса , «указывает на то, что местная администрация перешла в руки неевреев. Можно предположить, что тот же процесс происходил также в Циппори и в Шхеме» (см. А.Опенгеймер и Б.Айзек. Позиция исследователей по отношению к восстанию Бар-Кохбы).

Эти меры в период, когда уже был заключен мир с близлежащей Парфией, несомненно, были реакцией римской стороны на неспокойную обстановку в регионе, действия «разбойничьих» групп и антиримскую пропаганду, распространяемую радикальными еврейскими кругами.

 

Share
Статья просматривалась 607 раз(а)

Добавить комментарий