ЛЕНА БЕРСОН / ИРИНА ЕВСА / КАТЯ КАПОВИЧ

Loading

Лена Берсон

Чтобы все растратить силы – жизнь идет к концу,
Маша носит передачи Сыну и Отцу.
Если б знала, что Он любит – пенсия мала –
Для Святого Духа б тоже что-нибудь взяла.

Из одежды: майка, тапки, теплое белье.
Из надежды: не пытайся передать её,
Обнаружат, конфискуют всю, куда ни сунь.
Из предметов гигиены: мыло и шампунь.

Из любви: щепотки хватит, чтоб залезть в петлю;
Кипятильник, чашка, ложка, я тебя люблю.
Если дышится со скрипом, спится не ахти,
Больше точно не осилить, не перенести.

Ни таблеток для безумья, ни пилюлек от.
Нынче жалость стала верой и наоборот.
Маша видит много мертвых взрослых и детей,
Маше часто плохо с сердцем (с головой – окей).

Время складывать не камни, в сумку – барахло;
Маша носит передачи, ей не тяжело.
Вышло так, что нет надежды, веры и любви,
Боже мой, не надо милость – жалость прояви.

Ирина Евса

Что мне ответить сёстрам? — восплачем же о единой
жизни, плывущей в пёстром ворохе. Загрудинной
боли горячий слиток нянча, увидим с кручи:
вот и развёрнут свиток осени, вот и скручен.

Треснувшая, как слива, туча сочится красным.
Выйдут ловцы прилива к набережной, согласным
ором сгоняя чаек, брызнувших чередою.
Как выкипает чайник в споре огня с водою,

так выкипает наше время: колючим паром —
в лица, покуда машем с пристани или в яром
гневе сшибаем стены, но говорим: цунами.
Как рассчиталось с теми, время сочтётся с нами.

Вросшие не по росту в грунт на холме покатом,
в воздухе этом остром и до предела сжатом,
как ледяною водкой, вдруг захлебнёмся звоном
вечери о коротком светоче — позлащённом

свитке в клубах багрянца, ибо, сближая плечи,
нечего нам бояться и утешаться нечем.

Катя Капович

В чужом краю, где действовал даркон,
я наблюдала, как растет дракон
из мелкого сырого троглодита,
был глянцевый он с виду и простой,
он вился нематодною глистой
рядом с вельможным Ельциным из твида.

Что глянцевый наш далеко пойдет,
не верил мне в отечестве народ,
когда я приезжала из загранки,
что глянцевая рожа – знак ворья,
но к делу перешел он от вранья,
как переходят от гантели к штанге.

Точили человеков из гвоздей,
но был еще Тверской с толпой друзей,
Ходынка по Ордынке, трали-вали,
еще за гаражами пацаны,
футбол, Ландау, сумерки страны,
и как все обустроить обсуждали.

Пока болела за «Спартак» страна,
он приволок две амфоры со дна
холодного Таманского залива,
в одной была война, в другой был мир,
он первую открыл, вдохнул сортир,
любимый запах каждого сатира.

Лежала Фанагория в пыли,
авары, гунны – кто ее сожгли?
Аттилою стоял он над заливом.
Взглянул в могильник, почесал очко,
в истории останется ничто-
жество с особым глянцевым отливом.

Один комментарий к “ЛЕНА БЕРСОН / ИРИНА ЕВСА / КАТЯ КАПОВИЧ”

  1. ЛЕНА БЕРСОН / ИРИНА ЕВСА / КАТЯ КАПОВИЧ

    Лена Берсон

    Чтобы все растратить силы – жизнь идет к концу,
    Маша носит передачи Сыну и Отцу.
    Если б знала, что Он любит – пенсия мала –
    Для Святого Духа б тоже что-нибудь взяла.

    Из одежды: майка, тапки, теплое белье.
    Из надежды: не пытайся передать её,
    Обнаружат, конфискуют всю, куда ни сунь.
    Из предметов гигиены: мыло и шампунь.

    Из любви: щепотки хватит, чтоб залезть в петлю;
    Кипятильник, чашка, ложка, я тебя люблю.
    Если дышится со скрипом, спится не ахти,
    Больше точно не осилить, не перенести.

    Ни таблеток для безумья, ни пилюлек от.
    Нынче жалость стала верой и наоборот.
    Маша видит много мертвых взрослых и детей,
    Маше часто плохо с сердцем (с головой – окей).

    Время складывать не камни, в сумку – барахло;
    Маша носит передачи, ей не тяжело.
    Вышло так, что нет надежды, веры и любви,
    Боже мой, не надо милость – жалость прояви.

    Стихотворения Ирины Евсы и Кати Капович читать в блоге.

Добавить комментарий