Катя Марголис (10 августа)

Честно говоря, тратить время и красноречие на обсуждение «выборов» при фашистской диктатуре и гнилого «Яблока», которое уже третий десяток лет с редкой последовательностью падает недалеко от яблони, не вижу смысла.

Меня уже не удивляет ничто, происходящее и исходящее с этой территории— и все просолившиеся нормализацией зла «антивоенные» галямины, для которых ни международные законы, ни моральные не писаны.

«Антивоенная» их позиция состоит исключительно в капитуляции Украины и чтобы все вернулось, «как было»— сыто и комфортно.

Ну, ок, оставим их — у них диктатура, и любой писк—это событие, за которое можно ухватиться и на мгновение почувствовать, что «мы не нули», хотя вся арифметика их указывает ровно на обратное.
Ну, выпущенные из ГУЛАГа по обмену (а ради обмена запад пожертвовал принципом справедливости и правосудия и реальными преступниками, которые получили свои сроки — как тот же Красиков за убийство чеченского героя Хангошвили) — и вот эти Илья Яшин / Ilya Yashin и Андрей Пивоваров ратуют теперь за псевдовыборы , которые, помимо всего прочего, проводятся на захваченных оккупированных рф территориях, где людей пытают, похищают, уничтожают? Где царит тот самый Гулаг , от которого их избавили?

Забудем даже, что они пока не добились после своего обмена ни одного нового освобождения. За два года!

Представим себе лучше на секунду немецких антифашистов, активно агитирующих за участие в выборах, организованных Гитлером году так в 1944.

И еще некто из СПб мне вальяжно пишет, что «голоса с оккупированных территорий» (в пыточных подвалах, или под дулами автоматов или в процессе охоты на людей на улице дронами) «не окажут существенного влияния». Мол, можно пренебречь.

Вот и пренебрегают.

Оппозиция точно так же, как Путин, пренебрегает Свободой, правдой, справедливостью, человеческим достоинством, жизнями, демократией, международным правом.

Предположим даже на секунду, что голосование за Яблоко — это своего рода референдум против войны, как пытаются объяснить Кара-Мурза и Ко.

Тогда пусть кто-то объяснит мне такой интересный парадокс: почему такие все из себя антивоенные россияне (и особенно релоканты и эмигранты хор.ру), так бурно обсуждающие сейчас свой яблочный компот, так последовательно ежедневно игнорируют обстрелы украинских городов, ежедневные убийства спящих в своих кроватках детей, охоту на людей дронами — я понимаю, что вопросы на пятый год большой войны риторические, но полистайте их странички в соцсетях. О вчерашнем обстреле их любимой Одессы? Это ли не показатель?

Референдум против войны, вы уверены? Или референдум за возвращение хор.ру в зону комфорта?
Они не в рф, они в свободном мире. Но градус равнодушия и имперского эгоцентризма ровно тот же.
И особо забывчивым любителям шарлотки хочу напомнить, когда именно (в 2023) отряхивая на ходу нафталин, вылез из шкафа — точнее, был выпущен оттуда Явлинский. И с какими нарративами и по какой методичке: «на Западе усталость от «этой истории», «Украина никогда не сможет победить», «прекращение огня всеми, кто участвует в этом МЕРОПРИЯТИИ», «США бросит Украину» и многое другое. Весь вечер на арене: https://fb.watch/l6Hwnscc8p/?mibextid=Nif5oz «Собеседник»? Ну, конечно, Венедиктов. Ну и — горячий привет на тот момент сидящему Кара-Мурзе — объясняет его нынешнюю электоральную активность. Долг платежом красен.

В российском обществе что в путинском, что в «антивоенном» антипутинском — это основной механизм. Знакомства, блат, сеть взаимозачетов и взаимных услуг.

Право? Международное тем более? Нет, не слышали.

А теперь голосуйте, «голуби мира». И продолжайте пренебрегать оккупированными территориями, людьми и всем остальным человеческим в самих себе.

Только сначала прочтите вот это.

Тайра (Юлия Паевская) дала показания Хельсинкской комиссии США о зверствах, свидетелем которых стала в Мариуполе и в российском плену. Она провела в плену три месяца, за которые против неё велась пропаганда с обвинениями в нацизме. В своих показаниях она рассказывает о жестоком обращении и опровергает эти обвинения, делясь личным опытом пережитого.

Тайра о себе:

«Меня зовут Юлия Паевская. Мои побратимы зовут меня Тайра.

По профессии я графический дизайнер, а также президент одной из федераций айкидо Украины. Россияне называют меня нацисткой. Так они называют всех, кто оказывает им сопротивление или просто не хочет видеть Россию в Украине. Первые 20 дней этой войны я провела в Мариуполе, который превратился в ад. После этого я провела 3 месяца в российском плену. И это тоже был ад.»

О предложении покончить с собой:

«Когда мои палачи предлагали мне совершить самоубийство, я сказала — нет. Я хотела увидеть, что будет завтра, мне было интересно, как далеко они зайдут в своём безумии и злобе. И однажды, когда казалось, что надежды нет, кто-то заглянул в глазок и назвал моё имя. “Забирай свои вещи и на выход” — так начался мой путь к свободе.»

О российской империи:

«Колосс на глиняных ногах — это суть российской империи. Это доказано нашей армией, которая гонит врага с нашей земли. Спасибо вам за то, что вы так много делаете, чтобы мы их изгнали, но нужно больше. Надеюсь, вы здесь не из любопытства, надеюсь, вы здесь, чтобы не позволить этому продолжаться.»

О тех, кто остался в плену:

«Беременные пленницы, чья судьба неизвестна ни их семьям, ни государству. Боец, которого избивали три часа, а затем бросили в подвал, как мешок, и только через день к нему кто-то пришёл.».

Об ужасах в Мариуполе:

«Мёртвый ребёнок на руках у матери, семилетний мальчик с огнестрельным ранением, который умирает у меня на руках, потому что я не могу отвести смерть. Заключённые, которые неделями кричат в камерах и умирают от пыток без медицинской помощи, в адских муках. И единственное, что они чувствуют перед смертью — это издевательства и побои. Я помню глаза моего друга, которые я закрыла, прежде чем его тело остыло, ещё одного друга, и ещё одного, и ещё одного…

Я видела полмиллиона людей, погибающих под авиаударами — методичными, спланированными. Удары по больницам и жилым кварталам. Больница, переполненная ранеными солдатами и гражданскими, где закончились обезболивающие и другие медикаменты, антибиотики тоже скоро закончатся. Хирурги и медперсонал, которые спят по три часа в сутки, потому что операции идут одна за другой. Машины медицинской эвакуации, которые приезжают каждые 5–10 минут, где живые и мёртвые лежат друг на друге — иногда было трудно понять даже при попытке. Машины, которые горят с людьми внутри. Полицейские, которые достают из-под завалов женщин и детей, изуродованных до неузнаваемости. Люди, собирающие воду из луж. Разграбленные дома. Собаки, когда-то бывшие домашними питомцами, таскают по городу человеческие конечности.»

О «правосудии» оккупантов:

«Заключённых заставляют раздеваться перед тем, как их медленно убьют. Специально оборудованные комнаты для пыток. Дела на заключённых абсолютно одинаковые — в документах меняют только имя, и даже пол задержанного иногда не меняется. Никто на самом деле ничего не расследует. Доказательства добываются исключительно путём бесчеловечных пыток. Всё это напоминает средневековье. Я свидетель этого, как и тысячи пленных. Я говорю от их имени.»

Солдат, который умирал 6 дней:

«Наш солдат умирал в соседней камере. Он кричал шесть дней. Один. На седьмой день его тело сокамерники положили на носилки, чтобы охрана забрала то, что от него осталось. Другой солдат умирал от пыток тихо, и о его смерти мы узнали позже. Ему не оказали медицинскую помощь. И это лишь малая часть того, что я знаю лично.»

О безнаказанности России:

«Россия уверена в своей безнаказанности и безграничности своей пропаганды, как и своих природных ресурсов. У нас есть моральное право вести эту войну. Это не только наша война. Это Третья мировая война. И пока это понимание не станет глобальным, Россия будет подниматься снова и снова, убивая людей и разрушая мир. Жертвы, которые мой народ приносит на алтарь свободы — это жертвы мировой войны, и я знаю, что мы победим. Но даже после нашей победы враг восстановит силы для агрессии, и история пойдёт по кругу, если ничего не изменится. Смерть. Страдания. Реки крови. За что? Зачем? Вместе с Мариуполем они убили свой имидж благородных и непобедимых воинов. Мир увидел, что у них нет и намёка на воинскую честь, что они не соблюдают никаких гуманитарных норм и правил ведения войны. И это считается нормой. Почему?»

О вопросе от палача:

«Один из моих палачей спросил меня: “Знаешь, почему я делаю это с тобой?”. Я ответила: “Потому что можешь”. Он не ожидал такого ответа. Но это правда. Они делают это, потому что могут. Потому что их лидеры сказали им, что у них есть право это делать. Потому что однажды им это позволили. Потому что мир дал им иллюзию вседозволенности. Мир молчал, наблюдая за преступлениями россиян в Грузии, Сирии и так далее. Но победы украинской армии последней недели показывают — им больше не позволено. И их право силы — лишь иллюзия. Это колосс на глиняных ногах.»

Что может сделать мир:

«Свободный мир имеет достаточно рычагов влияния, чтобы остановить это безумие. Нужно начать с вопроса пленных — военных и гражданских на оккупированных территориях Украины. Вопрос обмена пленными и нежелание россиян сотрудничать. Как всегда, они выбирают стратегию уклонения. Наших пленных удерживают на территории так называемых ЛНР и ДНР, что позволяет России перекладывать ответственность на так называемую власть так называемых республик, чтобы избежать наказания. Но всем известно, что ничего не происходит на оккупированных территориях без приказов из Москвы. И российские спецслужбы стоят за каждой из этих структур. Мир должен требовать допуска ООН и Красного Креста к нашим пленным — как военным, так и гражданским, потому что ни одна гуманитарная миссия не оценивала состояние наших людей, которых незаконно удерживают в нечеловеческих условиях. Мир должен требовать участия международного сообщества и официальных лиц в переговорах об обмене пленными и их освобождении. Это сейчас наша главная задача. И я прошу вашей помощи в этом.»

Как противостоять пропаганде:

«Следующая проблема — борьба с пропагандой российского фашистского режима, потому что это их главное оружие. Справедливый суд над российскими военными преступниками и объективное расследование. Лечение и психологическая поддержка жертв войны. Мы должны противостоять московским нарративам, потому что они будут отказывать людям в праве на жизнь. Победа происходит в сердцах и головах — это не менее важно, чем сила оружия. Нас поддерживают — и больше всего народ Соединённых Штатов, и представители обеих палат Конгресса. Я хотела бы воспользоваться этой возможностью и поблагодарить вас за вашу поддержку и за историческую по масштабам помощь в сфере безопасности. Пожалуйста, продолжайте. Поддержите новый пакет помощи на 1,7 миллиарда долларов. Признайте Россию спонсором терроризма. Признайте эту агрессию геноцидом. Помогите нам спасти Украину, Европу и весь демократический мир. Спасибо!»