Константин Атоев. НУ-КА, ЧАЙКО, ОТВЕЧАЙ-КО!

Можно ли считать полковника Штуффенберга и людей, готовивших покушение на Гитлера, террористами? А агентов МОССАД, нелегально выкравших Эйхмана из Аргентины и доставивших его в Израиль для суда за истребление евреев во время Второй мировой войны? А партизан, повесивших Муссолини? А макИ во Франции, которые пускали под откос поезда, перевозившие немецкие войска, хотя при этом гибли французские машинисты?

Юрий Федоров очень доходчиво объяснил разницу между военной диверсией во время войны и терактом. Диверсия проводится против законной военной цели в условиях войны и при этом могут быть сопутствующие потери, возникающие из-за ошибок в расчетах, недостаточной точности оружия или близости посторонних лиц, не являвшихся целью, к зоне удара. Российские Эйхманы, Гейдрихи, Кальтенбрунеры, кутившие в московском ресторане, в котором произошел взрыв, как раз и являлись такой законной целью.

А вот цель теракта всегда состоит в запугивании, поэтому для террористов чем больше жертв, тем лучше. Именно так действует государство-террорист РФ, которое каждый день совершает теракты, стремясь убить как можно больше мирных граждан Украины, чтобы, посеяв страх и ужас, достичь своих политических целей. Вот тут сопутствующих потерь никогда не бывает, так как целью является не кто-то конкретный, а все, кто попадутся. Но бывают случаи, когда заказное убийство маскируется под теракт.

Жан Бодрийяр в эссе «Дух терроризма» писал, что теракты рассчитаны на мгновенное тиражирование экранами телевизоров (сети тогда еще не существовало). Образ разрушения становится главным оружием, усиливающим панику и заставляющим население содрогнуться от собственной уязвимости. СМИ не просто показывают теракт, они невольно становятся соучастниками, тиражируя страх и превращая трагедию в непрерывный поток образов.

Как и следовало ожидать, среди российских эмигрантов начался обычный плач по «нашим мальчикам». «Как это иначе назвать, если не терактом – вопрошает Михаил Фишман, — ну удары по НПЗ, и даже по складам «Wildberries» еще можно понять, но взрыв в ресторане, но гибель невинной курьерши, принесшей посылку!». Всем этим проливателям дождей из слез «по бедным россиянам», погибших от взрыва на юбилее одного из тех, кто, как и Эйхман, ответственен за военные преступления можно сказать следующее.

Во-первых, не факт, что это сделала Украина. Российские СМИ верещали бы из всех утюгов о страшной мести.

Во-вторых, уж больно топорная работа, ясно же было, что охрана не пропустит курьершу к охраняемому телу, так что это может быть очередной «поджог рейхстага», с целью дальнейшего закручивания гаек. В-третьих, это могли быть внутривидовые разборки коллег в борьбе за место под коррупционным солнцем.

Ну и, в-четвертых, если это все же были спецслужбы Украины – то цель была законной, а, даже если нет, мы бы им на пятом году войны и стольких уничтоженных российскими фашистами людей, это бы простили, как евреи простили похитителям Эйхмана, чехи – ликвидаторам Гейдриха, а объединенные нации – Штауффенбергу.

После Бучи и Мариуполя, после ежедневных смертей вследствие российских баллистических обстрелов украинских городов, после расстрелов и пыток военнопленных и не только их, но и гражданского населения, только за то, что оно говорит по-украински, в моральном плане уже нет ничего, чего бы украинцам было нельзя.

«Россияне должны рот себе зашить, если их тянет кричать про терроризм в центре Москвы, или когда у них возникает желание порассуждать о гуманитарных аспектах соблюдения законов ведения войны. Что-то всех этих желаний у них не было четыре с половиной года в отношении того, что делала Россия в Буче, Мариуполе, Киеве, Одессе, Харькове, Львове и других городах Украины» — так ответил Фишману и иже с ним не поверите, кто. Тот, кому недавно Каспаров предлагал самому заткнуться. Но зашить рот — тоже неплохо.

Во всех случаях это грандиозный прокол российских спецслужб, если, конечно, они сами не стоят за всем этим. Чтобы всех повязать кровью, бандиты заставляют участвовать в преступлениях как можно больше участников банды, чтобы тем уже некуда было отступать. Так и Путин на гибели некоторых своих генералов может показывать своему окружению, что украинцы их не пощадят, в случае его поражения, чтобы стояли рядом с ним до конца, отступать некуда. Так что возможны варианты – что-то спецслужбы не очень-то стараются охранять генералов.