Разыскивается юноша, посмевший читать Булгакова на языке оригинала под окнами его дома- музея…

4 июня, под окнами дома-музея Булгакова (Дом Турбиных), у пустого постамента, на котором еще за день до этого восседал в кресле печальный Мастер, юноша негромко читал вслух его знаменитый гимн Городу (Киеву) из «Белой Гвардии»: «Сады стояли безмолвные и спокойные, отягченные белым, нетронутым снегом. И было садов в Городе так много, как ни в одном городе мира…». Рядом никого не было.  Это прекрасное зрелище было прервано криками двух свирепых пергидрольных теток — работниц музея, беспредельно возмущенных, хотите верьте- хотите нет,  самим фактом  чтения Булгакова на  языке оригинала под окнами дома, где он родился и вырос. Видимо, в их понимании это было осквернением сакральной сущности украинского культурного объекта, выплачивающего им зарплату. Ну, как, бубонная чума или, черная оспа.

«Ви нам зіпсували репутацію! Чого це ви вирішили отут сісти, російською мовою читати?!» —  орали тетки в лицо юноше-книгочею, и этим лицом и повадкой не схожему ни с ними, ни с их сородичами.

(Репутацию им, недоумкам ущербным, испортили…А на самом-то деле, это они и их кураторы beyond repair попрали самый дух  дома-музея Булгакова, истребив одним своим присутствием  его высокую ауру. И так думаю не только я, а и, судя по пабликам,  огромное число граждан Украины, включая и этнических украинцев).

Прелестно-старомодную составляющую  в эту сюрреалистическую картину у стен дома-музея Булгакова привнес  юноша-книгочей. Вместо ожидаемого совета двум  языковым фельдфебельшам идти лесом, он немедля подчинился их приказу. Закрыл книгу, встал, и проходя мимо них, продолжающих осыпать его бранью,  каким-то старинным жестом приподнял свою чудную, чем-то похожую на пушкинско-гоголевский цилиндр шляпу, и галантно им поклонившись, безмолвно удалился. Преподал, что называется, урок деятелям жовто-блакитной культуры.

Это вирусный ролик так поразил  Алексея Арестовича, что он стал разыскивать юношу-книгочея через свой  ФБ:

«Ищу молодого человека, читавшего Булгакова вслух в подлиннике на месте сноса памятника в день сноса.

Его еще прогнали перепуганные работники музея.

Хочу вручить ему литературную премию:

— «За дерзновенность в искусстве».

100 тысяч гривен.«

Постскриптум: 

В предыстории борьбы с Домом Турбиным сюра не меньше, чем в описанной выше сцене.

Музей собирались закрыть стопицот раз, начиная с инициативы, а фактически, с требования «киевских письменников», еще летом 2022-го порешивших, что он не должен продолжать функционировать, поскольку «Может ли в самом центре Киева и дальше работать музей писателя, который являлся идеологом «русского мира, яростно ненавидел Украину и ее независимость, а также порочил, как только мог, ее в своих произведениях, например, в романе «Белая гвардия», — говорится в их заявлении.  (Хотя любой мало-мальски не лишенный лингвистического слуха и здравомыслия читатель знает, что если и существует в мировой литературе истинный гимн Киеву, то звучит он именно в «Белой Гвардии», где Киев встает во всей своей трагической красе под именем Города)

В национал-патриотическом угаре своих отдающих маразмом устремлений Союз Писателей Украины пошел еще дальше. Он предлагал сдать на хранение все музейные экспонаты дома на Андреевском Спуске 13, и на зачищенном от Булгакова пространстве открыть открыть музей «широко известного в узких кругах» украинского композитора Александра Кошица. Главное основание замены одного насельника другим следующее — «известный композитор Кошиц жил в этом доме до того, как туда въехала семья Булгаковых».

Но в 2022-ом на столь радикальный шаг тогдашние швондеры не решились, а гадили Булгакову по мелочам, в рамках так называемой «украинизации фасада». Так они сменили мемориальную доску, первоначально гласившую: «В этом доме жил известный русский, советский писатель Михаил Булгаков».

Теперь там надпись, сменившая первичный и привычный статус жильца дома номер 13 по Андреевскому спуску с писательского, на «видного киевлянина и врача (ага, венеролога)»: «В цьому будинку в 1906–1919 роках жив видатний киянин, лікар, письменник Михаїл Булгаков»

А четвертого июня 2026-го, как вы уже знаете,  шаловливые ручонки украинских швондеров дотянулись и до самого Михаила Афанасьевича, оставив перед этим домом пустой постамент. Ежи Лец советовал, «разрушая памятники, оставляйте цоколь». В том смысле, что он может пригодиться при установке на него более востребованного сегодня обществом монумента.

Ну вот, все одно к одному. Истлевшие потроха «батьки нашего Бандеры», вслед за таковыми же Андрия Мельника,  треба перетягнути  с мюнхенского погоста в Киев, как обещал давеча нынешний «отец украинской нации»… И вот там, у дома Булгакова его и перезахоронить, так же, под салют и с коленопреклоненным вождем нации. Типа, пусть Кремль, наконец, вздрогнет и осознает. А на постамент — конную статУю степашки, именем которого еврейские женщины, как мы — барабашкой,  пугали во времена украинских погромов своих детей…

А еще до всех этих дел с корпуса Киевского национального университета имени Тараса Шевченко по инициативе образовательной организации «Экспертный корпус» без лишних слов свинтили мемориальную доску Булгакову.

Ну что ж, в необузданной национально-русофобской истерике, граничащей с умопомешательством, украинские письменники могут соперничать в съехавшей с глузду стране  с ее же образовательными организациями.

Жаль, что никогда нам уже не узнать, что сказали бы по поводу этого достаточно  зловещего паноптикума два непоправимых русских интеллегента, профессор Преображенский и докторо Борменталь, и кому бы Филлип Филлипыч адресовал нынче свой знаменитый монолог про «советы космического масштаба и космической же глупости!»

Ну, и совсем уже на посошок:

Давая развернутый анамнез имеющего места зоопарка, паноктикума или,  узаконенного абсурда, как вам больше нравится, нельзя не упомянуть, что в работе все еще открытого дома-музея Булгакова произошли драматические изменения.

Здесь обратимся к услугам фаворита народной любви и доверия —  ИИ:

Музей изменил подход и больше не прославляет Михаила Булгакова вслепую. Теперь сотрудники Литературно-мемориального музея делают акцент на истории самого здания и жизни Киева той эпохи.

Главные изменения в рассказах гидов:

• Убрали прошлую выставку: Вещи и декорации к роману «Белая гвардия» спрятали в хранилище.
• Изучают историю усадьбы: Теперь посетителям подробно описывают саму старинную усадьбу.
• Вспоминают других жильцов: Экскурсоводы рассказывают про реальных соседей семьи писателя.
• Обсуждают имперские взгляды: Гиды открыто разбирают политическую слепоту и ошибки автора.
• Сменили язык общения: Все официальные экскурсии проводят только на украинском языке. Сотрудники строго просят не читать тексты писателя на русском языке возле здания.

Теперь вы поняли, почему тетки — сотрудницы литературно-мемориального музея Булгакова, столь безбоязненно погнали  от его стен читателя «текста писателя на русском языке»? Ни на гран не убоявшись, что их постигнет судьба бедного Ивана Бездомного. А он если, помните, за безумные речи и поступки увезенного санитарами в сторону клиники профессора Стравинского. Музейные же дамы были уверены в другом: что действуют строго по инструкции как своего учреждения, так и «тонкошеих вождей» своей несчастной страны.

А вообще-то говоря, эта была неплохая идея — поменять вывеску на доме, где Булгаков родился и вырос, на имя его прежнего владельца. Ведь тогда  не стала бы более подвергаться осквернению дорогая миллионам людей память о Булгакове… Как сегодня, когда в его собственном доме обсуждаются его мифические имперские, вместо очевидных — антисоветских — взгляды; где с какого-то перепугу «вспоминают других жильцов»;  и где, и в этом  фишка сюра,  нельзя услышать о «жизни и судьбе» Булгакова, что называется, на «языке его матери».