![]()
Я сижу на балконе и смотрю на море. В этот пейзаж почти без перерыва я вглядывалась больше 20 лет. Я знаю в нем всё. И даже тогда, когда Писсури накрывает утренняя туманная дымка или беззвездное, по-южному особенно черное небо, я все равно точно знаю и вижу всё, что сейчас передо мной. Оно изучено в таких подробностях, что можно даже закрыть глаза.
Есть только одна маленькая деталь. Это не я сейчас на балконе. Я — не грузная стремительно стареющая тетка с инвалидной коляской, приткнутой сбоку, шмыгающая носом и пускающая пузыри от накативших воспоминаний. Эта неизвестная мне любопытная отдыхающая просто следит со своего балкона, как я плыву всё дальше и дальше от берега, туда, где никого нет рядом, только я, море и зеркальное ему бирюзовое небо.
Это моя стихия, мне ничего в ней не страшно, да и чего мне бояться?! Родители еще не такие старые, вполне себе бодрые, сидят с нашей собакой в Малаховке, а на берегу строят галечно-песчаные замки мой молодой, еще только начинающий рано седеть муж и пухлощекая, глазастая Катька, которая еще ничего не знает про жизнь, про труд и бесконечную гонку, про подлость и предательство, про свои и чужие разводы, про то, что можно вообще чего-то опасаться даже тогда, когда папа и мама рядом.
Даже уплыв далеко в море, я вижу своих, я слышу их смех, даже оттуда мне видно, как они счастливы! Ведь мы впервые вместе в этом сказочном краю, где соединяются горы и море, где цветут бугенвиллии и жакаранды, где зреющий виноград свисает тебе прямо в тарелку с жареной рыбой, бившей хвостом еще два часа назад, а тишину нарушает только шум прибоя, детские голоса да заунывная песня-стон несостоявшейся любви «С’агапо…» И если кто-то вам скажет, что под вашими окнами идет война, вы шарахнетесь от этого сумасшедшего и утопите в море его бред.
Я, т. е. это старая толстуха, видит нас всех со своей обзорной площадки. Еще вчера я, т. е. она, была частью этой живой картины. Теперь мы с ней уже ни на что не способны, разве только подслеповато вглядываться в этих молодых, беспечных, счастливых людей и усмехаться их неведению и иллюзиям….
Татьяна Хохрина (3 июня)
Я сижу на балконе и смотрю на море. В этот пейзаж почти без перерыва я вглядывалась больше 20 лет. Я знаю в нем всё. И даже тогда, когда Писсури накрывает утренняя туманная дымка или беззвездное, по-южному особенно черное небо, я все равно точно знаю и вижу всё, что сейчас передо мной. Оно изучено в таких подробностях, что можно даже закрыть глаза.
Есть только одна маленькая деталь. Это не я сейчас на балконе. Я — не грузная стремительно стареющая тетка с инвалидной коляской, приткнутой сбоку, шмыгающая носом и пускающая пузыри от накативших воспоминаний. Эта неизвестная мне любопытная отдыхающая просто следит со своего балкона, как я плыву всё дальше и дальше от берега, туда, где никого нет рядом, только я, море и зеркальное ему бирюзовое небо.
Читать дальше в блоге.