Алексей Копытько, экс-советник министра обороны Украины 2 (30 мая)

Уже начали поступать красивые картинки из Матвеева Кургана (Ростовская область), а мы ещё не закончили с Армавиром (Краснодарский край).

Информация прошла вскользь, президент похвалил СБУ за успешное введение санкций, все переключились на очереди за топливом в Крыму (оно как раз в тему, ибо есть параллели).
Зафиксируем сюжет, чтоб не забыть.

Кинетические санкции СБУ 29/30 мая введены против крупной перевалочной нефтебазы ООО «Южная нефтяная компания» (г. Армавир). В 2011 г. эта фирма купила у «Транснефти» ЛПДС «Армавир», поэтому в СМИ этот объект продолжают называть ЛПДС «Армавир», что вносит некоторую путаницу.

Основателем и владельцем «ЮНК» более 20 лет является локальный олигарх Рязауди Магомадов. В нефтебазу вложили деньги, модернизировали и нарастили резервуарный парк (до 145 тыс. куб. м нефтепродуктов и 4000 куб м газа), построили жд-ветку 7,5 км к путям общего пользования и 4 жд-эстакады для одновременного слива топлива из 144 цистерн.

Также «ЮНК» развернула сеть из 22 АЗС (16 в Краснодарском крае, 5 в Ставропольском и 1 в Адыгее). Т. е. это достаточно крепкий региональный игрок. Который второй раз за весну (первый – 7/8 марта 2026 г.) оказывается под кинетическими санкциями.

Напомню также, что 15/16 марта 2026 г. под санкциями оказалась меньшая по объёму, но сходная по значению на местности нефтебаза компании «Югнефтепродукт» в Лабинске (50 км от Армавира). Она полыхала 2 суток и сгорела на 2/3. В Армавире, к сожалению, пожар локализовали оперативно.

Особенность Краснодарского края – он утыкан НПЗ, работающими на потребности региона и на экспорт. Много топлива потребляет сельское хозяйство и туристы. И вот как раз накануне курортного сезона и активной фазы полевых работ накапливаются проблемы у региональных дистрибьютеров топлива.

Сами по себе эти удары не смертельны. Но они создают воронку.

Во-первых, возникают логистические разрывы, которые надо перекрывать. Кто-то у кого-то откусит немножко рынка. Кто-то заплатит за топливо дороже.

Во-вторых, получившая кинетический удар компания резко ухудшает финансовые показатели и становится объектом притязаний оппонентов. Летом-осенью прошлого года топливный кризис был использован для лёгкого передела мелкооптового рынка и розницы. Покусали «независимых» торговцев. Что порождает конфликтность, особенно – сейчас.

В-третьих, локальный дефицит вследствие ударов по нефтебазам (как и по бензовозам в Приазовье) – это отличный повод немного сгустить краски. Вот тут уместна параллель с Крымом.

Обратите внимание: буквально за сутки в Крыму ситуация ухудшилась от «небольшие проблемы с топливом» до «ужас-ужас, блокада!». В значительной мере это игры владельцев топливных сетей, который уже начали спекулировать. Очереди провоцируют дополнительный ажиотаж и нервозность. Которая накладывается на общий неблагостный фон…

Если тенденция сохранится, то к бухтению по поводу интернета, налогов, цен и др. добавится бухтение по поводу топлива, к тому же подкреплённое невозможностью предсказуемо улететь на море. Атмосфера будет такая себе.

А, поскольку российская власть тотально врёт (дорогие россияне об этом всё чаще прямо говорят), станет больше вопросов.

Это не приведёт к революции и даже бунтам, но толкание на околокремлёвском олимпе усилится. Кремлю придётся чем-то занять население…