Татьяна Вольтская (30 мая)

Мне кажется, эта фотография о многом говорит. Осмысленное энергичное лицо, – человек пытается что-то донести до людей, пока его ведут по коридору два – нет, не упыря, с виду вполне благообразных молодых охранника. Но ведь и в ГУЛАГе не опереточные злодеи служили, но пытали зеков голодом, холодом и каторжными работами – за милую душу. Ничего личного, просто служба такая. Это правозащитник Бахром Хамроев, сейчас он сидит в той самой «Полярной сове» в тот самом Харпе, где убили Навального и где недавно пытали математика Азата Мифтахова.

Бахром Хамроев сидит с первого дня войны – по сути за то, что 30 лет защищал права трудовых мигрантов, сотрудничал с «Мемориалом» (недавно позорно признанным экстремистским), с организациями «Помощь» («Ёрдам») и «Гражданское содействие». Его обвинили и в оправдании терроризма, и в участии в террористической деятельности –поскольку он представлял в судах интересы людей, часть из которых обвинялась в этих преступлениях. Вообще, любой преступник, включая серийных убийц, имеет право на защиту, но мы имеем то, что имеем. И немало адвокатов (например, адвокаты Навального) тоже сидят.

Бахрому 63 года, он перенес 2 инсульта, но его все равно с первых дней сажали в ШИЗО, пытали и избивали. А потом осудили почти на 10 лет. Еще когда он сидел во владимирской ИК-3, его адвокат рассказал, что его не кормят, не дают воды, лишают прогулок и медицинской помощи. Сейчас в Харпе его жена Зухра первый раз за два года смогла побывать с ним на длительном свидании. Она рассказала, что как только он прибыл в «Сову», его поместили в «стакан» — узкая клетка, где можно только стоять. Ему стало плохо, он закричал: «Фашисты, вы хотите меня убить?!» Его привели в кабинет со всякими майорами-подполковниками, те спросили: «Ты нас фашистами называешь?» Он ответил: «Да» — и попал на 3 месяца в ШИЗО.

Всего он провел в ШИЗО и ПКТ (камера со строгими условиями) почти 9 месяцев. Причем сидел с двумя дагестанскими авторитетами, угрожавшими ему лютыми расправами, но как-то с ними совладал, не прогнулся. Пытали холодом – зимой на прогулку выводили без теплых вещей, так что у него на время нога отнялась. Говорят, начальница медсанчасти – настоящая гестаповка: у Бахрома гипертония и диабет, лекарств не дают, отобрали тонометр, глюкометр и даже очки. Зато на прогулке он встретил Азата Мифтахова, тот обрадовался – сказал, что читал о нем. Бахром его успокоил и рассказал, как общаться с мусульманами. Это очень пригодилось – вскоре Азат попал в ту же камеру к дагестанцам, которые кошмарили Бахрома.

Бахрома Хамроева тюремная администрация ненавидит, видимо, еще и за то, что он помогает другим заключенным. Его жена Зухра говорит, что в тюрьме его медленно убивают, просит писать ему письма (адрес – на сайте признанного иноагентом ОВД-Инфо, которое о нем и написало). «Вы думаете, что будете убивать и пытать людей безгранично…. Россия репрессиями только ускоряет падение этого режима. Вы не уйдете от этого наказания…» — передает Зухра слова, которые ее муж кричал из клетки.