Александр Габриэль. Три стихотворения

***
Собака угодила под авто.
В тот миг её спасти не мог никто.
Полуживой она сползла в овраг.
Ненужный элемент, фабричный брак.

Когда-то у нее хозяин был,
но ведь и он пошел в расход, в распыл,
а говоря точнее — на войну.
Погиб. За что? Сказали: «За страну».

Собака с той поры жила одна,
не понимая, в чём ее вина.
Но выпал ей мучительный итог:
она была всех мусорок знаток.

И чуяла, ущербна и стара,
что ей конец и надо со двора
уйти во тьму, что, в общем-то, пустяк,
но лучше бы не так, не так, не так…

Рычала иногда, но не со зла.
Гонцом вестей кромешных не была.
Нет у собак понятия «злодей»
и потому их жальче, чем людей.

Стал воздух плотен, раскален и туг;
В грудине переломанной — тук-тук —
все тише, реже ход земных часов…
Прими звезду, Созвездье Гончих Псов.

***
О, как разнимся мы! — от века и доныне;
от груза зряшных дел устал вселенский ЖЭК…
В одних горит огонь Камю и Паганини,
другому по душе то шлюхи, то блэкджек.

И в ад я не хочу, и непригоден к раю.
Повсюду балаган. Обманка. Суетня.
Когда-то я сказал: мол, я так не играю.
Но те, кто слышать мог, не слушали меня.

Я — где-то в стороне, как гиндукушский йети,
а вовсе не поэт, любимец аонид.
«Придумайте сюжет о нежности и лете» —
дерёт горляк певец, от коего тошнит.

Мне слышен плач небес над птичьим пиццикато,
мне виден облаков неторопливый бег…
Течёт за горизонт конторский клей заката,
цепляется за свой летучий, быстрый век.

Сокрыт в тумане путь, лишь ясно то, что в тренде,
у каждого свои добыча и улов…
Но ведь твердил поэт, что это шерри-бренди,
а истина и суть — сокрыты между слов.

ПОСТМОДЕРН-НЕКРАСОВ

(Примечание: Уже ряд лет виновниками появления мочи в российских подъездах шутливо называют американских президентов)

Есть такая страна — непостижна уму;
в ней считают то деньги, то слоги…
Там Онегин страдал, там тонула Муму,
там тоскует душа… Но причины тому —
не всегда дураки и дороги.

Там привычны и к скрепам, и к вечным боям,
всех живее там мёртвые души…
А для всех, не сваливших в Бангкок и Бат-Ям,
есть парадный подъезд. По торжественным дням
ссут туда то Обамы, то Буши.

От такого в два раза бедовей беда —
та, которой нельзя не случиться…
Так что полного счастия нет никогда.
Даже Трамп (вот уж кто бы!) — и тот иногда
забегает в подъезд помочиться.

Стала б эта страна самой лучшей окрест,
жизнь не знала бы горя и стона,
и Россия была б absolutely the best,
если б только не ссали в парадный подъезд
эти ироды из Вашингтона.