Карина Кокрэлл-Ферре. Скрытые правила английского поведения

(Англичане в естественной среде ничуть не менее таинственны, чем затерянные племена Амазонии)

По собственному признанию, этнограф и антрополог Кейт Фокс, англичанка, не переносит москитов и жару, поэтому не последовала примеру других коллег, отправившихся изучать затерянные в амазонских джунглях племена, а вместо этого просто вышла из своего дома и стала посещать родных, знакомых, соседей, а также местные пабы. Ибо англичане в естественной среде обитания ничуть не менее таинственны. Жизнь их полна неписаных правил, едва уловимых жестов, знаков, непостижимых для непосвященных, но которые помогают им мгновенно определить место друг друга в иерархии мироздания, что потом определяет и все их дальнейшие взаимоотношения. Кейт Фокс решила поведать миру о своем загадочном народе, поэтому написала книгу «Наблюдая за англичанами. Скрытые правила поведения», тут же переведенную на десятки языков и ставшую международным бестселлером.

Вечный разговор англичан о погоде Кейт Фокс сравнивает с социальной функцией выискивания блох у приматов: создание предпосылок для дружественных отношений. Сама по себе погода волнует англичан не более, чем она волнует, допустим, испанцев. Это сигнальная система, позволяющая наиболее приемлемым способом завязать контакт.

Несомненно, вы уже знаете, что основная задача англичанина — в первые секунды общения с незнакомым человеком определить его классовую нишу. Для этого коварная Кейт Фокс предлагает произвести вот такой жестокий эксперимент: произнесите что-нибудь заведомо тихо, заставьте собеседника переспросить. Если услышите «pardon?»1, все ясно! Верхне-средний класс смеется над этими попытками нижне-среднего класса из пригородов ввернуть французское словцо! Высший класс называет пригороды «страной Пардонией». Так что не одергивайте ваше дитя: «Не “what”, а “pardon”»! Представитель образованного класса, нешапочно знакомый с французским, согласно Кейт Фокс, если захочет переспросить, скажет: «Sorry-what?»2

И вот еще простой тест: как вы называете диван — «sofa» или «settee»? Если первое — вас могут отнести к верхнесреднему классу, если второе — выше средне-среднего вам не подняться. Крайне важно и то, как выглядит ваш диван. Чем он новее, чем мягче его кожа, чем соблазнительнее ее «континентальный» лоск, тем ближе его владелец к «нижне-среднему» класс, ну, в крайнем случае—«средне-среднему».

Если же ваш диван благородно обшарпан, с лысой обивкой, утрамбованными в блин подушками и в царапинах от когтей крупной собаки — позади такого уместен даже вышколенный Бэрримор.

К вашему сведению, все эти оберегающие поверхность стола подставки под бокалы и тарелки — безошибочный индикатор «нижне-среднего» происхождения. Мебель должна быть в шрамах, как лицо колониального полковника времен Киплинга, ибо высший класс мебель не покупает, он ее наследует! Чем сильнее расшатаны ножки вашего стола, тем устойчивее ваша репутация принадлежности к рафинированному классу!

Теперь произношение. Слушайте вашего собеседника. Если он «проглотил» хотя бы одну согласную, даже если вы потягиваете коктейль в его замке, над камином герб, а в углу сияют рыцарские доспехи, все это не должно ввести вас в заблуждение относительно рабоче-крестьянского происхождения хозяина замка. Если продавец журнала Big Issue3 с лиловым фингалом под глазом поблагодарил вас за покупку и при этом четко произнес все согласные, но только наметил гласные — это, возможно, выпускник Оксфорда или Кембриджа, которому просто пока не везет. Причем владелец замка не сможет подняться классом выше, даже если его пожалует в рыцари сама королева, в то время как второй, даже заворачиваясь в плед на полу подземного перехода, останется «upper class»4.

Кстати, неприкрытое проявление классового снобизма и «классового беспокойства» — это явное поведение мелкого буржуа.

Теперь дом. Кейт Фокс тут цитирует Паксмана о том, что дом для англичанина — это даже не только крепость, это «его всё», даже его родина. И приводит песенку эдвардианских времен: «Немцы живут в Германии, римляне — в своем “Рома”, турки живут в Турции, а англичанин — дома». Словно туземец, пытающийся отвратить злых духов, хозяин прекрасного дома, будет рассказывать вам о драме своего переезда, ремонта, о том, в каком ужасном состоянии оставили дом прежние владельцы, как много денег уходит на его поддержание, будет ныть о недостатках своего жилища, но ни словом не обмолвится о самом главном, насколько он или она любит свой дом. И боже упаси вас давать какие-либо непрошенные «дизайнерские» советы, будь вы хоть сотню раз профессиональным дизайнером: с вами холодно распрощаются и больше не пригласят. Эмоциональные преувеличенные комплименты его дому, по уверениям Кейт Фокс, англичанин тоже не слишком одобрит. Самое безопасное и общепринятое — сказать «lovely» или «very nice»5 и использовать их потом с частотой морзянки. И чтобы там ни говорили о меркантильности британцев, по неписаному этикету деньги не обсуждаются. Любое выставление напоказ обеспеченности, дорогих лейблов — это непростительное «плебейство»! Вопрос о зарплате — табу, о цене дома — табу, хотя рыночную его стоимость можно обсуждать сколько угодно. Кейт Фокс делает интересное предположение, почему такой всеобщей ненавистью пользуются в Англии агенты по продаже недвижимости: они же навешивают ценник на святое — объект любви.

Любовь эта столь важна и трепетна, что во время ковидного локдауна запрет не распространялся на переезд в новые дома. Это было бы слишком невыносимо.

Так, теперь господа, выглянем в сад перед вашим домом. Обитатели квартир и усадеб, где до подъезда нужно ехать по гравию более пяти минут, могут пропустить этот параграф. Это касается только тех, у кого перед домом наличествует палисадник от размеров носового платка до средних размеров паруса. Знаете ли вы, что front garden —«сад перед домом» — отнюдь не ваша собственность. Он есть достояние общества, которое судит о вас как раз по этому клочку земли. Если в вашем палисаднике стоит веселенький гномик — это не просто безобидная садовая скульптурка. Это приговор вашему вкусу. Знаете ли вы, что ваш запущенный газон и гордо торчащий из него сорняк могут снизить цену на дома для всей вашей улицы? И тогда на дружелюбие соседей рассчитывать вам не приходится. Если, конечно, вы не эксцентрик, о чем все знают. Эксцентрикам сходит с рук практически все.

Теперь машины. Если слой грязи на вашей новой «ауди» таков, что позволяет посторонним писать замечания и пожелания типа: «Ах, если бы и моя подружка была бы такой же dirty!», владелец принадлежит к образованному классу. Если авто начищено до блеска, да к тому же подержанный «мерседес» — хозяин только мечтает подняться классом повыше.

В курсе ли вы, сколько секунд можно задержать взгляд на человеке, оставаясь в рамках вежливости, и на какой секунде это становится невежливо?

Известно ли вам, сколько лет требуется ежедневно ездить на работу с одними и теми же попутчиками, прежде чем допустимо им хотя бы улыбнуться?

Посвящены ли вы в неукоснительные правила английской очереди?

Ясно ли вам, почему англичанин редко пожалуется на плохой сервис, а будет покорно терпеть, или почему в разговорах на party считается хорошим тоном все время менять темы и перескакивать с предмета на предмет?

И надеюсь, уже всем известно, что так называемый обычай уходить из гостей «по-английски, не прощаясь» — чистой воды миф?

Учитывая, сколько в ней предлагается ответов на все эти вопросы, искренне считаю, что книга «Наблюдая за англичанами» должна прилагаться к британскому паспорту и сертификату о натурализации!

1. прошу прощения (англ.)

2. простите, что? (англ.)

3. «Важная повестка» (и одновременно — «Большое издание») — благотворительный журнал, средства от продажи которого идут на поддержку бездомных. Обычно они и продают его на улицах.

4. высший класс (англ.)

5. прелестно, очень мило (англ.)