Татьяна Вольтская (5 февраля)

Ольга и Геннадий Артеменко прожили вместе много лет в любви и согласии, сейчас они пенсионеры. Но если к кому-то применимо старинное выражение «злая судьба», то это к ним. До 18 октября 2022 года Ольга была просто «любимой женой замечательного мужа» и ничего не знала ни про уголовные дела, ни про эмиграцию, а сейчас ей пришлось окунуться в это с головой. Свой вынужденный отъезд из России она эмиграцией не называет: «Просто я умерла там и меня воскресили здесь», — говорит она.

84-летняя мама Геннадия живет в Украине/ Геннадий пытался вывезти ее с оккупированных территорий, писал в государственные органы Украины, просил разрешения, но ничего не получилось. Каждый день, утром и вечером он разговаривал с ней по-украински. Соседи услышали и донесли.

18 октября 2022 года военного пенсионера Геннадия Артеменко задержали, а потом был суд и приговор – 18 лет строгого режима за госизмену, призывы к терроризму и незаконное хранение взрывчатых веществ. Якобы он по заданию украинского координатора снимал режимные объекты в Дзержинске и расклеивал листовки: «Остановим войну вместе».

Геннадия, конечно, пытали, следы пыток – огромные синяки на шее – хорошо видны на фотографии из суда, взрывчатку ему подкинули на обыске, чтобы сразу задержать: 60 граммов дымного пороха, два электродетонатора, три шашки-имитации разрывов артиллерийских снарядов и зажигательную трубку. Геннадий, подполковник артиллерийских и ракетных войск, вряд ли мог хранить все это добро за горячей батареей, где его якобы нашли силовики. А переписок, на которых строилось обвинение, вообще не существовало. Но когда это мешало закатать человека в тюрьму?

Геннадий Артеменко родился в Украине, окончил военное училище в Коломне, с 1990-го года служил в Германии, после распада СССР – на Дальнем Востоке, в Таджикистане, у него много орденов и медалей, он ветеран труда. В суде он сказал: «Мне не очень понятно, что такое „проукраинские взгляды“. Видимо, намекают на то, что я этнический украинец и мне… близки и понятны боль и страдания украинского народа… Но я не радуюсь…, когда бомбят Белгород и гибнут российские граждане. Не знаю, на каком заборе следствие прочитало, что я являюсь противником или сторонником чего-либо». Sota vision (признанная иноагентом) об этом написали.

Ольге пришлось уехать – ей тоже угрожали преследованием. В чужой стране она работает няней, ждет освобождения мужа, к этому времени – если он доживет – ему будет 73 года. Все 20 лет, что они прожили вместе, они вообще не расставались – вместе путешествовали, даже в магазин ходили вместе. Передачи мужу носят волонтеры, у Ольги с ним связь только через письма. Их любовь она называет большим чудом. «Все эти 20 лет он держит меня за руку. Сейчас он говорит: “Я держу твою руку через космос. Я всегда рядом с тобой через космос”».