Анна Гин (Харьков). 8 января

Сегодня похоронили Настю с Максимом. Двадцатидвухлетнюю девушку с её маленьким сыном. Их убила российская ракета в Харькове второго января. Они были дома. Наверное, смотрели смешной новогодний мультик, болтали и ели мандарины.

Эксперты уверяют, что каждая такая баллистическая или крылатая ракета стоит три миллиона долларов. Чтобы убить Настю и Максима, Россия потратила шесть.

Могла бы построить современную школу в ставропольском крае или больницу в Ингушетии. Провести газ и канализацию в якутские сёла, построить парки, отремонтировать дороги… Но нет, они потратили эти деньги, чтобы убить трехлетнего украинского мальчишку и его маму.

И это только две ракеты, только в Харькове и только в один из тысячи четырёхсот дней этой чудовищной войны.

Вот когда-нибудь вырастет девочка из Калуги, которая сегодня марширует в детском саду вокруг ёлочки в образе танка, и станет большим историком. И вдруг в рамках своей научной диссертации она посчитает, сколько всего мог бы сделать режим плешивого карлика с портрета в её замечательной (великой, конечно, и могучей) стране. Создать, построить, придумать, разработать, сконструировать. Хотя бы только за то время, пока девочка родилась и доросла до танка на башке вместо снежинки. Посчитает и упадет в обморок от избытка чувств.

На сочувствие к Насте с Максимом не рассчитываю.

Однако первая неделя нового 2026-го года миру запомнится не этим. Сияющий от удовольствия Трамп с попкорном у экрана, где транслируют Мадуро в кандалах. Погоня за российским танкером, делёж нефтяного рынка, Гренландии приготовиться, Мексике бояться, существование НАТО под вопросом.

Прощайте, Настя и Максим. Ваша смерть не изменила мир. Простите.