Виктор Вахштайн

 

Сара Гурвиц высказала несколько соображений о преподавании Холокоста, за которые ее теперь мочит вся прогрессивная американская (и антиамериканская) общественность. Впрочем, не впервой. За годы работы в Белом Доме Гурвиц – спичрайтер Хилари Клинтон и, позднее, Барака Обамы – наверное, привыкла.

Ее посыл прост. Преподавание истории Холокоста в Штатах свелось к банальному сюжету: сильные и вооруженные немцы уничтожали слабых и безоружных евреев. Так что Холокост – это про расизм и геноцид. За скобками остался ключевой вопрос, говорит Гурвиц. Вопрос о паранойе и виктимблейминге. Холокост произошел потому, что 99% населения страны возложили ответственность за собственные экономические и военные неудачи на 1% тех, кого считали богаче, успешнее и влиятельнее себя. Восстановили, так сказать, социальную и историческую справедливость.

Аналогичным образом сейчас прогрессивная общественность возлагает ответственность за свое колониальное прошлое на страну, размером со штат Нью-Джерси.

В рациональном мире и в академической аудитории это высказывание породило бы сразу два интересных обсуждения:

— как выбор жанровой рамки («сильные против слабых», «угнетатели против угнетенных») привел к слиянию двух трагических нарративов американской культурной памяти – о Холокосте и о рабстве.

— как нацистская риторика восстановления исторической, экономической и социальной справедливости связана с риторикой современных Social Justice Warriors.

Увы. Словосочетания «рациональный мир» и «академическая аудитория» теперь плохо сочетаются в одном предложении.

Гурвиц подверглась атаке с трех сторон: левых журналистов, арабских лоббистов (ADC) и прогрессивных раввинов (как минимум одной – реконструктивистки Сандры Лоусон).

Представители Американо-арабского комитета предсказуемо заявили, что Гурвиц «торгует памятью о Холокосте» в политических целях.

Прогрессивная раввинша увидела в словах Гурвиц наезд на идею универсальной справедливости.

Журналист Спенсер Аккерман – попытку расколоть либеральный лагерь.

Но интереснее другое. Как именно они в своих гневных отповедях Гурвиц фреймируют уроки Холокоста? Юрист Американо-арабского комитета говорит, что главный урок – «учиться распознавать угнетение (oppression) и бороться с ним». Спенсер Аккерман, что «цель изучения Холокоста – увидеть континуум зверств, совершаемых правящими классами против угнетенных».

То есть для них история Холокоста – это реально история «колонизации, эксплуатации и угнетения». Сложно представить более убедительную иллюстрацию правоты госпожи Гурвиц.