Автор: 
“Искажённый союз между радикальными левыми и фундаменталистским исламом, к сожалению, тянет Запад на обочину истории”, написал сегодня министр иностранных дел Израиля Гидеон Саар. Вроде как феномен такой образовался. Но это не так: на протяжении последних ста лет это было почти непрерывно.
У СССР, уже в конце 1020-х представлявшего из себя эталон тоталитарной диктатуры и фактически, сплошной концлагерь, была куча симпатизантов на Западе. У Че Гевары, убийцы и садиста, до сих пор миллионы поклонников и таскать майку с его изображением — нормально. Куба — Остров Свободы и даже Кампучия вызывала интерес у западных левых нетрадиционными подходами, пока не стало известно, что там натворили кхмеры, которые были, как известно, красными. Радикальных левых всегда тянуло к радикалам же, неважно, коммунисты или исламисты — схожие подходы и методы.
Поэтому сейчас радикальный ислам, немного замаскированный под антиколониальную борьбу (спросите у любого участника демонстраций в поддержку Хамаса, что это такое, он не сможет ответить) так популярен, плюс соцсети, тренды и искусственный интеллект.
********************************************************
Начинаем выкладывать документальные фильмы организации «Отэф» про последствия 7 октября. Этот (первый) про детей, переживших резню.
(Для выбора полноэкранного режима следует несколько раз щёлкнуть экран левой мышкой, а вернуть экран к первоначальному размеру можно нажатием на кнопку Esc)
*********************************************************
Чего вдруг турки озаботились этой конвенцией не очень понятно и вообще, причем тут атомные подводные лодки. Чем-то мне это напомнило надписи на общественном туалете где-нибудь в российском Мухосранске “Обаме вход воспрещен”.
Ну, во-первых, если американцам понадобится ввести в ЧМ атомоход, найдут аргументы убедить турецких партнеров. Приедет чувак из Госдепа, покажет кому надо пару папочек или файлов на флешке и сразу окажется, что, если правильно истолковать такой-то пункт конвенции, можно хоть Звезду Смерти провести через эти проливы. Прецеденты имеются.
Но самое главное во-вторых. А зачем? Черное море, с точки зрения боевого применения флота (см. российско-украинскую войну) — это лужа. В которой атомной подводной лодке, как тигровой акуле в домашнем аквариуме — просто негде поместиться. И опять, зачем? Даже если иметь в виду не стратегические ракетоносцы класса “Огайо” с ракетами “Трайдент” (дальность 11 тыщ км), а, скажем “Джорджию” с ракетами “Томагавк” (154 штуки на борту). То есть за каким хером лодке тащиться через проливы, когда она распрекрасно может пускать их из Средиземноморья.
Но зато все временно стали экспертами по конвенции Монтре и вспомнили о ее существовании.
Сергей Ауслендер. Три записи (3 августа)
“Искажённый союз между радикальными левыми и фундаменталистским исламом, к сожалению, тянет Запад на обочину истории”, написал сегодня министр иностранных дел Израиля Гидеон Саар. Вроде как феномен такой образовался. Но это не так: на протяжении последних ста лет это было почти непрерывно.
У СССР, уже в конце 1020-х представлявшего из себя эталон тоталитарной диктатуры и фактически, сплошной концлагерь, была куча симпатизантов на Западе. У Че Гевары, убийцы и садиста, до сих пор миллионы поклонников и таскать майку с его изображением — нормально. Куба — Остров Свободы и даже Кампучия вызывала интерес у западных левых нетрадиционными подходами, пока не стало известно, что там натворили кхмеры, которые были, как известно, красными. Радикальных левых всегда тянуло к радикалам же, неважно, коммунисты или исламисты — схожие подходы и методы.
Поэтому сейчас радикальный ислам, немного замаскированный под антиколониальную борьбу (спросите у любого участника демонстраций в поддержку Хамаса, что это такое, он не сможет ответить) так популярен, плюс соцсети, тренды и искусственный интеллект.
Другие записи см. в блоге.