Serge Novinzon. Две записи (18 июля)

В Израиле распространён миф о том, что друзы верны тому государству, в котором они живут. Якобы это часть их религии.

Во-первых, друзы в Сирии не особо рады солдатам Аль-Джулани, так что один контрпример уже есть.

Во-вторых, друзы в Израиле забили на официальные распоряжения Государства Израиля, в котором они живут, и пошли в Сирию помогать своим братьям. Да и до 7 октября друзы, проживающие на Голанских высотах, не имели израильского гражданства, чтобы не воевать со своими родственниками по ту сторону границы. После 7 октября часть голанских друзов приняла израильское гражданство, но большинство всё ещё живут либо без гражданства, либо вовсе с сирийским.

В-третьих, ливанские друзы тоже не то чтобы верны ливанскому правительству. Живут обособленно, среди своих, иногда бьются с шиитами и суннитами вокруг, но в целом им пофиг на ливанское государство, которое скорее мертво, чем живо. В армию служить не идут, за кедр ливанский не побьют.

В Сирии проживает крупнейшая друзская община: 600 тысяч. Всего друзов в мире около от 1 до 2 млн человек, то есть в Сирии живёт 30-60% всех друзов. В Израиле, для сравнения проживает около 150 тысяч, в Ливане — 200-400 тысяч (в Ливане перепись непонятно когда проводили, чтобы знать точно). В любом случае, уничтожение сирийских друзов в процентном соотношении можно сравнить с Холокостом: на момент 1939 года в мире проживало около 16.6 млн евреев, 6 млн из которых были уничтожены во время Второй мировой, то есть 36% еврейского мирового населения. Мы спустя 80 лет до сих пор не вернулись к довоенной численности еврейского населения, а, в отличие от евреев, друзом можно лишь родиться в семье двух других друзов (и мама, и папа должны быть друзами), то есть им будет ещё сложнее. В общем, мы как никто другой понимаем что им угрожает. А равнодушие остального мира на потенциальный геноцид маленькой этноконфессиональной группы на Ближнем Востоке ещё больше подчёркивает параллель с нашей историей.

Собственно, верность друзов Израилю исходит из их религии лишь косвенно: мы уважаем их как религиозное меньшинство, и они отвечают тем же. Например, режим Асад их тоже не трогал, поэтому сирийские друзы его поддерживали. В тот момент, когда они чувствуют, что на них забили (например, мы недостаточно помогаем их сирийским братьям, по их мнению), они тоже забивают на нас и наши просьбы. У друзов семейные узы стоят выше остальных, а малая численность и относительно близкая расположенность приводят к тому, что у почти каждого есть друг/брат/сват в Ливане, Сирии, Иордании, ради которого они и границу перейдут, даже если это угрожает их жизни. Нам, разумеется, не надо, чтобы друзы закрылись в своей общине, поэтому сирийским друзам мы будем помогать. К тому же, от сентимента не убежать: в 70 км от наших границ происходят события, отсылающие к нашей страшней части истории. Но всё-таки втягиваться ещё и в сирийское болото не в наших интересах. И вот по этой тонкой грани и нужно пройти.

*******************************************************

Добро пожаловать в реальность. Или: Израиль, от которого хочется уехать.

Пока политики разбираются, кто виноват в развале сдержек и противовесов, а министры продолжают бороться друг с другом за первенство в ТикТоке, простые израильтяне думают… как бы уехать.

Согласно свежему опросу платформы AllJobs, 73% работающих израильтян всерьёз рассматривают переезд за границу. Это не преувеличение. Это тревожный звоночек, который уже превращается в набат.

Минус 18% доверия к жизни здесь всего за год.

— Качество жизни — больше не главное.

— Карьера? Да, но уже не в Израиле.
— Главный мотив — безопасность и усталость от войны.

📍30% говорят: боимся за себя и детей.

📍24% — достала нестабильность.

📍24% — разочаровались в государстве.

А ведь это не капланисты на баррикадах. Это не радикалы. Это ваши соседи, коллеги, родственники. Те, кто ещё недавно говорил: “Никуда не поеду. Это мой дом.”

Теперь они выбирают:

Нью-Йорк, ЛА, Майами — лидируют.

Греция и Кипр — как спокойное побережье без сирен.

Австралия, Новая Зеландия — подальше от всего.

А вот интерес к Европе падает.

Антисемитизм, миграционные волны, и снова — страх.

При этом 56% честно признают: переезд это не мечта, а сложное решение.

А 27% завидуют тем, кто уже уехал. Это не про идеологию. Это про выживание.

И если кто-то сейчас скажет: «Да не уедут они никуда», стоит вспомнить, что в Израиль никто не приезжал от хорошей жизни.

И уезжать могут именно по этой причине.

Это важно.

Если так пойдут дела, через пару лет и опрашивать будет некого.