Evgenia Sheina. «СИЗО — место вне времени.»

«По Уголовному кодексу человек считается виновным после вступления обвинительного приговора в законную силу, то есть после апелляции. Получается, что через все лишения и унижения проходит юридически невиновный человек!»

Это письмо Анны Архиповой, фигурантки дела «Весны,» для сми, которое рассказывает истории политзаключенных.

«Там я видела, пожалуй, одну из самых страшных картин в жизни — тюремных детей. Маленькая кудрявая девочка крохотными ручками трясет решетку, чтобы пришел дежурный и отвел их с мамой в камеру.»

«Я была готова к этапу в Петербург, но все равно он был внезапным. У меня проблемы с позвоночником, а [вагон] «столыпин» не подразумевает выдачу одеяла, подушки и матраса. Жесткая полка, кажется, деревянная, спишь на своих вещах: куртка, полотенце и что есть, тем и спасаешься. Так полтора дня. Хорошо, что у меня с собой были обезболивающие.»

«СИЗО в Петербурге куда хуже московского. Начиная от невозможности заказать готовую еду и отсутствие спортзала и заканчивая запретом многих продуктов и средств личной гигиены. Я веган, тюремная еда мне не подходит, а местный магазин не может ничего предложить, поэтому я зависима от посылок и передачек.»

«Как-то на проверке я спросила разрешения взять свои таблетки и услышала в ответ сразу: «Зэк должен быть больным и хилым». Мне кажется, это многое объясняет.»

«Кто-то хвалит и благодарит за смелость, все сочувствуют. У большинства реакция следующая: «то есть тебе светит 15 лет за слова? В голове не укладывается, я думала, такого не бывает».

«Наверное, у многих политзаключенных день строится на книгах и письмах — я не исключение. В московском СИЗО я учила итальянский и японский, занималась английским, изучала маркетинг и психологию. В Петербурге мои книги забрали…»

«Я читала Гинзбург и думала: ну какая я же политзаключенная? Вот ОНИ! Их мужество дает мне силы идти дальше.»

«Представьте такую картину: ты в тюрьме тягаешь железо под Rammstein. Чувствуешь себя очень крутым и опасным:) Да и вообще, во мне 49 килограммов чистой опасности!»

«Не раз случалось такое, что в моменты слабости, когда держаться особенно трудно, тебя спасает именно письмо. Простое письмо поддержки и сочувствия. Вот ты снова на ногах.»

«Вчера я встретилась с ним (отцом) впервые с мая прошлого года. Даже не хочу описывать, каково это. Самое трудное — видеть страдания близких.»

«Моя рука сжата в кулак, кто-то пытается его разжать и тянет к отпечатку пальцев ноутбука, боль в запястье, синяки в СИЗО зафиксировать отказались. Я сопротивляюсь, у них ничего не получается, и так несколько раз.»

«Для меня самым тяжелым ударом оказалось попадание в список «экстремистов и террористов». До этого я считала, что как-нибудь отсижу и выйду, вернусь к нормальной жизни — от активизма отказалась за год до ареста из-за сильнейшей моральной усталости.»

«Даже после освобождения жизнь в России будет для меня невозможной, от этого хочется кричать. А может, это знак, что спокойствие не для меня, что моя судьба — бороться за то, во что верю.»

«Однако это не означает, что я сдаюсь. Я буду бороться за свою свободу всеми силами. … Я не могу сдаться сегодня, потому что на завтра у меня планы».

Пожалуй, к этому нечего добавить. Удивительной девушке можно отправить письмо.

Архипова Анна Николаевна 20.09.1997 г.р.
Адрес: 195009, г. Санкт-Петербург, ул. Арсенальная, д. 11, ФКУ СИЗО-5 ГУФСИН России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области