Об археологе Раисе Викторовне Шмидт (1899-1942)

Читая записки-воспоминания филолога Ольги Михайловны Фрейденберг (1890-1955), опубликованные Ириной Паперно, я был поражен чудовищной историей про смерть в блокадном Ленинграде ее подруги Раисы.

«Фрейденберг имела основания беспокоиться. В записках она описала историю женщины, близкого друга семьи, Раисы (нет нужды называть ее фамилию), которая «в припадке аффекта» привязала свою мать к стулу и подожгла квартиру; погибли обе. Раиса заранее отвела ребенка в ясли, но когда Фрейденберг с подругой наконец нашли эти ясли, они узнали, что девочка умерла от кори (XIII: 39, 19; XIII: 58, 86–87: 64, 105–107). Позже она вспоминала «эту потрясающую семейную драму», когда ее вновь настигали «больные мысли и чувства» о матери (XVI: 119, 8–9).»
http://flibusta.site/b/746315/read

История эта не отпускала мое воображение. В другой публикации писем Фрейденберг я прочитал, что у нее была подруга по имени Раиса Викторовна Шмидт (1899-1942), археолог, отец её из немцев. В интернете я нашел ссылку на статью о ней петербургского археолога Владимира Андреевича Хршановского (р. 1948), исследователя памятников Боспора и Керчи.

Хршановский В. А. (2016). Раиса Викторовна Шмидт. Страницы забытой жизни // XVII Боспорские чтения. Боспор Киммерийский и варварский мир в период античности и средневековья. Исследователи и исследования / ред.-сост. Зинько В.Н., Зинько Е.А. Керчь. С. 535–542.

Он пишет:

«У Раисы Викторовны Шмидт была всего одна прижизненная археологическая публикация — «К исследованию боспорских оборонительных валов», которая вышла за несколько месяцев до ее гибели (Шмидт, 1941. С. 268-279). Вторая ‒ посмертная – «Греческая архаическая керамика Мирмекия и Тиритаки» (Шмидт, 1952. С. 223-248) ‒ 11 лет спустя. Краткие биографические сведения о ней содержатся лишь в Сетевом биографическом словаре историков Санкт-Петербургского университета XVIII-XX вв. (Сосницкий, Ростовцев. Сост. и ред.. 2012-2014). Тем не менее, фамилия ее на слуху у археологов, работающих на Керченском полуострове»

Краткая статья заканчивается тревожной фразой:

«Из воспоминаний М.М. Кубланова (Кубланов. Апокрифы. Ч. II., 2016. С. 324-326) мы узнаем о некоторых последних эпизодах ее личной жизни: рождении дочки и их трагической гибели в Ленинграде, в квартире на канале Грибоедова (дом 74, кв. 12), блокадной зимой 1941/42 года. 75 лет тому назад.»

История эта меня заворожила. Я сейчас нахожусь в Петербурге, проходил вдоль канала Грибоедова у дома № 74, рядом с Сенной площадью. Вокруг меня дома, помнящие этих людей и эти истории. Адреса, по которым найду мертвецов голоса. И я стал искать, кто такой М.М. Кубланов, и что такого загадочного он написал в книге со странным названием «Апокрифы.»

Михаил Моисеевич Кубланов (1914-1998) — историк религии, работал в Музее истории религии и атеизма, занимался кумранистикой, караимами, Причерноморьем. Учитель В. А. Хршановского. После эмиграции в 1994 жил в Филадельфии (США).

Книга упоминается в сети под названием «Апокрифы. Потаенные дневники советского пенсионера,» но в интернете не выложена. Наверно, малотиражная. Где найдешь воспоминания эмигранта, да еще с таким сомнительным названием «потаенные дневники пенсионера»? Каждый второй эмигрант пишет мемуары, если они не выложены в сеть, то мало шансов. Я решил оставить это дело.

Но любопытство не давало мне покоя. Что это за история? Кто такой Кубланов, почему и что он написал про эту женщину? Узнать это можно только будучи в Петербурге.

Между тем, в сети есть и более полный отрывок из записок Фрейденберг:

И чуть позже:

Запись об этом — после упоминания 23 февраля.

Что же пишет Кубланов? Совпадает ли его версия с версией Фрейденберг? В какой степени последняя заслуживает доверия?

Я решил попробовать разыскать книгу Кубланова. В интернет магазинах ее нет, давно распродана. Но вот нашелся сайт странного магазина inet-kniga.ru, где утверждается, что книга имеется. Более того, ее можно купить за 381 р (примерно $4) и забрать из офиса издательства на проспекте Тореза. Еду на метро «Площадь Мужества.» Оттуда на автобусе 123 до Тореза 98. Трехэтажное офисное здание напротив парка Сосновка, в прошлом, похоже, дом пионеров или что-то в этом роде, клуб скульпторов, якобы бизнес-центр. В здании ни души. Пустая каморка вахтера с открытой дверью. Офис издательства в маленькой комнате на третьем этаже, дверь заперта. Звоню по телефону, женский голос отвечает «я на складе, через три минуты подойду». И удивительно — мeня ждет книгa Кубланова.

Раисе Шмидт посвящено три страницы. Кубланов, будучи студентом в 1937 или 1938 году, проходил археологическую практику. Шмидт была руководителем. Кубланов описывает ее как стеснительную «старую деву 35 лет» с «природной угловатостью движений крупного тела и мужским типом лица.» Однажды прошел слух о ее влюбленности в некоего заезжего женатого геолога. Кубланов присутствовал при их встрече (она попросила Кубланова проводить ее в город, после он их оставил). Дальнейшее банально: она родила девочку, геолог исчез.

«Раиса Викторовна с крохотной девочкой не успела эвакуироваться, осталась в Ленинграде, и они погибли. Как много позже, неизвестно с чьих слов, рассказывала та же Мария Арсеньевна, от голода и лишений Раиса Викторовна тронулась умом и зимой сорок второго года подожгла себя и девочку.

… Замело следы и Раисы Викторовны, и того геолога, и их едва проросшей девочки. И никто не помнит той истории. Просто сошли они все, кто как-то с ней соприкасался, да и не держалось это долго и при жизни сошедших. Забыл это и я. И только статья, которую я засел писать, всколыхнула и высветила совсем к ней не относящееся.»

Тут Михаил Моисеевич ошибся. 83 года спустя эту жуткую историю помнят, она вошла в записки ОМФ, котрые оказались в резонансе с цайтгайстом эпохи. Думая об истории этой женщины я сегодня специально оставил все свои дела и поехал на другой конец Петербурга, в странный офис в заброшенном доме, за редкой книгой, которая недоступна в Америке.

А версия Кубланова отличается от версии О. М. Фрейденберг. Он пишет, что она «сожгла себя и девочку». ОМФ, в пересказе Ирины Паперно, пишет, что она привязала мать к стулу и подожгла, а девочку отдала в ясли. ОМФ пыталась девочку найти, но та «умерла от кори.»

Шмидт Раиса Викторовна (1899 — 1942)