Александр Смолянский. СЕКС-МИССИЯ

Так назывался польский фильм, который первоначально вышел в СССР под другим именем. Но именно настоящее его название идеально подходит для истории, которую я хочу рассказать.

Два года назад, путешествуя по Бургундии, мы заехали в небольшой городок Tonnerre, где родился один из самых экстравагантных людей в истории Франции — шевалье д’Эон. В доме, где он жил, находится музей, основанный одним из его потомков.

Оказалось, что в музей в этот день никого не пускают и вообще о посещении договариваются сильно заранее.

Вероятно, мы выглядели такими несчастными, что хозяин дома, заметив в окно наши кислые лица, вышел и, узнав, что мы иностранцы, сказал, что сделает исключение — откроет для нас дом и проведет экскурсию. Было это, надо сказать, очень по-французски!

В СССР, как в самой читающей Пикуля стране, д’Эон был известен любителям истории – о нем Пикуль упоминал в романе «Пером и шпагом».

Будущий шевалье родился 5 октября 1728 года и был крещен под полным именем Шарль-Женевьев-Луи-Огюст-Андре-Тимоте д’Эон де Бомон. Для нас важно, что вторым именем у него было женское имя Женевьев. Такое во Франции практиковалось, но для нашей истории это важно вдвойне.

Он получил прекрасное образование, знал пять европейских языков, включая русский, а также греческий, иврит и арамейский. С ранних лет он отличался писательским даром и, несмотря на небольшой рост, слыл легендарным фехтовальщиком.

Однажды талантливому юноше было сделано исходившее от Людовика XIV секретное предложение — вступить в тайную шпионскую организацию “Le Secret du Roi”. Организация выполняла различные деликатные миссии за границей, продвигая интересы Франции.

Первой его командировкой оказалась Россия. Потом он приезжал в Петербург снова и в общей сложности провел в России около шести лет.

Маркиз де Брольи, руководитель «Королевского секрета», говорил, что Франция пока что причисляет Россию к рангу европейских держав, но лишь затем, чтобы исключить потом из этого ранга и отказать ей даже в праве помышлять о европейских делах.

Целью миссии д’Эона было склонить императрицу Елизавету Петровну к союзу с Францией против Англии и Пруссии.

И тут пора сообщить об одной странности, свойственной д’Эону, благодаря которой он и вошел в историю – шевалье обожал носить женские наряды и, когда надо, умело выдавал себя за женщину.
Забегая вперед, скажу, что он прожил первую половину жизни как мужчина, а вторую – как женщина. И при необходимости ссылался на второе имя, полученное при крещении.

Известны примеры, когда женщины выдаваали себя за мужчин. Классический пример — кавалерист-девица Надежда Дурова. Биологически Дурова была женщиной, однако большую часть своей взрослой жизни прожила как мужчина и носила мужскую одежду.

С шевалье д’Эоном все было сложнее: он насколько ловко выдавал себя то за мужчину, то за женщину, что никто толком не мог понять какого он пола.

В разные периоды пребывания при российском дворе он то выдавал себя за французского дипломата, то за французскую аристократку. Это помогало ему проникать в те помещения, куда мужчинам вход был воспрещен. А тем, кто был поражен поразительным внешним сходством аристократа и аристократки, сообщалось, что они брат и сестра.

Тут меня могу спросить: как такое возможно? Ну не идиоты же были при дворе Елизаветы Петровны. Честно скажу: сам не понимаю!

Тем не менее все было именно так. К тому же, придворные в Пеетербурге были уже приучены к популярным при дворе императрицы «Балам метамарфоз», когда мужчины и женщины менялись ролями, надевая одежду противоположного пола. Сохранились свидетельства, как страдали все: мужчины, вынужденные носить корсеты и пышные юбки, и женщины, чувствовавшие себя нелепо в узких мужских костюмах.

В Петербурге галантный, учтивый д’Эон произвел сенсацию и сумел подружиться со многими влиятельными придворными, включая княгиню Воронцову-Дашкову.

В какой-то момент д’Эон был назначен личной чтицей императрицы Елизаветы и читал ей перед сном. В этот момент он, разумеется, выдавал себя за мадемуазель Лию де Бомон, сестру шевалье д’Эона.

С 1758 по 1760 год д’Эон снова находился в Петербурге как секретарь французского посольства и сумел выполнить свою главную миссию: договор между Россией и Францией был подписан. Об этом шевалье немедленно сообщил королю в Версаль, на два дня опередив курьера, посланного царицей.
Да что там договор: в своих поздних мемуарах д’Эон писал, что обнаружил и скопировал в секретных Архивах в Петергофе «Тайное завещание Петра Великого». Он даже выдержки из него опубликовал, среди них, например такую: поддерживать русский народ в состоянии непрерывной войны, чтобы солдат был закален в бою и не знал отдыха: оставлять его в покое только для улучшения финансов государства, для переустройства армии и для того, чтобы выждать удобное для нападения время. Таким образом, пользоваться миром для войны и войной для мира в интересах расширения пределов и возрастающего благоденствия России.

Разумеется, никаких Архивов в Петергофе не было, завещание было фальшивкой, но, как мы видим, что-то важное о России француз понять сумел.

После России д’Эон был направлен в Британию и так же, как в Петербурге, произвел при дворе сенсацию. Это была дипломатия по д’Эону, предвосхитившая дипломатию по Талейрану.

Сначала он должен был подготовить ряд дипломатических документов. Во время одной из попоек ему удалось выкрасть у одного из английских переговорщиков документ со списком максимальных уступок, на которые готова была пойти Британия.

Другой тайной миссией д’Эона была подготовка вторжения Франции в Британию. Шевалье даже провел разведку побережья.

В какой-то момент по Лодону поползли слухи: никто не мог понять, какого пола очаровательный французский посланник. Двор разделился на мужскую и женскую партии. Тотализаторы принимали ставки на пол д’Эона.

Слухи об этом долетели до Парижа. В 1774 году Людовик XV потребовал, чтобы шевалье д’Эон положил конец сплетням, дискредитировавшим Францию, и раз и навсегда назвав свой истинный пол. Шевалье торжественно подтвердил, что он женщина. Это утверждение было заверено несколькими врачами. Поскольку шевалье отказался раздеться, врачам пришлось довольствоваться пальпацией, чтобы вынести свое заключение. Это разоблачение поставило Францию в довольно неловкое положение.

Во время Французской революции Эон вернулся во Францию. В 1777 году французский суд официально признал Эона женщиной.

Тем временем его имущество во Франции было реквизировано, мебель в доме в Тоннерре продана, бумаги конфискованы.

Ничего не оставалось, как снова отправиться в Лондон и жить на пенсию, пожалованную Георгом III.

Чтобы прокормить себя, д’Эону приходилось участвовать в публичных фехтовальных поединках.. И, хотя ему было уже за шестьдесят и фехтовал он в неудобном женском платье, д’Эон. выигрывал большинство поединков.

Последние годы он прожил в полной нищете, последние два года после инсульта был прикован к постели, но все-таки дожил до 81.

Патологоанатом в присутствии семнадцати свидетелей провел осмотр и официально заявил:

«Настоящим удостоверяю, что я осмотрел тело шевалье д’Эона и обнаружил мужские половые органы, прекрасно сформированные во всех отношениях.»

Так что же это было?

Шевалье д’Эон считается сегодня одной из первых исторически задокументированных фигур в Европе, открыто живших в разных гендерных ролях. Он был вегетарианцем задолго до того, как это стало модным. активно поддерживал идею женского равноправия и был одним из ранних европейских феминистов. Для ЛГБТ+ сообщества он до сих пор культовая фигура.

Его имя породило понятие эонизма — потребности некоторых мужчин в одежде или поведении, которые рассматриваются как женские. Некоторые врачи считают это разновидностью трансвестии.
В определенных сексуальных практиках, в частности в фетишизме, эонизм является мощным стимулятором.

Но в это углубляться я не стану, потому что, как пел Окуджава, это братцы о другом.