Анатолий Головков. ХАВА (из цикла «Рассказики»)

В семь лет она надела отцовские шорты, подвязав их пояском, влезла в его кроссовки, подрисовала себе усы фломастером, нацепила черную шляпу. И пошлепала по улицам Тель-Авива.

Ее приметили из патрульной машины. Хава понравилась и рассмешила полицейских. Она поклялась, что вернется домой, попросила примерить наручники. После чего сделала селфи с патрульными и слила фотографию в Интернет, приписав: «Это что, свободная страна?».

Вексельберги, заподозрив у девочки трансгендерные склонности, повели к ее к психологу. Но тот сказал, что она фантазирует.

Вообще-то она мечтала стать не мужчиной, но актрисой. Известной, как Ноа Тишби.

В десять лет Хава частенько попадалась на воровстве. Но всякий раз краснела и выкручивалась. У нее находили то жвачку, то колоду карт, то пробные духи. Чтобы отомстить родителям, она ночевала на кладбище.

Иногда, нарядившись в тряпки с помойки, в рваных сандалиях и чумазая, она со слезами выпрашивала сладости у киосков. Она напивалась газировкой до икоты и объедалась шоколадом.
В тринадцать она сделалась пантерой с черными очами, распущенными волосами и увлеклась мальчиками.

Стены ее спальни украшали фотографии рок-звезд, боксеров, бодибилдеров и актеров. Хава уединялась в подземном гараже с одноклассником.

— Покажи, что у тебя. А я покажу, что у меня. Или пачка сигарет.

Поглядев, что там у него, она убегала, оставив разочарованного друга без сигарет и со спущенными штанами.

Хава носила печеньки с предсказаниями и угощала тех, на кого положила глаз. Внутри печенек запекалось одно и то же пророчество: «Ты будешь моим!».

Однажды утром, обнаружив в спальне дочери кудрявого мальчика, Вексельберги решили, что с них достаточно. Да что толку?

Ей не давали наличных денег — она воровала кредитки у отца. Ее запирали в спальне — она вылезала через окно. Ее пристегивали к спинке кровати, но она сбегала.

Родители пожаловались раввину. Молодой ребе взялся устроить с Хавой сеансы совместных чтений Торы — о благочестии евреев. Но внезапно сам влюбился в Хаву.

За попытки возмутительного соблазнения раввина Хаву изгнали из дому и переселили к бездетной тетке Саре.

Дочь позорила Вексельбергов. Ребе от греха подальше переехал в другой город.

Хава окончила актерскую школу. Но потом ее призвали в армию, началась война. И она стала водителем танка.

Однажды, узнав, что ее бойфренд, командир разведки, попал в засаду, она отбила его. Но сама была ранена и чуть не ослепла.

Когда они поженились, Дани не давал Хаве работать в театре. Она забрала детей, собаку, клетку с попугаем и ушла.

После сериалов она сделалась популярной, взяла кредит, купила дом в Герцелии. Тут на коляске прикатился Дани, у мужа из-за диабета отняли ногу. Хава подумала и взяла его обратно.

На бат-мицву их дочери приехали старики Вексельберги. Многие гости сошлись на том, что Лерон — точь-в-точь Хава в бытность 12 лет! Те же волосы, та же белая кожа, томный взгляд и очи черные. Даже родинка на щеке.

Гремела музыка. В разгар веселья у деда пропали дорогие солнечные очки, а у бабушки кошелек.
Заподозрили Лерон, но ради торжества Вексельберги решили шум не поднимать.

Правда, потом выяснилось, что очки дедушка забыл в машине, а кошелек оказался в куртке.