Давид Гендельман (16 декабря)

— В Сирии сейчас Аль-Джулани пытается привести все группировки повстанцев под свою руку. В Идлибе ему это насколько возможно удалось, на общесирийском уровне это сложнее, обычная проблема гражданских войн: первый общий для всех пункт программы в виде свержения старой власти выполнен, а по следующим пунктам у всех уже разногласия. Но он уже показал неожиданно яркие успехи в военном и политическом плане, так что посмотрим.

— Как реальный военный и политический плацдарм на Средиземном море и Ближнем Востоке Сирия для России в целом уже потеряна, сейчас россияне надеются хотя бы сохранить базы в Тартусе и Хмеймим, прежде всего для своей военной логистики в Африке. А присутствия на десятках военных баз по всей Сирии, совместного патрулирования с турками на севере, постов военной полиции на израильской границе, воздушного патрулирования и т. д., то есть реального политического и военного влияния, уже нет.

— Ввиду падения режима Асада Израиль принимает меры: занятие более передовых рубежей сухопутными силами, чтобы разнообразные вооруженные группировки не приближались к нашей границе, и серия авиаударов по военным возможностям бывшей сирийской армии: уничтожение авиации, флота, ПВО, ракет, складов вооружений, военного производства и т. д. Сейчас период безвременья, поэтому надо ковать железо, пока горячо. Все фракции сбросивших Асада повстанцев настроены более или менее антиизраильски, и Израиль не хочет попадания этих вооружений ни в какие руки.

— По местам нахождения российского персонала в Сирии Израиль ударов не наносит, договоренности «вы не трогаете нас, мы не трогаем вас» сохраняются. Израиль сейчас и так воюет на семи фронтах, нет никакого смысла открывать еще один.

— Аль-Джулани заявляет, что не заинтересован в войне с Израилем, и скорее всего он действительно сейчас будет заниматься консолидацией своей власти, ему не до новой войны, но сам по себе идейно он суннитский исламист, и каких-то его шагов навстречу Израилю, помимо «не буду сейчас воевать», пока не ожидается.

— У Израиля есть контакты и с друзами, и с курдами, но, как обычно, им и хочется, и колется: и в ответ на собрание друзов на Голанах с заявлением, что они хотят присоединения к Израилю, уже прозвучало контрзаявление друзских шейхов, что ничего такого они не хотят и их страна — это Сирия, и про озвучивание контактов с сирийскими курдами уже были заявления иракских курдских деятелей, что это только вредит и играет на руку Ирану и т. д. и т. п. Израильский опыт работы с этими меньшинствами показывает, что, пока одна сторона не одолевает силой однозначно, они колеблются, разделяются на фракции и по ходу дела перебегают со стороны на сторону. Таков их исторический опыт выживания, и это надо учитывать.