Давид Гендельман

— На данный момент общая атмосфера такова, что прекращение огня на севере будет подписано в ближайшее время, но пока не подписано всё, не подписано ничего, подождем свершившегося факта.

— С этой же атмосферой связано и усиление ракетных обстрелов Хизбаллы вчера и ужесточение инструкций Командования Тыла на севере сегодня: обычный для таких сценариев «дембельский аккорд», напоследок надо показать себя, поэтому и завтра тоже ожидают усиленных обстрелов.

— Тем не менее даже вчера ракет было менее 300, это на порядок меньше того, к чему готовились до войны, и именно потому, что готовились к тысячам ракет в день, армия и построила «с перепугу» такие разведывательно-ударные комплексы и банк целей, чтобы в нужный момент нанести максимально мощные удары по ракетным возможностям Хизбаллы. Но если даже реально yничтoжили до 80% ракет, то довоенная оценка разведки говорила про 150 тысяч, то есть даже оставшееся это 30 тысяч ракет, в два раза больше, чем было перед второй ливанской войной, поэтому несколько сот в день они вполне могут выпускать, что мы и видим.

— Если действительно вскоре будет прекращение огня, встает вопрос о достижениях. Стратегия это в первую очередь география, и мы не можем полностью захвaтить и зaчиcтить Ливан, в отличие от Газы, где-то надо остановиться, поэтому никакие предварительные и текущие оперативные планы полномасштабной войны не предусматривали полного yничтoжения Хизбаллы, речь шла о ликвидaции от половины до двух третей ее военных возможностей и личного состава. Если заявления армии об yничтoжении до 80% ракет соответствуют действительности, то конкретно по ракетам мы вышли на эти цифры, по руководящему и командному составу тоже, по общему личному составу нет, планировалось больше, и по военной инфраструктуре в целом, особенно в Южном Ливане, тоже нет, за исключением относительно узкой полосы. Итого основные достижения это ракеты, руководство и наступательные возможности у границы. Вопрос, надо ли было удовлетвориться этим либо продолжать дальше.

— В чисто военном плане следовало захватить и зaчистить всю территорию до Литани, что предусматривалось оперативными планами. Проблемы с измотанностью резервистов, изношенностью матчасти и запасами боеприпасов известны, но здесь всё упирается в послевоенный период: основной проблемой соглашения о прекращении огня является именно вопрос ликвидaции военной инфраструктуры Хизбаллы на юге Ливана и недопущения ее восстановления. Есть очень большие сомнения, что ливанская армия и силы ООН будут реально этим заниматься в нужных объемах, а свобода рук в противодействии такому восстановлению, чего требует Израиль, тоже пока вилами по воде писана: нарушениями должна заниматься некая международная комиссия, а если она не принимает мер, тогда Израиль может нанести yдар, либо в случае немедленной опасности, а кто решает, что такое немедленная опасность, а если в ответ Хизбалла тоже будет стрелять, то что тогда, и т.д. и т.п. Именно потому, что реально ликвидация и зaчистка военной инфраструктуры никому не нужна, кроме нас, и не факт, что мы сможем эффективно это делать после войны, и следовало как можно больше сделать на эту тему в ходе самой войны.

— Так что посмотрим, будет ли подписано соглашение, будет ли обсуждаемый промежуточный период в два месяца для вывода сил, что можно будет сделать в этот период, какие изменения произойдут в обстановке и т. д. и т. п.