Дмитрий Быков. Глубинное

об арестах в стихах

Опять среди российских волостей,
На фоне летних пажитей и весей,
Здесь нету неарестных новостей,
Немилитаризованных профессий,
Конфессий, нерасстрельных должностей,
А также незаслуженных репрессий.

Репрессий только тот не заслужил,
Кто не входил во властные палаты,
С заморскими гостями не дружил,
Не связывался с теми, что богаты,
Не вкалывал — и, в сущности, не жил.
Все остальные будут виноваты.

Посадки не достоин только тот,
Кто в письмах обсуждал одну погоду,
Венцом мечтаний числил бутерброд,
Смотрел ТВ и не работал сроду.
Глубинным называемый народ
Из них и формируется, по ходу.

Таких немного, но такие есть.
Такие никогда не возражают,
Соседям и родне лелеют месть,
Не верят в честь, насилье уважают…
У них одна на свете радость есть —
Когда вокруг кого-нибудь сажают.

У них один от века разговор,
Одна неисчезающая косность:
Фургал — убивец, Улюкаев — вор,
Сафронов вообще пошел в Роскосмос…
На смену всех пейзажей встал забор,
На месте всех объемов будет плоскость.

И правильно! Наш общий господин
Не уготовил нам других идиллий:
Надежней всех союзников — кретин,
Мы не Европа, здесь не Пикадилли,
Триумф у дураков всегда один:
Что тех — берут, а их не посадили.

Кто говорил «страну нельзя зажать»?
Нельзя недооценивать любимых!
Под одеялом сладостно дрожать.
Дрова довольны, кто бы ни рубил их.
Но жаль, что если некого сажать —
Без долгих слов посадят и глубинных.

И что же: в эти несколько минут,
Когда их жизнь привычно отнимают,
Они, быть может, что-нибудь поймут?
Нет, не поймут. Они не понимают.
Ведь нас непобедимыми зовут
И шапки перед нашими ломают.

И главное, чему прощенья нет, —
Что все уроки снова будут втуне,
И вынырнет какой-нибудь медвед,
Считавшийся потешным накануне, —
И будут «Журавли», и «Двадцать лет»,
И оттепель, и розовые слюни.

Девчонка, молодое существо,
Поверит в это преданно и жестко
Всей силою незнанья своего —
Вещунья, одиночка, вертихвостка.
Мне жалко только этого подростка,
А больше мне не жалко никого.

Share
Статья просматривалась 126 раз(а)

1 comment for “Дмитрий Быков. Глубинное

  1. Виктор (Бруклайн)
    12 июля 2020 at 16:00

    Дмитрий Быков. Глубинное

    об арестах в стихах

    Опять среди российских волостей,
    На фоне летних пажитей и весей,
    Здесь нету неарестных новостей,
    Немилитаризованных профессий,
    Конфессий, нерасстрельных должностей,
    А также незаслуженных репрессий.

    Репрессий только тот не заслужил,
    Кто не входил во властные палаты,
    С заморскими гостями не дружил,
    Не связывался с теми, что богаты,
    Не вкалывал — и, в сущности, не жил.
    Все остальные будут виноваты.

    Посадки не достоин только тот,
    Кто в письмах обсуждал одну погоду,
    Венцом мечтаний числил бутерброд,
    Смотрел ТВ и не работал сроду.
    Глубинным называемый народ
    Из них и формируется, по ходу.

    Таких немного, но такие есть.
    Такие никогда не возражают,
    Соседям и родне лелеют месть,
    Не верят в честь, насилье уважают…
    У них одна на свете радость есть —
    Когда вокруг кого-нибудь сажают.

    У них один от века разговор,
    Одна неисчезающая косность:
    Фургал — убивец, Улюкаев — вор,
    Сафронов вообще пошел в Роскосмос…
    На смену всех пейзажей встал забор,
    На месте всех объемов будет плоскость.

    И правильно! Наш общий господин
    Не уготовил нам других идиллий:
    Надежней всех союзников — кретин,
    Мы не Европа, здесь не Пикадилли,
    Триумф у дураков всегда один:
    Что тех — берут, а их не посадили.

    Кто говорил «страну нельзя зажать»?
    Нельзя недооценивать любимых!
    Под одеялом сладостно дрожать.
    Дрова довольны, кто бы ни рубил их.
    Но жаль, что если некого сажать —
    Без долгих слов посадят и глубинных.

    И что же: в эти несколько минут,
    Когда их жизнь привычно отнимают,
    Они, быть может, что-нибудь поймут?
    Нет, не поймут. Они не понимают.
    Ведь нас непобедимыми зовут
    И шапки перед нашими ломают.

    И главное, чему прощенья нет, —
    Что все уроки снова будут втуне,
    И вынырнет какой-нибудь медвед,
    Считавшийся потешным накануне, —
    И будут «Журавли», и «Двадцать лет»,
    И оттепель, и розовые слюни.

    Девчонка, молодое существо,
    Поверит в это преданно и жестко
    Всей силою незнанья своего —
    Вещунья, одиночка, вертихвостка.
    Мне жалко только этого подростка,
    А больше мне не жалко никого.

Добавить комментарий