Эссе Дмитрия Быкова о поэте Ярославе Смелякове

1

Смеляков (1913–1972) был, безусловно, настоящим поэтом, но в историю русской литературы он войдет еще и как поразительный пример — выражение Виктора Пелевина по другому поводу — стокгольмского синдрома в острой гнойной форме.

Я не знаю другого такого страшного и в то же время логичного пути в русской поэзии. Надо же было пройти через три лагерных срока и плен на войне, чтобы в конце жизни прийти к благословению такой судьбы, к державности и сталинизму, к оправданию террора — примерно к тому же, что заставило Достоевского незадолго до смерти сказать: «Бог знает, что бы со мной было без того дня на Семеновском плацу». И то сказать: многие убеждены, что гениальных романов Достоевского — не было бы, но не было бы и духовного уродства, таящегося в них. Бог знает, что было бы с поэтом Смеляковым, если б его не взяли в 1934 году, задолго до Большого террора, сразу после убийства Кирова. Но как ни странно, последние его стихи, в которых так нагляден самый что ни на есть ресентимент, — они же и самые сильные. Так что иногда психические надломы оказываются продуктивней здоровья.  

 
Читать дальше здесь:
 
Share
Статья просматривалась 106 раз(а)

1 comment for “Эссе Дмитрия Быкова о поэте Ярославе Смелякове

  1. Виктор (Бруклайн)
    24 января 2020 at 15:16

    Эссе Дмитрия Быкова о поэте Ярославе Смелякове

    1

    Смеляков (1913–1972) был, безусловно, настоящим поэтом, но в историю русской литературы он войдет еще и как поразительный пример — выражение Виктора Пелевина по другому поводу — стокгольмского синдрома в острой гнойной форме.

    Я не знаю другого такого страшного и в то же время логичного пути в русской поэзии. Надо же было пройти через три лагерных срока и плен на войне, чтобы в конце жизни прийти к благословению такой судьбы, к державности и сталинизму, к оправданию террора — примерно к тому же, что заставило Достоевского незадолго до смерти сказать: «Бог знает, что бы со мной было без того дня на Семеновском плацу». И то сказать: многие убеждены, что гениальных романов Достоевского — не было бы, но не было бы и духовного уродства, таящегося в них. Бог знает, что было бы с поэтом Смеляковым, если б его не взяли в 1934 году, задолго до Большого террора, сразу после убийства Кирова. Но как ни странно, последние его стихи, в которых так нагляден самый что ни на есть ресентимент, — они же и самые сильные. Так что иногда психические надломы оказываются продуктивней здоровья.  

    Читать дальше по ссылке в блоге.

Добавить комментарий