Михаил Юдовский. Два стихотворения

Накроши мне немного хлеба
в голубиную чашу неба,
сбрызни долькою солнца. Я
голубинее этой чаши
и немее – не рыбы даже,
но немее, чем чешуя.

Расцветает, как гладиолус,
мой чешуйчатокрылый голос,
кистеперый мой взгляд дугой
огибает такие дали,
где одна сторона медали
отражает рельеф другой.

Подари мне зеркальность карпа –
полушарий хромая карта
водружает на нос очки,
и сжимают речные ленты
кареглазые континенты,
и чернеют столиц зрачки.

Я в ответ стрекочу зрачками –
как цикадами, как сверчками,
как кузнечиками в раю,
где встречают нас небом с солью
и такою вселенской болью,
что не чувствуешь боль свою.

***

Ты любила варанов, тянулась к вараввам,
обживала пески, обжигала волной,
признавая мое верховенство над правом
и твое надо мной.

Ты неслась на знаменах, на древних эмблемах,
на разбухших утробах торжественных дат.
Ты сверкала, как зайчик – на щитах, и на шлемах,
и на копьях солдат.

И в последний закат на последней Голгофе,
всех прекраснее жен, всех желанней невест,
на смертельном огне ты готовила кофе
и несла мне на крест.

Share
Статья просматривалась 315 раз(а)

1 comment for “Михаил Юдовский. Два стихотворения

  1. Виктор (Бруклайн)
    28 августа 2019 at 23:20

    Михаил Юдовский. Два стихотворения

    Накроши мне немного хлеба
    в голубиную чашу неба,
    сбрызни долькою солнца. Я
    голубинее этой чаши
    и немее – не рыбы даже,
    но немее, чем чешуя.

    Расцветает, как гладиолус,
    мой чешуйчатокрылый голос,
    кистеперый мой взгляд дугой
    огибает такие дали,
    где одна сторона медали
    отражает рельеф другой.

    Подари мне зеркальность карпа –
    полушарий хромая карта
    водружает на нос очки,
    и сжимают речные ленты
    кареглазые континенты,
    и чернеют столиц зрачки.

    Я в ответ стрекочу зрачками –
    как цикадами, как сверчками,
    как кузнечиками в раю,
    где встречают нас небом с солью
    и такою вселенской болью,
    что не чувствуешь боль свою.

    ***

    Ты любила варанов, тянулась к вараввам,
    обживала пески, обжигала волной,
    признавая мое верховенство над правом
    и твое надо мной.

    Ты неслась на знаменах, на древних эмблемах,
    на разбухших утробах торжественных дат.
    Ты сверкала, как зайчик – на щитах, и на шлемах,
    и на копьях солдат.

    И в последний закат на последней Голгофе,
    всех прекраснее жен, всех желанней невест,
    на смертельном огне ты готовила кофе
    и несла мне на крест.

Добавить комментарий