Михаил Юдовский. Избранные географические лимерики

Я всегда был в восторге от Кении,
ибо жители Кении – гении:
обретают вдвоем
абсолютный подъем
в относительном грехопадении.

До безумия дорог мне Чад,
потому что я в Чаде зачат.
Хватит мир бороздить –
буду в Чаде растить
моих маленьких чад и внучат.

Посетить бы однажды Египет,
где познания омут не выпит,
где семит и хамит
из семи пирамид
составляют параллелепипед.

Мне настолько приятна Хорватия,
что готов без конца целовать ее.
Мне заметил хорват:
«Долго возишься, брат!
Поцелуешь разок – и в кровать ее!»

Я был встречен прохладно в Кувейте,
где играл на базаре на флейте.
Одногорбый верблюд
взбеленился. А люд
на коленях молил: «Пожалейте!»

Вспоминается с болью Уганда:
президентская дача, веранда,
призываю вперед
угандийский народ,
а народ говорит: «Пропаганда!»

Мы с подругой моей в Занзибаре
пили гадость какую-то в баре.
«Эй, – кричу я, – бармен!
Дайте что-то взамен!»
А в ответ: «Допивайте. Не баре».

Я однажды пожаловал в Бирму,
чтоб открыть там офшорную фирму.
Мне ответили: «Вас
ожидает отказ.
Не используйте Бирму как ширму».

Я однажды поссорился с Кипром,
надушившись, как следует, «Шипром».
Мне сказали: «Харе!
От такого амбре
умирали солдаты под Ипром».

Я участвовал как-то в забеге и
доскакал до границы Норвегии.
Мне сказали: «Постой!
Ты какой-то гнедой.
А в Норвегии лошади пегие».

Облаченный в фуфайку и бриджи,
я отправился летом на Фиджи,
где посеял разброд.
И туземный народ
говорил мне: «Разденьтесь. Претит же…»

Я уехал на месяц в Италию,
погубив макаронами талию,
ибо даже герой
в поединке с горой
макарон проиграет баталию.

Мне приснилось: живу я в Перу,
сочиняю, дав волю перу.
Но писательский круг
объявляет мне вдруг,
что я лишний на этом пиру.

Мне весьма приглянулись Багамы.
На Багамах живут моногамы
и супружество чтут.
Исключение тут
составляют лишь самки агамы.

Не понравилось мне в Эфиопии –
здесь повюду пустыни и топи. И
к тому ж, племена
здесь во все времена
пребывают в блаженной утопии.

Я клянусь, что земля Люксембурга
есть досадный просчет демиурга.
От весны до весны
здесь границы тесны
и узки, словно скальпель хирурга.

Как известно из книжек, Монако
управляется князем. Однако
монегасский симптом
заключается в том,
чтобы мыслить не так, а инако.

Мне намедни приснились Гавайи,
где по улицам ездят трамваи.
Потому что кровать
позволяет бывать
где угодно, нигде не бывая.

Отправляются в Австрию рейсы,
где белеют в горах эдельвейсы.
И, невольно жесток,
я срываю цветок
и вплетаю с улыбкою в пейсы.

Я хотел бы родиться в Марокко,
хоть в Марокко не жизнь, а морока.
В стороне ни одной –
что чужой, что родной –
нет пророка, порока и прока.

Очарованный Венесуэлой,
с безрассудностью дивной и смелой
я по джунглям пройду,
людоедку найду
и, шутя, назову ее Эллой.

В самолете летя над Ямайкою,
я размахивал рваною майкою:
«Эй, поймай-ка!» Пилот
тормознул самолет:
«Я кому-то сейчас попоймайкаю!»

Я нередко бывал в Сомали.
Вопиющую скудность земли
искупают моря.
И, должно быть, не зря
сомалийцев влекут корабли.

Нам пришлось по душе во Вьетнаме,
хоть Вьетнам был придуман не нами.
При обилии нужд
он, унынию чужд,
от цунами живет до цунами.

Мне, конечно же, нравится Англия,
обожаю ее тингли-тангли я.
Но решив из любви
отчебучить свои,
отхватил несусветные шпангли я.

Собираясь дойти до Урарту,
отложил я и компас и карту.
До Урарту дойдет
только тот пешеход,
что от финиша движется к старту.

Я вернулся в старинную Русь,
где я трусь и от радости прусь,
где по средам дерусь,
по субботам мирюсь
и судить ни о чем не берусь.

Share
Статья просматривалась 394 раз(а)

1 comment for “Михаил Юдовский. Избранные географические лимерики

  1. Виктор (Бруклайн)
    30 мая 2019 at 1:01

    Михаил Юдовский. Избранные географические лимерики

    Я всегда был в восторге от Кении,
    ибо жители Кении – гении:
    обретают вдвоем
    абсолютный подъем
    в относительном грехопадении.

    До безумия дорог мне Чад,
    потому что я в Чаде зачат.
    Хватит мир бороздить –
    буду в Чаде растить
    моих маленьких чад и внучат.

    Посетить бы однажды Египет,
    где познания омут не выпит,
    где семит и хамит
    из семи пирамид
    составляют параллелепипед.

    Мне настолько приятна Хорватия,
    что готов без конца целовать ее.
    Мне заметил хорват:
    «Долго возишься, брат!
    Поцелуешь разок – и в кровать ее!»

    Я был встречен прохладно в Кувейте,
    где играл на базаре на флейте.
    Одногорбый верблюд
    взбеленился. А люд
    на коленях молил: «Пожалейте!».

    Остальыне лимерики читать в блоге.

Добавить комментарий