Какая сила жила в Кассилях

«Главная повитуха»

 

«Главная повитуха» Покровска – так называли в Энгельсе заслуженного врача РСФСР, Почётного гражданина города Абрама Кассиля, отца известного детского писателя Льва Кассиля, уроженца слободы Покровской. «Отец знаком со всей слободой,- писал позже его старший сын — Нарядные свадебные кортежи почти всегда считают долгом остановиться перед нашими окнами». В народе его называли просто — «бабий бог».

Абрам Григорьевич (Гершонович) Касси́ль — русский и советский врач-акушер и гинекологучёный-медик родился в 1875 году в Поневеже (ныне ПаневежисЛитва). Его отец, Гершон Менделевич Кассиль был духовным раввином и резником иудейской общины Казани. Сыновья раввина Соломон и Абрам окончили медицинский факультет Казанского университета. Старший брат (Соломон Гершонович, Сергей Григорьевич) Кассиль практиковал в Царицыне, с 1904 года работал железнодорожным врачом в Саратове.

Вслед за ним потянулся и младший брат Абрам, служивший земским врачом  в одном из глухих уездов Вятской губернии, где он женился на   Анне Иосифовне Перельман, и с 1904 года начавший   работать земским врачом  Покровской больницы, что располагалась на углу Троицкой (ныне пл. Свободы) и ул. Петровской — «Рыбакова тож». «По приезде в слободу,- вспоминал потом Абрам Григорьевич,- мое внимание привлекло содержание одной вывески, красовавшейся над воротами некоего Прайда: «Зубы дергаем, кровь пускаем, банки ставим». На всю слободу насчитывалось всего пять врачей.  Поражали Покровскую слободу эпидемии скарлатины, дизентерии, уносившие сотни детских жизней. Почти десять процентов слобожан болели малярией, многие страдали трахомой. «Не могло быть и речи о проведении мероприятий по профилактике заболеваний,- писал Абрам Григорьевич в одной из своих статей. — Даже для того, чтобы прочитать лекцию перед населением на медицинскую тему, требовалось специальное разрешение от губернатора. А получить это разрешение было нелегко хотя бы потому, что губернская канцелярия находилась в Самаре». Абрам Кассиль выдерживал целые сражения, отстаивая лишнюю койку для общественной больницы на горячих волостных сходах. Потом в газете «Саратовский вестник» сообщалось, как «господин старшина призывал господина доктора к порядку, а господин доктор требовал занесения в протокол слова господина Гутника: «Нэ треба». Высокий, с курчавой блондинистой шевелюрой, Абрам Кассиль не раз своим громким голосом сокрушал на сходах невежество, тупость, неприкрытую жадность покровских купцов и землевладельцев.

Абрам Кассиль пользовался в слободе большой популярностью. К нему обращались за помощью не только обитатели ближних улиц, но и жители окраин. Популярность рождалась прежде всего из необычайной работоспособности врача, из добросовестного отношения к делу и из уважительного обращения с каждым больным, независимо от его чина, звания.

Раньше в городе Покровске не было электрических звонков. «Моду» на звонки завел «новый доктор», приехавший в Покровск, «когда еще тот был слободой». Он прославился тем, что провел у себя в квартире звонок с электрическими батарейками. Пациентам, приходившим к нему на прием, очень нравилось нажимать на кнопку и слушать, как звенит звонок. Благодаря своему нововведению доктор приобрел огромную практику.

В 1906 году Абрам Кассиль выстроил в слободе первый родильный приют.  Был врачом волостной Покровской больницы, в которой в годы Первой мировой войны располагался эвакогоспиталь.

Абрам Григорьевич и Анна Иосифовна очень любили чтение. В их доме имелось хорошо подобранное собрание русской и зарубежной классики, выписывались журналы и газеты, в том числе и медицинские.

В ночь на 28 ноября 1913 года крестьянка слободы Е. Шаповалова родила тройню. Двухчасовые роды принимал врач А. Г. Кассиль.

Абраму Кассилю исполнилось тридцать семь лет, когда он в первый раз пошел в покровскую бесплатную библиотеку-читальню. Случилось это 10 января 1913 года. Дата запомнилась в семье – дело в том, что в этот день состоялось открытие первой в Покровске бесплатной библиотеки-читальни, а Абрама Григорьевича с супругой пригласили на торжества по этому поводу.

Абрам Григорьевич сблизился с покровскими литераторами, особенно с Гаррием Шнитке, отцом крупнейшего композитора нашего времени Альфреда Шнитке.

Литературу А. Кассиль любил и хорошо знал. Неплохо владея словом, он писал научно-популярные статьи на медицинские темы и публиковал их в различных журналах, а в 1935 году он написал и издал книгу «Женские болезни и их предупреждение».

В 1916 году в Покровске функционировало две больницы, в которых работало четыре врача и тринадцать медсестер. В земской больнице работали женщины — врачи Д. Ширман и Е. Лаштанва, врачи — мужчины — А. Левков, С. Дьячков и по совместительству А. Кассиль, а также фельдшер Н. Маклецов.

После революции Кассиль стал уполномоченным Наркомздрава Немецкой республики по родовспоможению и уполномоченным по обезболиванию родов в РСФСР, преподавал в Энгельсском медицинском училище.

Уже в августе 1918 года, когда в республике царили разруха и голод, в Покровске открылась лечебница, бесплатно снабжавшая детей не только необходимыми медикаментами, но и пастеризованным молоком. Открылась детская лечебница «Капля молока».

В 1922 году в городе открылись первые ясли, в 1923 году — санаторий для больных туберкулезом, в 1924 году — диспансер, в 1925 году — первый рентгеновский кабинет, в 1927 году — первая консультация для женщин, позже для детей, в 1932 году — центральная поликлиника. В 1930 году построено здание родильного приюта на 90 коек. Позднее — инфекционный корпус для детей.

Случилось несчастье на Покровском костемольном заводе. Там под обломками рухнувшей стены сушилки погибло около ста рабочих.  Абрам Кассиль сутками находился в больнице, оказывая помощь пострадавшим в катастрофе.

Самоотверженно работал Абрам Кассиль в годы войны с фашизмом, и был награжден медалью «За доблестный, труд в годы Великой Отечественной войны в 1941—1945 гг.».

Развивалось здравоохранение и после Великой Отечественной войны. Ко всему, что касалось медицины, с живейшим интересом и вниманием относился Абрам Григорьевич Кассиль. Он не только на высоком профессиональном уровне занимался лечением и профилактикой женских и детских заболеваний, но и много энергии отдавал общественной работе. Абрам Григорьевич состоял членом различных городских комиссий, шестнадцать лет бессменно возглавлял медицинское научное общество врачей Энгельса, являлся организатором и руководителем городского общества охраны материнства и младенчества. Немало полезного сделал Кассиль, будучи избранным депутатом городского Совета.

В 1965 году на базе открывшейся Медсанчасти п/о «Химволокно» было создано акушерско-гинекологическое отделение, которое в 1992 году было выведено в самостоятельное лечебное учреждение – Родильный дом города Энгельса. В 1996 году ему был придан новый статус муниципального учреждения «Перинатальный центр».

И вот я мчусь по мосту через Волгу на энгельсском автобусе к этому центру, который носит имя Абрама Кассиля. Правда, покровчане до сих пор величают его роддомом. Современное здание с большим аншлагом на фасаде: МУЗ “Перинатальный центр”. И звучит музыкально. В цветущем сквере – саде между корпусами центра и яблоневыми деревьями, знаменитой на весь Энгельс «китайки», расположены скамейки в виде гамаков и откуда – то еле слышно доносится фортепьянная музыка, будто выплыла из – под тонких пальцев Анны Иосифовны Кассиль. А в центре сквера скульптурный портрет Абрама Григорьевича на «капитанском мостике», как воображали его дети рабочий кабинет, где он принимал больных. Лучами расходятся аллеи от скульптуры мимо застекленных стендов, где можно увидеть фотографии и копии научных работ врача акушера и гинеколога.

А вот стенд с аншлагом: «Роддом —  родной дом», под стеклом которого фотографии известных уроженцев Покровска и Энгельса: сыновей самого Абрама Кассиля Льва и Иосифа, композиторов Альфреда Шнитке и Виктора Ковалева, художников Мыльникова и Кравченко, космонавта Юрия Шаргина, зоолога и эколога Владимира Константинова, режиссера документального кино Дмитрия Лунькова, музыканта Анатолия Скрипая, спортсменов Ирины Можаровой и Натальи Приказчиковой и, конечно, преемника Абрама Кассиля, главного акушера – гинеколога Саратова Игоря Салова.

Кабинет главного врача перинатального центра, депутата Саратовской областной Думы Анастасии Ребровой, уроженки города Энгельса, встречает доброжелательностью и светлым гостеприимством. Над ее рабочим столом в золоченной раме большой портрет Абрама Кассиля, выполненный в технике «терра» из медицинских материалов. Это, благодаря энтузиазму Анастасии Анатольевны, центр получил имя Абрама Кассиля, тем самым сохранив память о «главной повитухе» Энгельса.

Картина с посещением роддома — перинатального центра – это фантазия автора, думаю, что вскоре фантазия может стать былью.

И образ крупного специалиста в области акушерства и гинекологии, замечательного человека Абрама Кассиля закрепится в благодарной памяти потомков горожан, о котором хорошо сказала покровчанка Софья Иосифовна Шпилева, урожденная Ермолаева: «Он был Бог и спаситель женщин. Мы на него молились».

 

«Враг народа»

 

Все мы знаем детского писателя Льва Кассиля. Ныне в Энгельсе даже есть музей его имени. Почему только имени Льва Кассиля? Ведь в Покровске жила целая семья Кассилей. И каждый член этой семьи был общественным деятелем. Глава семьи Абрам Григорьевич — известный в слободе Покровской врач-акушер. Покровчане звали его «бабий бог». В 1929 году он представлял Покровск на Всесоюзном съезде Охматмлада (охрана материнства и младенчества). Там же он познакомился с Максимом Горьким, почётным гостем Четвёртого Всесоюзного съезда, на котором обсуждались проблемы борьбы с беспризорностью, санитарно-просветительной работы на селе, работы акушерских пунктов. В своём выступлении пролетарский писатель, обращаясь к медикам с Урала и Мурманска, Казахстана и Марийской области, говорил: «То, что вы делаете, это трудно, это необъятно, это огромно…»

Абрам Григорьевич написал «Исторический очерк развития здравоохранения в Энгельсе». Он — «общественный врач, упорно отстаивая новую койку для общественной больницы», выступает на волостных сходках. Вся слобода знала и почитала своего врача. Когда покровчане женились, молодожёны в разрисованных нарядных свадебных кортежах разъезжали по улицам, и каждый непременно останавливался у окон докторского дома на улице Аткарской (ныне улица Льва Кассиля). Во время гражданской войны военврач Кассиль на Уральском фронте боролся с болезнями, эпидемиями. Его жена Анна Иосифовна, в девичестве Перельман — пианистка, играла перед красноармейцами на фортепиано. Она из состоятельной семьи, покинув большой город, уехала с супругом, молодым врачом, в «земство». Абрам Кассиль в любую погоду — в мороз и метель, в «студёной, воющей тьме», ездил на розвальнях по дальним сёлам. Делал операции «при зыбком свете лучины», в «овчинной духоте». Учительница музыки Анна Кассиль ждала мужа, просиживая бессонные ночи у окна. Позже Лев Кассиль на страницах «Кондуита и Швамбрании» писал о своих родителях: «Они были люди своего времени».
А вот что он пишет о младшем брате. Младший «докторёнок» Ося в своём классе самый крохотный, «клоп». Когда поступал в школу, её заведующий наложил резолюцию на заявлении: «Принять за умственные способности». А мама говорила о нём: это вундеркинд. Лев называл младшего брата «верный Оська». Именно он начертал первую карту Швамбрании — страны, выдуманной детьми Кассилей. Оська рано начал читать и с четырёх лет запоминал всё: от вывесок до медицинской энциклопедии. «Оська был и фантаст… Он видел вторую душу вещей». В повести братья Кассили попадают на допрос в ЧК. К чекистам Покровска попали документы: «Карта боя», «План города П.», «Тайный приказ», «Список заговорщиков», и они пригласили Лёлю и Осю к себе. Привезли — и за дело: изучали отобранный материал, искали улики, допрашивали «подозреваемых». И не думал детский писатель в 1935 году, что описанный им эпизод в повести повторится в жизни младшего брата в 1937 году.

…Секретаря парткома Саратовского института механизации сельского хозяйства, что на улице Советской, Дмитрия Георгиевича Вадивасова разбудили в два часа ночи и повезли в райком партии. Секретарь РК спрашивает Вадивасова, читал ли он «Крутую ступень» Иосифа Кассиля. Вадивасов отвечает: «Читал. Хорошая книга». Секретарь обрывает: «Это книга на руку врагам и написана врагом народа». Привезли автора. До пяти утра шло разбирательство. В заключение секретарь приказал Иосифу: «Положи партбилет. Можешь быть свободен».

4 августа 1937 года Иосиф Кассиль был арестован по 58-й статье УК РСФСФ как «активный участник антисоветской

троцкистской диверсионно-вредительской организации».

Состоялось закрытое судебное заседание выездной сессии военной коллегии Верховного суда СССР. «Предварительным судебным следствием установлено, что Кассиль с 1933 года входил в группу, созданную Касперским, по заданию последнего проводил вредительскую работу на литературном фронте». Приговор — 10 лет заключения 1-й категории (расстрел) с конфи-скацией всего имущества, окончательный, обжалованию не подлежит и должен быть приведён в исполнение немедленно. Подписи: Сталин, Молотов, Каганович, Ворошилов.

Вот что писала В. М. Мухина-Петринская, попавшая в тюрьму на полгода позже Иосифа Кассиля, в своём рассказе «Птице обрезали крылья»: «…. Военная коллегия Верховного суда проходила в здании НКВД, в просторном зале с плотно завешенными окнами. День превратился в ночь. На низкой сцене председательствующий Ульрих («Жаба в мундире», по определению Антона Антонова-Овсеенко), по бокам у него — по две «пешки», правда, тоже высокого звания. Посреди зала стоял стул, за стулом солдат…»

21 января 1938 года Иосиф Абрамович Кассиль был расстрелян.

Что же из себя представляла «вредительская деятельность на литературном фронте»?

Лев Кассиль вспоминал: «Писать я учился в письмах домой.

Я описывал в них Москву… Новостройки и шествия, театры и стадионы, магазины и зоопарк, выставки и музеи. Потом выяснилось, что мой младший брат Ося и его приятели берут у матери эти письма, перепечатывают их на машинке и помещают отрывки в местной газете под заголовком «Письма из Москвы».

В 1929 году Иосиф Кассиль окончил педагогический факультет Саратовского университета. В 1931 году был принят кандидатом в члены ВКП (б). Читает лекции по философии, истории в саратовских вузах. В 1936 году местные газеты с гордостью сообщают, что покровский писатель Иосиф Кассиль участвовал в первом полёте самолёта «Сталь-3» из Москвы в Саратов.

Иосиф Абрамович становится активным помощником Владимира Владимировича Касперского как по саратовской писательской организации, в которой Касперский был её председателем, а Кассиль — ответственным секретарём, так и по

областной партийной газете «Коммунист», став заведующим отделом литературы и искусства под общим редакторством Касперского.

Владимир Касперский родился в 1896 году в Псковской губернии. В 1913 году окончил Воронежское реальное училище и поступил в Московскую школу живописи. В связи с лечением оставляет учёбу и работает в челябинской типографии. В 1917 году становится членом РСДРП. Участник гражданской войны. С 1921 года партийный журналист. Красный маршал Блюхер назначает Касперского комиссаром Троицкой железной дороги. Позже талантливый литератор возглавляет журнал «Юношеская жизнь», становится заведующим отделом местной печати ТАСС, работает в культпроме ЦК ВКП(б), участвует в подготовке XVII съезда ВКП (б). Вот такая боевая биография до назначения в Саратов одного из жертв сталинского расстрельного списка.

В газете «Коммунист» литературный и театральный критик Иосиф Кассиль помещает обзор «Что будет издано Крайиздатом

в 1936 году». Издательство ещё очень молодое. Оно возникло немногим больше года назад. Книга П. Рыкова «Исторические памятники саратовского края», Р. Трубина «Восстание Сапожкова», книга А. Костерина «Волга в огне» — 8 рассказов, рисующих жизнь Волги и волжских деревень от империалистической войны до наших дней. Саратовские поэты Николай Корольков и Виталий Волков готовят книгу стихов

«Родина», Вадим Земной — третью книгу стихов «Тем начинается день». Готовится к выпуску сборник «Литература Немреспублики». В газете «Коммунист» № 140 от 20 июня 1936 года сообщалось о смерти «Великого Русского писателя Алексея Максимовича Горького. Помещён некролог «Борец за социалистический реализм» с подписями саратовских писателей И. Кассиля, В. Земного, В. Смирнова-Ульяновского, М. Королькова, В. Мухиной, В. Тимохина, М. Юрьева, Б. Озёрного, Д. Борисова, Б. Неводова, И. Цыкунова, Е. Ленского, С. Железняка. Здесь же большая статья Иосифа Кассиля «Наш Алексей Максимович», которую он заключает фразой: «Умер Человек с большой буквы».

В 1936 году начинает регулярно выходить альманах «Литературный Саратов». Московский писатель Лев Кассиль пишет для Саратовского крайгиза детскую книгу «Весёлые рассказы». Поэт Вадим Земной написал повесть для детей

«Орден Ленина» и посвятил её «октябрятам Аткарска и Нате Кассиль» — дочери Иосифа Абрамовича.

Виталий Азеф в 1991 году в газете «Заря молодёжи» писал, что сохранилось фото, где Ната в окружении ребятишек сидит на коленях В. П. Земного. На обороте надпись: «Строгому критику, большому другу Нате Кассиль на долгую память. Дядя Вадим». «Пусть будет такая же красивая, как пушкинская Натали», — мечтал отец. В альманахе «Литературный Саратов» была опубликована повесть доцента кафедры марксизма-ленинизма института механизации сельского хозяйства Иосифа Кассиля «Крутая ступень» о жизни молодых преподавателей этой кафедры. Вадим Земной, как уполномоченный от ССП, в июне 1937 года в газете «Коммунист» публикует критическую статью «Новые требования, новые задачи» о деятельности руководителей местного Союза советских писателей, в том числе И. Кассиля, В. Смирнова-Ульяновского, Д. Борисова, Н. Королькова, называя их тогда страшным словом «троцкисты».

«Врагом народа» оказалась и жена Иосифа — Зинаида Петровна, студентка последнего курса института механизации сельского хозяйства. Она была сослана в Казахстан на 8 лет. Дочь Ната попала в детский приёмник. Живя в Джезказгане, Наталья Иосифовна Новожилова (Кассиль) писала В. Азефу: «Память у отца была феноменальной, работал он по 18 часов в сутки. Был бессребреником, ненавидел мещанство и вещизм. Моя тётя,

которая жила в то время в нашем доме, говорила о нём: «Когда Ося входил — солнце всходило, становилось светло, тепло и ясно!» Этим словам вторят воспоминания саратовского писателя Григория Боровикова: «Иосиф всегда производил очень хорошее впечатление. Это был доброжелательный, бесхитростный, честный, открытый человек, живой ум».

Перед арестом семья Иосифа Кассиля проживала в Саратове на улице Цыганской, 77 (ныне улица Кутякова). Только через 20 лет «врага народа» реабилитировали, так же, как и верного чапаевца Ивана Кутякова, именем которого названа улица… Иосиф Кассиль не дожил и до 30 лет. Возможно, что он стал бы более известен, чем его старший брат.

Журналист Виталий Азеф надеялся, что «наша память — покрепче любых домов, даже каменных». Напрасны были его надежды. В Саратовском отделении СП, что на улице Советской, нет ничего, что напоминало бы о бывших его руководителях:

В. Касперском, И. Кассиле, В. Бабушкине, В. Смирнове — Ульяновском и других. В музее истории аграрного университета имени Н. И. Вавилова нет материалов о репрессированных студентах и преподавателях. К 100-летию директора института механизации сельского хозяйства Д. Г. Вадивасова вышла книга о нём. Но в ней нет ничего о становлении Вадивасова как ректора, о его партийной работе на посту секретаря парткома. Неизвестно в музее и о жене бывшего генерального секретаря ЦК КПСС К. У. Черненко, бывшей выпускнице этого вуза Анне Дмитриевне Любимовой (Черненко). В 1936 году она была секретарём комитета комсомола и получила строгий выговор с предупреждением за притупление политической бдительности. А причина — повесть Иосифа Кассиля «Крутая ступень»…

 

Кассиль и футбол

 

Филиалом фединского музея является музей Льва Кассиля в Энгельсе. Сотрудники музея, заболев футболом, взялись придумывать свой квестбол на основе коллекции спортивных раритетов нашего знаменитого писателя. Именно их и предлагалось найти участникам «квестбола» в музее. Этот маршрут прошла команда туристов, среди которых были гости из США. Кстати, здесь пригодилось знание английского языка, ведь многие футбольные термины английского происхождения. По итогам игры главный приз соревнования получил Эдвард, юный гость из США, который вместе со своей мамой и дедушкой стал почитателем творчества Льва Кассиля.

21 чемпионат мира по футболу ФИФА, финальная часть которого прошла в России с 14 июня по 15 июля 2018 года.  Россия в первый раз в своей истории стала страной-хозяйкой мирового чемпионата по футболу.

Девятый розыгрыш чемпионата мира по футболу проходил с 31 мая по 21 июня 1970 года в Мексике. Чемпионом мира стала сборная Бразилии, в третий раз завоевавшая Кубок Жюля Риме и получившая трофей в вечное хранение.

Сборную Бразилии образца 1970 года до сих пор называют лучшей командой всех времён и народов. В ней блистали Жаирзиньо, Карлос Алберто, Жерсон, а для короля футбола Пеле финальный матч стал последним на чемпионатах мира. В финале сошлись Италия, которая в сумасшедшем полуфинале одолела немцев 4:3 в дополнительное время, и Бразилия, отомстившая за нас Уругваю со счетом 3:1.

Почему я вспомнил этот футбольный мексиканский чемпионат мира почти полувековой давности? Потому, что наш земляк, уроженец слободы Покровской (ныне город Энгельс), детский писатель Лев Кассиль, любитель футбола, страстный болельщик и комментатор футбольных матчей не поехал на этот чемпионат. Он сидел перед телевизором и наблюдал, как бразильцы раскатывают его любимую Италию (в ней писатель бывал неоднократно). В то время, когда кудесники мяча забивали в ворота европейцев очередной гол, Кассиль вдруг схватился за сердце. Когда ко Льву Абрамовичу подбежали домочадцы, писатель был уже мертв!..

Лев Кассиль… В переводе с еврейского, Лев – это «сердце». Прямой перевод имени и фамилии звучит как «простодушный, наивное сердце». «Сердце мудрого – на правую сторону, а сердце глупого – на левую».

Я знаю трёх футбольных Львов. Это, конечно, всемирно известный вратарь Лев Яшин, лучший вратарь XX века по версиям ФИФА, единственный вратарь в истории, получавший «Золотой мяч». (В 2018 году вышла на экраны кинобиографическая драма «Лев Яшин. Вратарь моей мечты»).

Саратовец Лев Кудасов,  советский футболиствратарьмастер спорта СССР (1965), играл в сборной РСФСР, молодёжной и олимпийской сборных СССР, скончался в Саратове 20 дет назад 22 июня 1998 года. Начал футбольную карьеру в 1957 году в юношеской команде саратовского «Динамо» (Помню, мы ходили на стадион «Динамо» – через забор – и там). Играл в командах «Сокол» (1961—1964), ЦСКА (1965—1968).

И футбольный болельщик Лев Кассиль, воспевший футбольных вратарей сначала в фильме «Вратарь» («Эй, вратарь, готовься к бою, часовым ты поставлен у ворот…»), а потом в романе «Вратарь республики». Не случайно под дружеским шаржем в одной комической портретной галерее советских писателей Лев Кассиль изображён в очках, в которых вместо стёкол вставлены футбольные мячи. «Болеть – дело не легкое. Оно требует сердечной верности и моральной стойкости», – завещал писатель.

Учась в Покровской мужской гимназии, Лёлик играл в футбол. Позже, в «Кондуите и Швамбрании» Лёв Кассиль вспоминал об этом: «На пустырях играли в особый «футбол» вывернутыми телеграфными столбами и тумбами. Столб надо было ногами перекатить через неприятельскую черту. Часто столб катился по упавшим игрокам, давя их и калеча».

Спортивный журналист и писатель Александр Кикнадзе, для которого Лев Кассиль был наставником, в своём очерке «Вратарь из Покровска по имени Лев Кассиль» писал: «По воскресеньям на главном пустыре небольшого приволжского городка Покровска гоняли мяч. В ворота становился длиннорукий молодой человек – у него была одна особенность: он мог взять самый трудный мяч (и тогда капитан снисходительно бросал: «Молодец, Лёвка!») и пропустить самый легкий мяч (тогда капитан сердечно называл его Лёвушкой и говорил ему…) Леве было шестнадцать лет. Он знал по именам всех знаменитых футболистов и вырезал из журналов фотографии вратарей. Без вратаря Покровска не было бы «Вратаря республики». И «Пекиных бутц», наверное, не было бы. И олимпийских очерков тоже. Чтобы так писать о футболе, как писал Лев Кассиль, надо было его почувствовать и «пережить». Кассиль признавался, что сам когда-то, играя в футбол, пробовал стоять на воротах. «А ведь это самое ответственное место на футбольном поле».

Бывший вратарь саратовского «Сокола», заслуженный работник физической культуры и спорта, а ныне энгельсский поэт Владимир Литовченко в «Марше ветеранов футбола» признается: «За себя и за тех, кто ушёл, преклоняем больные колени пред великой игрою в ФУТБОЛ».

В очерке Льва Кассиля, написанном в середине тридцатых годов, рассказывалось о том, как один иностранный журналист, сидевший на матче рядом с Кассилем, показал на игрока, который красиво отобрал у противника мяч, и спросил: «Кто это?» – «Старостин», – ответил писатель. Хавбек, сделав обманное движение, обвел опекуна и дал пас «на выход». «Кто это?» – спросил иностранец второй раз. «Старостин», – последовал ответ. А тем временем форвард, получивший мяч, ворвался с ним в штрафную площадь и ударил так, что сетка ворот вздыбилась горбом. «А это кто?» – снова вопросительно глянул на соседа журналист. И услышал то же слово: «Старостин». Тогда иностранец написал в блокноте: «Старостин – по-русски футболист».

До войны в сборной СССР выступали три брата Старостиных. История такого не знала. «Мне врезался в память один эпизод, связанный с Кассилем. Его попросили назвать свой вариант состава на игру. Ответ Льва Абрамовича снова обнаружил в нём тонкого знатока футбола. Он был краток: «Кого угодно, куда угодно, но Федотова – на левый край обязательно!» (Из книги Николая Старостина «Футбол сквозь годы»).

Сценарий фильма «Вратарь» был написан Львом Кассилем осенью 1935 года. В фильме рассказана история простого парня Антона Кандидова. Сначала он работает на сельско-хозяйственных работах – перевозит на лодке по Волге арбузы. (Кас-силь вспоминал покровские арбузы, которые видел ребёнком из окна отцовского дома «Тонкокорые арбузы лежали в пирамидках, как ядра на бастионах в картине «Оборона Севастополя»). Заметив, как ловко Антон ловит и грузит арбузы, ему говорят, что он мог бы стать вратарём и играть в футбол. И Антон решает последовать совету. На пути к вратарской славе его ждут и победы, и разочарования. Художником фильма был саратовец Владимир Калягин. Песни, ставшие в народе популярными, писали В. Лебедев – Кумач и                  И. Дунаевский. Звучали они в исполнении Софьи Иваницкой, солистки Театра оперы и балета им. Кирова (1936-1946), позже работавшей в Саратовском театре оперы и балета (1946-1948).

 

Если Волга разольётся,

трудно Волгу переплыть.

Если милый не смеётся,

трудно милого любить.

 

Лев Кассиль в «Искусстве кино» 1936 года отмечал, что между автором и режиссёром должен быть постоянный творческий контакт. Отбор актёров был проведён совместно. «Режиссёр С. А. Тимошенко с большим уважением относится к материалу и авторским замечаниям. Безусловно, за этот фильм я несу ответственность вместе с режиссёром». Обозреватель журнала «Искусство кино» А. Токин, побывав на съёмочной площадке «Вратаря», писал в материале «В джунглях «Ленфильма» («И. К.» №6 1936 г): «Нормальной съёмке 25. 04. мешала работа кровельщиков на крыше… Кроме того опоздание актера Горюнова… Мы подивились мужеству коллектива…»

Капитана «Торпедо» Цветочкина играл заслуженный артист РСФСР (1947) Владимир Клюгер, в 1926 году служивший в Саратовском театре драмы. В массовке в сценах футбольных матчей снимались игроки киевского «Динамо» Константин ЩегоцкийАнтон ИдзковскийИван КузьменкоМакар Гончаренко и др. (Из воспоминаний К. Щегоцкого в книге «В игре и вне игры»). Многие из них играли в «матче смерти» – футбольном матче, сыгранном в оккупированном немцами Киеве летом 1942 года. Футбол и война сосуществуют на равных, как и в рассказе «Матч в Валенсии», написанного Кассилем после поездки в Испанию, охваченной гражданской войной, − матч между командами Валенсии и Барселоны, где люди ни на секунду не забывают о режиме военного времени.

В. М. Бобров, видный советский футболист и хоккеист, вспоминал: «Не буду оригинальным, если скажу, что в детстве моим самым любимым литературным героем был Антон Кандидов − знаменитый кассилевский вратарь. Именно Антон Кандидов разжёг во мне неугасимый огонь честолюбия и детские мечты о славе, о большом мастерстве и больших победах». Для великого советского вратаря Л. И. Яшина роман Кассиля имел неимоверное значение в его становления и развития как футболиста, для укрепления веры в осознанность своих стремлений: «Я не думал тогда, что вот надо быть таким прославленным, как Антон. Я видел только, что его любили люди, и чувствовал, что Антон этим людям нужен». (В музее Льва Кассиля в Энгельсе хранится футбольный мяч с автографами Яшина и других известных футболистов). Вратарь Анатолий Акимов, заслуженный мастер спорта считал, что «В образе прославленного советского вратаря Антона Кандидова, вышедшего из недр народа, человека широкой самобытной натуры, не лишенного ряда недостатков, но беззаветно преданного Родине и советскому спорту, писатель как бы обобщил ряд лучших черт, присущих многим нашим выдающимся спортсменам. Таковы были, например, Н. Соколов,       Ф. Чулков,  И. Филиппов, И. Рыжов,  А. Идзковский,  В. Никаноров, М. Леонов, А. Иванов, А. Хомич и ряд других славных стражей ворот наших сборных команд». Саратовский поэт 60-х годов Василий Шабанов в своей поэтической книге «Вратари» в посвящении Алексею Хомичу восклицал:

 

Но до конца я быть хотел бы

Твоим, Россия, вратарём!

 

Обильный материал для написания литературных произведений Кассиль черпал из своих международных поездок в качестве спортивного журналиста. Например, в 1935 году он посетил Турцию в составе советской спортивной делегации, после чего им был написан такой очерк, как «Играли наши в Измире». Отрывки публицистической статьи Кассиля «На стадионе 75000», посвященной описанию поведения болельщиков на футбольной арене, вошли впоследствии в состав 41-й главы романа под названием «Кубок Спартакиады». Описание приезда в Москву вымышленной футбольной команды «Королевские буйволы» во многом навеяно турне по городам СССР в 1937 году знаменитой сборной Басконии по футболу, «самой сильной команды, с которой в довоенные годы пришлось помериться силами советским футболистам». «Наши футбольные поля не принимали ещё команд такого класса», ‒ писал Кассиль в очерке «Матч с басками», посвящённом игре московского «Локомотива» со сборной Басконии. Рассказ «Состоится при всякой погоде» вырос на основе реальных впечатлений Кассиля, отправленного советским радиокомитетом в командировку в Полярный порт в 1942 году, где писатель стал свидетелем финального матча флотской спартакиады между командами базы подводного плавания и дивизиона минных заградителей.

Спустя много лет, знаменитый советский клоун Юрий Владимирович Никулин в своей книге «Почти серьёзно» вспоминал, как перед войной в их московскую школу пришел Лев Кассиль – «худой, с вытянутым лицом, с милой, доброй улыбкой, увлекательно рассказывал нам о своей поездке с советскими футболистами в Турцию…» После возвращения из Турции в 1935 г. Лев Кассиль опубликовал рассказ «Пекины бутсы» (первоначально «Турецкие бутсы») о весёлых злоключениях с обувью известного форварда Петра Дементьева, который купил в Турции бутсы на несколько размеров больше, чем необходимо. «Вам не жмут ли, Пека, бутсы, не пора ль переобуться?» На обратном пути из Турции судно «Чичерин» штормом выбросило на мель у румынского мыса Мидия…

В 1947 году на киевской киностудии вышел спортивный художественный фильм-комедия о футболе «Центр нападения». Сценарий Бориса Ласкина, режиссура Семёна Деревянского и Игоря Земгано. В главной роли народный артист РСФСР наш земляк Виталий Доронин.

Фильм «Центр нападения» рассказывает об известном футболисте, принимающем активное участие в жизни и победах своей команды. И вот, когда сезон находился в своем апогее, ему приходится уйти из команды и отправиться жить в другой город. Дело в том, что он работает конструктором мотоциклов, и именно его присутствие необходимо на заводе. Вот только он не может просто так позабыть о футболе, поэтому наш главный герой становится центральным нападающим в команде этого города. Кажется, что всё сложилось по-настоящему благополучно, вот только его друг, который играет на позиции вратаря, не может смириться с уходом своего товарища, считая его предателем. Только очная встреча на футбольном поле мирит друзей. За кадром комментирует матч легендарный Вадим Синявский. Звучит песня Оскара Сандлера и Евгения Долматовского:

 

Наша молодость вышла на поле,
Загораются тысячи глаз.
Весь наш город сейчас на футболе –

Он душою болеет за нас.

 

24 июня 1968 года состоялась премьера художественного фильма режиссёра Виктора Садовского, снятого на киностудии «Ленфильм» «Удар! Ещё удар!» по сценарию Льва Кассиля. В основе сюжета – финальный матч по футболу в Ленинграде. Играют ленинградская команда «Заря» и западноевропейская команда «Рифы». Сергей Таманцев, сын тренера и лучший игрок «Зари», накануне побывал в гостях у знакомой девушки и вернулся на базу только под утро, за что был отстранён от участия в матче. Но когда один из игроков получает травму, Таманцеву-старшему приходится выпустить Сергея на поле.

Подругу главного героя фильма Сергея играла заслуженная артистка РСФСР Галина Яцкина. Роль Кости Малькова, отчисленного футболиста «Зари» исполнял артист Владимир Трещалов, бывший курсант Саратовского пограничного училища. Трещалов известен по роли атамана Сидора Лютого в «Неуловимых мстителях». Он также играл в фильмах по трилогии Константина Федина «Первые радости» и «Необыкновенное лето».

Специально для съёмок фильма 10 июня 1967 года на стадионе имени Кирова был организован товарищеский матч «Зенит» Ленинград – «Динамо» Москва. Для кадров с полным стадионом во время некоторых домашних матчей чемпионата страны игроки «Зенита» носили форму клуба «Заря», а соперники – клуба «Рифы». Лев Кассиль был удостоен хрустального кубка и диплома Союза кинематографистов Грузии на Всесоюзном кинофестивале спортивных фильмов 1968 года в Тбилиси.

По сценариям Льва Кассиля ставили фильмы режиссеры: Л. Кулешов, Е. Григорович, Б. Шелонцев, С. Тимошенко, Л. Голуб, Д. Варламов, Г. Ломидзе, Ю. Васильчиков, Э. Гарин и Х. Локшина,   В. Садовский.

В 1968 году на студии «Саратовтелефильм» снята кинокартина «Громобой» – экранизация рассказа Льва Кассиля «Есть на Волге утёс». Режиссер Владимир Гладышев, сценарист Анна Черемисина, оператор, уроженец Новоузенска Владимир Антонов. Главный герой картины – Леонтий Архипкин, по прозвищу Граммофон, говоривший сиплым и шероховатым шёпотом, беспрестанно отхаркиваясь и странно курлыкая, словно граммофон, у которого кончилась пластинка, но сбившаяся игла ещё царапает круг, мотаясь из стороны в сторону. Однако заволжские старики уверяли, что было время, когда голос Леонтия Архипкина гремел по всей Волге от Нижнего до Астрахани. Не Граммофоном, а Громобоем звали его тогда – такой грозный и непомерный был у него бас. Именно таким голосом обладал артист и режиссер театра им. Карла Маркса, заслуженный артист РСФСР Герман Келлер, исполнивший роль хриплого Архипкина – Громобоя. В команде саратовского телефильма кроме артистов саратовского драмтеатра снимались работники саратовского телевидения Михаил Свердлов и Владимир Халюев. Любопытно, что матрос с громкой фамилией Александр Громов, в 1968 году работавший на теплоходе «Дмитрий Фурманов», принимал участие в массовых сценах этой картины.

С десяток фильмов создано по литературным произведениям нашего земляка на киностудиях им. М. Горького, «Ленфильме», «Украинфильме» и других.

Ещё один спортивный фильм 1971 года «Ход белой королевы», снятый на «Ленфильме» Виктором Садовским. Спортивная драма «Ход белой королевы» основана на одноимённой повести Льва Кассиля и посвящается советским спортсменам – победителям чемпионата мира по лыжам в Высоких Татрах. Помимо самой истории, в фильме «Ход белой королевы» можно увидеть и документальную хронику того легендарного соревнования. Степан Михайлович Чудинов, несмотря на свою основную профессию инженера, прославился как талантливый тренер по лыжному спорту. Однако череда локальных неудач, непонимание со стороны лучшей ученицы и разногласия с Федерацией спорта, не желающей менять методику подготовки спортсменов, заставляют тренера покинуть свой пост. Чудинов принимает предложение поработать на новостройке в далёком Зимогорске и не собирается менять своего решения. В таёжном краю судьба сводит его с местной жительницей Натальей Скуратовой, недавно пережившей оглушительное поражение на Всесоюзных соревнованиях. Степан Михайлович видит в девушке недюжинный талант, соседствующий с недостатком техники, что вновь пробуждает в нём страсть и тягу к тренировкам.

В картине снимался легендарный спортивный комментатор радио и телевидения Николай Озеров. Народный артист РСФСР вёл репортажи с пятнадцати Олимпийских игр, тридцати чемпионатов мира по хоккею, восьми Чемпионатов мира по футболу и шести Чемпионатов Европы по футболу, всего в качестве комментатора Озеров побывал в 49 странах мира. В конце 1980-х был избран председателем спортивного общества «Спартак».

Уроженка Саратова Вера Кузнецова, мама советского экрана, сыграла мать главной героини Наташи Скуратовой.  Поэт-песенник, музыкант, народный артист РСФСР Михаил Ножкин пел:

 

Лыжня, лыжня дорога белая

Я ей во век не изменю,

Лишь сильные да смелые,

Выходят на лыжню.

 

Фильм собрал целый букет наград – Третий приз «Бронзовая медаль» на IV ВКФ спортивных фильмов в Одессе, УССР (1972). Приз «Хрустальный кубок» Комитета по физической культуре и спорту при СМ СССР и Федерации спортивного кино СССР на V ВКФ (1972). Почётный диплом на XXIII МКФ трудящихся в Чехословакии (1972). Почётная «Золотая медаль» Олимпийского комитета Италии режиссёру Виктору Садовскому. Гран-при на XXVII МКФ спортивных фильмов в Кортина д’Ампеццо, Италия (1972). Главный приз «Золотой рододендрон» на XXI МКФ фильмов «Читта ди Тренто» о горах и их исследованиях в Тренто, Италия (1973).

Ныне живущий земляк Льва Кассиля, многие годы тренировавший энгельсские футбольные команды, Владимир Литовченко в стихотворении «…Вратарь…», подводя итог своей вратарской карьере, пишет:

Судьба – как Чёрная Дыра: с «трибун» то свист, то смех…

Но Он – Вратарь! Он вновь встает в «рамку» во весь свой рост!

По словам поэта Евгения Евтушенко, он «учился прорыву свободного русского слова не у профессоров – у великого Севы Боброва». И потому, по Льву Кассилю, «Поэзия – это сила убеждённого проникновения в суть вещей, таящих правду, скрытую подчас от равнодушных… находит искомую правду отражённой в капле…»

Такой каплей стал футбольный мяч с символикой Чемпионата мира – 2018, подаренный Президентом России Владимиром Путиным Президенту США Дональду Трампу. Путин передал мяч Трампу, заметив, что «теперь мяч на его стороне».

Share
Статья просматривалась 154 раз(а)

Добавить комментарий