Там, где мы когда-то жили…

Собственно, эта статья должна была бы появиться в сетях еще в сентябре прошлого года, но, чувствуя себя связанным решением одной из газет опубликовать ее, я медлил до, последовавшей в феврале, публикации. Недавний же сюжет, показанный «Дождем», подтвердил ее актуальность.

Вспоминая август и ворох новостей, им принесенный, снова и снова возвращаюсь к однму, вызвавшему еле заметный отклик, событию:  «Минюст РФ утвердил приказ МВД о денежных вознаграждениях для информаторов.» – За „А“ последовало „Б“: закон Яровой об ответственности за недоносительство, дополнился мерами поощрения «стукачей».

Что ж, все логично для мышления, дрейфующего в сторону „осажденной крепости“… И все же оторопь не проходит. Неужели это происходит в стране, где еще сравнительно недавно по миллионам доносов, получали сроки миллионы людей? Где слово «дышло» помнят не как часть упряжи, а как синоним закона-флюгеля из „судьбоносной“ пословицы?

«Лучше «стучать», чем перестукиваться» — повторял, вспоминая сталинские времена, наш шеф. Помню, мы посмеивались, слушая старый каламбур. И напрасно. Мы были молоды и наивны, и ужас сказанного был для нас непостижим. А ведь в старой хохмочке сжался до размеров афоризма опыт выживания нескольких поколений, когда врагом мог быть любой, когда «стучали» просто так, на всякий случай, когда надо было успеть «проинформировать» прежде, чем «настучат» на тебя…

Еще 20 лет назад практика поощрения доносчиков могла была бы принадлежать разве что ночному кошмару — слишком высок был в сознании порог допустимого. Сегодня от него мало что осталось. О том, почему это произошло, можно написать исследование. Вероятно многотомное.

Здесь же, пожалуй, стоит упомянуть о главных словах исторического лексикона и о сквозных образах времени – их емкая многозначительность дорого стоит. Например, фигура „коленопреклоненного“. Для 80-х, с их мощной, но короткой духовной вспышкой, „коленопреклоненный“ не мог восприниматься иначе, как замаливающий грехи человек. Но прочтение образа изменилось очень быстро. Уже с начала 90-х фигура на коленях  стала обозначать униженную, поставленную на колени врагами, великую страну.

Враг – какое „живительное“ слово! Как избавляет оно от сомнений, неопределенности, ответственности!… Как значительно место, отведенное ему в „словаре“ традиции!  Враг и страх – два целостно образующих „столпа“ российской государственности. Вокруг них, то удаляясь, то приближаясь, кружили мысли власть предержащих во все времена. Ими легко оправдывался как внутренний террор, так и „превентивность“ экспансий. Ими же воспользовались и в новейшей истории, а опущение людей (почти по Оруэллу!)  стали называть „вставанием с колен“.

Не сразу, разрывая моральные „путы“, „поднялась“ страна. Но чем далее шел „подъем“, тем радостнее и массовитие звучал хор „освобождающихся“, тем с большим чувством внимали люди „уму, чести и совести“, заменившим их собственные… Тем более возможным становилось то, что раньше казалось немыслимым…

Результат? Великая страна, ставшая жертвой врагов, – неподсудна!  Вот основная мысль, внедренная в сознание человека за эти годы. Мысль, естественно „перетекающая“ в идею „вечной правоты“.

Что же удивляться молчанию, с которым был встречен указ о поощрении „стукачей“: на войне как на войне! „Надо.“ – сказали сверху. „Повторим!“ – ответили согласным молчанием снизу. Так, как если бы не было страшного опыта „стукачества“…

И эта внутренняя готовность, это согласие на все дурное, подлое и злое, даже во вред себе, поражает!

 

Share
Статья просматривалась 233 раз(а)

1 comment for “Там, где мы когда-то жили…

  1. Лев Мадорский
    19 апреля 2019 at 8:01

    Хорошая статья. Возвращение к практике доносов это не только наступление на те же грабли, но и падение в пропасть

Добавить комментарий