Джордж Элиот «Даниэль Деронда», глава1, окончание

Начало см. http://blogs.7iskusstv.com/?p=71737

Она хорошо владела мимикой и не обнаруживала никакой дрожи лица или рук. Каждый раз, когда она проигрывала, она удваивала ставку. Многие теперь наблюдали за ней, но она ощущала на себе только взгляд Деронды, который продолжал следить за ней. Она была уверена в этом, хотя и не смотрела на него. Такая драма не может занимать много времени без исчерпания себя, так как момент предполагает как развитие, так и катастрофу. «Делайте ставки, мадам и месье!», — сказал автоматический голос судьбы из-за усов и империалов5 крупье. Рука Гвендолен протянулась, чтобы поставить последнюю небольшую кучку наполеондоров. «Ставьте на повышение!», — сказала судьба. Гвендолен быстро отвернулась от стола, решительно повернулась к Деронде и посмотрела на него. В его глазах была улыбка иронии, когда их взгляды встретились. Все-таки было лучше, что он удержал свое внимание на ней, чем если бы он игнорировал ее, как что-то безличное. Кроме того, несмотря на его высокомерие и иронию, было трудно полагать, что он не восхищался ее одухотворенностью: он был молод, красив, оригинален во внешности, как ни один из этих смешных и неряшливых обывателей, думавших, что он может чем-то повредить игре своим кислым видом протеста. На это обратила внимание Гвендолен, и именно из-за этого восхищались и ей самой. Такое основание ее взглядов вскоре подверглось проверке, но не было опрокинуто.

Был вечер, комната была сильно нагрета, она казалась великолепной из-за легких одежд и прекрасных костюмов леди, которые ходили вдоль нее и рассаживались на оттоманках. Гвендолен Харлет выглядела как нереида6: в одежде цвета морской волны, серебряных украшениях и с пером бледного цвета, ниспадающем назад по зеленой шляпе и легким каштановым волосам. За ней наблюдала леди, сидевшая рядом за столом; с ними был немецкий джентльмен с белыми усами и подрезанными жесткими волосами. Все разгуливали и болтали со знакомыми. Сидящие группы людей внимательно поглядывали на Гвендолен.

— Поразительная девушка эта мисс Харлет, она сильно отличается от других.

— Она похожа на змею, зеленую и серебряную, а ее шея подвижна немного больше обычного.

— Она всегда делает что-то неординарное. Такая она девушка, на мой взгляд. Вы находите ее симпатичной, м-р Вандернод?

— Очень. Человек мог бы многим рискнуть ради нее, я думаю, дурак мог бы.

— Вам нравятся девушки с таким носом и удлиненными узкими глазами?

— Да, когда это в таком ансамбле.

— В змеином ансамбле?

— Как вам угодно. Если женщина соблазнилась змеей7, почему же мужчина — нет?

— Она, конечно, очень изящна, но она слишком бледна — своего рода красота Ламии8, так она выглядит.

— Наоборот, я думаю цвет лица — одно из ее главных очарований. Эта теплая бледность – признак здоровья. А вот нос с формой  постепенно восходящей кривой – не совсем. А рот — никогда не видел более симпатичного рта.

— Вы думаете? Я терпеть не могу этого. Она выглядит очень самодовольной, как будто осознает свою красоту — лицо слишком неподвижно. Мне нравится, когда рот более живой.

— По мне, она – не очень, — сказала рядом сидевшая вдова, — Какие неприятные девушки входят в моду. Кто такие эти Лэнджены? Кто-либо знает их?

— Они вполне приличные люди. Я несколько раз обедал с ними в русском ресторане. Баронесса — англичанка. Мисс Харлет часто звонит кузену. Девушка хорошо воспитана и очень умна.

— Вот это да!, а барон?

— Он выглядит как украшение этой гостиной.

— Баронесса всегда сидит за столом для рулетки, — сказал Маккуорт, — мне кажется, что она учит девушку играть на деньги.

— О, старуха играет в очень трезвую игру: ставит по десять франков тут и там. Девушка же более безрассудна. Или это только эпатаж.

— Я вижу, что она потеряла весь свой сегодняшний выигрыш. Действительно они богаты? Кто-нибудь знает?

— Ах, кто знает? Кто знает это о ком-либо? — сказал м-р Вандернодт, выходя, чтобы присоединиться к Лэндженам.

Замечание о шее Гвендолен было справедливым. Нельзя было выполнить идею змеи более полно. Она захотела справиться об этом незнакомце Деронде, при виде пристального взгляда которого она вздрагивала. Наконец такая возможность появилась.

— М-р Вандернодт, вы знаете всех, — сказала Гвендолен, не слишком нетерпеливо, скорее с некоторой слабостью произнесения, которую она иногда придавала своему ясному сопрано. – Кто это стоит около двери?

— Здесь с полдюжины дверей. Вы имеете в виду этого старого Адониса9 в парике Георга Четвертого10?

— Нет, нет; темноволосый молодой человек справа с ужасным выражением.

— Вы называете его ужасным? Я думаю, что он неплохой человек.

— Но кто он?

— Он недавно приехал в наш отель вместе с сэром Хьюго Маллингером.

— С сэром Хьюго Маллингером?

— Да. Вы знаете его?

— Нет, — Гвендолен немного покраснела, — Его поместье расположено около нас, но он никогда там не бывает. Так как, вы говорите, зовут этого  джентльмена около двери?

— Деронда — м-р Деронда.

— Какое восхитительное имя! Он англичанин?

— Да. Говорят, он связан с баронетом. Вы интересуетесь им?

— Да. Я думаю, он не похож на обычных молодых людей.

— А вы не восхищаетесь обычными молодыми людьми?

— Нисколько. Я всегда знаю, что они скажут. Но я не могу предположить, что сказал бы этот м-р Деронда. О чем он обычно говорит?

— В основном, ничего. Вчера вечером я сидел на террасе около него в течение более часа, и он не вымолвил ни слова, даже не курил. Он выглядел скучающим.

— Это тоже причина, почему я хотела бы познакомиться с ним. Мне всегда надоедают.

— Я думаю, что он тоже был бы рад познакомиться. Я позову его? Вы позволите, баронесса?

— Почему нет? Он ведь связан с сэром Хьюго Маллинджером. Это новое поле вашей деятельности, Гвендолен, вам все надоедает, — продолжала мадам фон Ланген, когда м-р Вандернодт отошел, — Вы всегда чем-то озабоченны с утра до ночи.

— Это потому, что я до смерти скучаю. Или я должна бросить игру, или я должна сломать руку, или ключицу. Должно что-то случиться, если вы не поедете в Швейцарию и не возьмете меня в Маттерхорн11.

— Возможно, знакомство с этим м-ром Дерондой заменит вам Маттерхорн.

— Возможно.

Но Гвендолен не познакомилась с Дерондой. М-р Вандернодт не успел этого сделать. Когда она вернулась в свою комнату, то обнаружила письмо с просьбой о срочном возвращении домой.


Примечания:

5 — империал – монета, приравненная по паритету к французским монетам в 40 или 20 франков;

6 — нереиды (др.-греч. Νηρηίδες) — в греческой мифологии морские божества, нимфы, дочери Нерея и Дориды, по внешнему виду напоминающие русалок;

7 — «женщина соблазнилась змеей» — отсылка к эпизоду из Библии;

8 — Ламия— в античной мифологии полудева-полузмея, демоница;

9 -Адонис — в Малой Азии и Египте Адонис – бог умирающей и воскрешающейся природы. В Элладе, погибнув и потом ожив, он воскрешал природу;

10 — Георг Четвертый — английский король, годы правления 1820-1830;

11 — Ма́ттерхорн — гора в Пенинских Альпах на границе Швейцарии и Италии.

Полный текст романа см. http://az.lib.ru/e/eliot_d/text_1876_daniel_deronda-oldorfo.shtml

Share
Статья просматривалась 228 раз(а)

Добавить комментарий