Виктор Каган. Из рождественских стихов

Нехитрое жилище пастуха.
Декабрь. У Марии стынут руки
и с неба сыплет снежная труха.
Эпохи новой родовые муки.

Младенец спит. Стекаются волхвы.
Звезда восходит в небе Вифлеема
и свет её у детской головы
ложится мягко, словно диадема.

Обрезанье … И, Йешуа, малыш,
ханжи Тебе в отцы Святого Духа
потом назначат. А пока шалишь,
всё, как у всех – то корь, то почесуха.

Над Иудеей нависает Рим.
Толкуют мудрецы законы Торы.
И размывают единенья грим
извечные еврейские раздоры.

Талмуд в тиши касается души.
Вот Ты уже раввин. Но – голос свыше.
И сколько этот голос ни глуши,
душа его в неслышимом расслышит

И поведёт … И приведёт к кресту,
и вознесёт – на страх и удивленье
гонителей. Не Йешуа – Христу
открыть иное летоисчисленье.

И вознесутся в небо купола,
и захрустят на виселицах шеи,
запахнет человечиной зола,
и будут ткать Твой облик златошвеи.

И что ни храм, то на людской крови,
а в нём молитва за Любовь и Веру.
Но как химеру Верой ни зови,
ни превращай прозрение в химеру,

Ты сделал то, на что Ты призван был,
а прочее не под Твоей десницей.
И к розе тянет листья чернобыл,
и вечна тень Твоя на Плащанице.

Так что же, Йешуа? Сегодня Рождество
Твоё. Зима, волхвы и волшебство.
Кому-то – пир, кому – мечта о хлебе.
Мир празднует. О чём тоскуешь, ребе?

Share
Статья просматривалась 338 раз(а)

1 comment for “Виктор Каган. Из рождественских стихов

  1. Виктор (Бруклайн)
    24 декабря 2018 at 17:58

    Виктор Каган. Из рождественских стихов

    Нехитрое жилище пастуха.
    Декабрь. У Марии стынут руки
    и с неба сыплет снежная труха.
    Эпохи новой родовые муки.

    Младенец спит. Стекаются волхвы.
    Звезда восходит в небе Вифлеема
    и свет её у детской головы
    ложится мягко, словно диадема.

    Обрезанье … И, Йешуа, малыш,
    ханжи Тебе в отцы Святого Духа
    потом назначат. А пока шалишь,
    всё, как у всех – то корь, то почесуха.

    Над Иудеей нависает Рим.
    Толкуют мудрецы законы Торы.
    И размывают единенья грим
    извечные еврейские раздоры.

    Талмуд в тиши касается души.
    Вот Ты уже раввин. Но – голос свыше.
    И сколько этот голос ни глуши,
    душа его в неслышимом расслышит

    И поведёт … И приведёт к кресту,
    и вознесёт – на страх и удивленье
    гонителей. Не Йешуа – Христу
    открыть иное летоисчисленье.

    И вознесутся в небо купола,
    и захрустят на виселицах шеи,
    запахнет человечиной зола,
    и будут ткать Твой облик златошвеи.

    И что ни храм, то на людской крови,
    а в нём молитва за Любовь и Веру.
    Но как химеру Верой ни зови,
    ни превращай прозрение в химеру,

    Ты сделал то, на что Ты призван был,
    а прочее не под Твоей десницей.
    И к розе тянет листья чернобыл,
    и вечна тень Твоя на Плащанице.

    Так что же, Йешуа? Сегодня Рождество
    Твоё. Зима, волхвы и волшебство.
    Кому-то – пир, кому – мечта о хлебе.
    Мир празднует. О чём тоскуешь, ребе?

Добавить комментарий