Из цикла «Очевидное-невероятное»: «поэтический язык находится в неразрывной связи с языком первобытного человека»

Поводом для написания этих заметок послужил разговор на эту тему с моим оппонентом на Портале, который (разговор) убедил меня: то, что очевидно для одних, представляется невероятным для других (да простят меня авторы бренда «очевидное-невероятное» за произвольное его толкование).

В название заметок взяты слова, которые принадлежат известному ученому филологу А.Н.Веселовскому (1838-1906) Основания для такого утверждения — в особенностях древнего языкотворчества и словообразования.

Приведем высказывание Фрейденберг, которое выражает всю квинтэссенцию древнего словообразования: «Архаический язык, если можно так выразиться, развертывает сам себя: он варьирует одни и те же комплексы звуков, с одной и той же семантикой, давая повод к будущим фразам одинаковой основы»[1]
На этом основана « игра слов», «игра созвучий», столь характерная для древних текстов.
Это повторение однородных гласных, звуковой повтор является одной из древних форм звуковой организации речи. Следствием фонетического тождества было возникновение омонимов, а следствием фонетического совпадения – происхождение рифмы, что придавало поэтическую окраску всему строю древнего языка.

О господствующей роли ритма в библейских текстах говорится во многих исследованиях. Большинство книг Священного Писания написаны особой ритмизованной прозой, которая местами переходит в стихотворную речь. И здесь следует сказать, что в этом также проявляется наследие древнего языкового мышления.

«Ритмическая конструкция – первый строй языка», пишет Фрейденберг.
Согласно ей, ритм – чисто биологическое явление и прирожден человеку наряду с его физической структурой.
Первичная речь носит явно ритмический характер, состоящий из повышения и понижения голоса в такт с ходьбой, соответствующими движениями рук, ног и тела. Но, подвергаясь интерпретации человеческого сознания, ритм становится явлением духовного порядка и делает язык и словесные процессы «ритмической речью, будущей прозой и поэзией»[2]

Исследуя мифопоэтическое творчество Древней Греции, Фрейденберг показала, что поэтические средства античной литературы берут свое происхождение из мифологических представлений, образов, верований, свойственных первобытному мышлению, т.е. семантическая система первобытного общества имеет к античности прямое отношение, органично с ней связана. Такая система проникает в фольклор и творчество великих греческих писателей и рассматривается Фрейденберг, как «живая часть исторического прошлого в греческом литературном языке, без которого этот язык не мог бы образоваться».

Приводя эти изыскания Фрейденберг, мы хотим сказать, что они касаются не только античности. Если обратиться к Библии как памятнику древнееврейской литературы, то можно видеть, что в художественную ткань Библии вплетаются те речевые обороты и словесные образования, которые были выработаны еще ранним языкотворчеством.

Для иллюстрации воспользуемся современными переводами ТАНАХа, которые сделаны М.Ковсаном[3] Возьмем следующий отрывок из ТАНАХа в переводе М.Ковсана.

В книге Свитки Эстер [2:6] говорится: ו אֲשֶׁר הָגְלָה, מִירוּשָׁלַיִם, עִם-הַגֹּלָה אֲשֶׁר הָגְלְתָה, עִם יְכָנְיָה מֶלֶךְ-יְהוּדָה—אֲשֶׁר הֶגְלָה, נְבוּכַדְנֶצַּר מֶלֶךְ בָּבֶל.
В дословном переводе это звучит, как: Изгнанный из Иерушалаима с изгнанниками, изгнанными с Иехонией, царем иудейским, который был изгнан Невухаднецаром, царем вавилонским.
Предложение строится на повторе слов, имеющих общую звуковую и смысловую основу, и производных от одного и того же корня. «Такой язык, развертывающийся в перекомбинациях одного и того же фонетического комплекса, очень архаичен» (Фрейденберг). Следствием этого является образование тавтологических речевых оборотов, отличающих построение древней речи.

*

От края земли песни слышны: слава Праведному, но сказал: Чахну я, засыхаю, горе мне:изменили предатели, изменники предали [Иешаягу 24:16].

Изменили предатели, изменники предали בֹּגְדִים בָּגָדוּ וּבֶגֶד בּוֹגְדִים בָּגָדוּ, что буквально звучит: предали предатели предательством предатели предали.

Это выражение также организовано одним и тем же звуко – смысловым комплексом» и представляет собой тавтологический оборот, вследствие пятикратного повторения однокоренных слов. Согласно переводчику, такое нагнетание слов передает особое ощущение атмосферы изгнания.

По словам Фрейденберг, мифотворческий язык имеет конструкцию параллельных, синонимичных, двучленных фраз, связанных созвучием. Мы не останавливаемся на всех видах параллелизмов, подробную классификацию которых, дает в своей книге «Поэтика библейского параллелизма» А.Десницкий [4]

Примером параллелизма, который мы хотим привести, является стилистическая симметрия. Сущность ее заключается в том, «что об одном и том же в сходной синтаксической форме говорится дважды. Второй член симметрии говорит о том же, о чем и первый член, но в других словах и другими образами. Мысль варьируется, но сущность ее не изменяется» (Д.С.Лихачев).
В переводе Ковсана эта особенность танахических текстов выражена как нельзя лучше.

В ТАНАХе говорится:

Счастлив человек, наказанный Богом,
карой Всесильного не гнушайся (Иов 5:17).

*
Страх, которого я боялся – пришел,
то, чего опасался, – явилось (Иов 3:25);

*
Имя — лучше большого богатства,
добрый нрав – злата и серебра ( Мишлей 22:1)

От стилистической симметрии надо отличать художественные параллелизмы (в определении Лихачева), при которых сопоставляются два различных явления:

Розгу щадит ненавидящий сына,
любящий — с детства его поучает ( Мишлей 13:24)

*

Мудрому сыну – отца поучение,
наглый наставленья не слышит (Мишлей 13:1)

В продолжение этой темы необходимо сказать о таком выразительном средстве поэтической речи, как метафора.
Обильные метафоры, метафорические сравнения, эпитеты — все эти выразительные средства также присущи древнему ивриту.
Иллюстрацией к этому служат следующие примеры из переводов ТАНАХа М.Ковсана:

Пути мои исказил, извратил, опустошил Он меня [Эйха 3:11].

Слово «исказил» סוֹרֵר , как пишет М.Ковсан, в дословном переводе будет: засадил колючими растениями. Яркий метафорический образ этой картины, который предстает в дословном переводе, характерен для древнего образотворчества.

*
Отдал губителям урожай, их труд саранче [Пс.78:46].

Отдал губителям וַיִּתֵּן לֶחָסִיל , что буквально: отдал саранче. Слово חָסִיל саранча выступает здесь как метафора истребления, гибели всего живого.
От слова хасил (саранча) происходит и глагол хасал (изводить, истреблять на корню).

Нельзя не отметить, что перевод р.Ковсана ближе к первоисточнику, чем синодальный перевод или перевод Йосифона, в которых слова וַיִּתֵּן לֶחָסִיל переводятся как «отдал гусеницам». Но в ТАНАХе говорится именно о саранче, а не о гусеницах, к которым применимо слово «захал» (ползать, пресмыкаться о гадах, а также робеть, трусить во втором значении), что прямо противоположно по смыслу глаголу хасал (губить, изводить).

Выше мы говорили о «звуковой игре», «игре созвучий», которая так характерна для поэтики древнееврейской литературы. Приведем следующий стих из ТАНАХа:

Страх, крах, всё во прах — тебе, земли обитатель [Иешаяѓу 24:17].

Страх, крах, всё во прах פַּחַד וָפַחַת וָפָח — в оригинале: ужас, яма, силки. На иврите это звучит как пахад вапахат вапах. Здесь очевидно варьирование одного и того же звукового комплекса при смысловом различии слов. Важно отметить, что в переводе на русский М.Ковсан отступает от буквального перевода этого стиха, с целью найти созвучный ему эквивалент слов в русском языке и передать звуковую игру.

Эта фонетическая игра слов, игра звука и смысла, возникновение неожиданных спонтанных ассоциаций находит наиболее полное выражение у поэтов. Цветаева не раз повторяла, что для нее основой стиха является не лексема, и даже не слог, а звук и ритм. «Стихи – созвучие смыслов», по ее лаконичному определению.

Сопоставление поэтического творчества с древним языкотворчеством убеждает в том, что поэтические приемы, изобразительные средства, которые свойственны поэтической речи, имеют своими прообразами фонетические и семантические особенности древнего языка.

Как показала Фрейденберг, удвоение, повтор, анафора, всякого рода «словесная пляска на месте», игра созвучий, основанная на омонимии, изобилии тавтологий и синонимов и т.п. — все, что относят за счет поэтических фигур и личного изобретательства, сконструировано еще первобытным мышлением и становится особенностью именно фольклорного языка.

Продолжение следует.

ЛИТЕРАТУРА

1. Фрейденберг О.М. Миф и литература древности. − М.: РАН, Издат. фирма «Восточная литература», 1998, стр. 75
2. Там же, с.73-74
3. Ковсан М. Книги ТАНАХа в переводе и с комментариями р.М.Ковсана: Теѓилим (Псалмы), Иов, Мишлей (Притчи), Эклесиаст (Свитки Когелет). Статьи в сетевом журнале «Заметки по еврейской истории». berkovich-zametki.com/Zheitk0.php копия
4. Десницкий А. Поэтика библейского параллелизма. http://azbyka.ru/dictionary/02/poetika.pdf

.

Share
Статья просматривалась 455 раз(а)

7 comments for “Из цикла «Очевидное-невероятное»: «поэтический язык находится в неразрывной связи с языком первобытного человека»

  1. Александр Биргер
    25 декабря 2018 at 20:21

    Дорогой Сергей и не менее дорогая Инна!
    Попробуем забыть о поводАх и диссерАХ (копирайт СТ).
    Как говорили в эРФ: контора пишет. Все пишут. Это КАК БЫ творчество, а интернет всё и всех сТЕРПИТ.
    Л. написала книгу «Иисус.Историческое расследование».
    Имеет право. И Б.И. имеет право. Однако, извините, утомляет «диссер» и уверенность в профессиОнализме.
    Грустно девушки…
    🙂

  2. Инна Беленькая
    25 декабря 2018 at 18:44

    Александр Биргер
    23 декабря 2018 at 22:14 (edit)
    АБ: Хотелось бы узнать мнение оппонента, профессионала.
    — —
    СЧ: Дорогой А… Думаю, что Ваш отсыл не ко мне. Странно, ведь я еще во время дискуссии высказал точку зрения, противоположную той, что в блоге.
    __________________________________________
    «Странно», говорите? Мне тоже странно, но не это. А то, с каким упорством, достойным лучшего применения (уж простите за такой затертый оборот), вы все отрицаете. Фрейденберг вы в грош не ставите, ее исследования — не наука. Выготского вы, наверное, тоже не признаете. А уж про Марра я молчу. Тогда кто, по-вашему, ученый? Скажите, пожалуйста. Глядишь, и нам пригодится.

  3. Инна Беленькая
    24 декабря 2018 at 8:12

    Ефим Левертов
    23 декабря 2018 at 21:29 (edit)
    Являюсь для дорогой Инны не оппонентом и не профессионалом, а просто собеседником.
    _____________________
    Дорогой Ефим, очень вам за это признательна.

  4. Александр Биргер
    23 декабря 2018 at 22:14

    АБ: Хотелось бы узнать мнение оппонента, профессионала.
    — —
    СЧ: Дорогой А… Думаю, что Ваш отсыл не ко мне. Странно, ведь я еще во время дискуссии высказал точку зрения, противоположную той, что в блоге.
    О. Фрейденберг, также как и все исследователи древнего мышления, изучали это мышление на.., лучших литературных памятниках. Это все равно, что судить о мышлении русского народа в начале 19 века по «Горе от ума» и «Онегину»,…Первобытный и древний человек мыслили примерно как мы, может быть несколько примитивнее, как нынешние племенные и кочевые народы…
    :::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::
    Дорогой Сергей, Вы будете смеяться, но я запомнил эту дискуссию и — в надежде на комментарий ПРО — поэта, литератора, лингвиста, математика, психиатра…- в крайнем случАе — автора (или оппонента), пишущего скромные танкетки и т.п. мелочи, оставил свой отКлик под работой уваж-ой И.Б.
    Теперь, без колебаний — после Вашего поста в Гостевой, переношу (надеюсь Вы не возражаете) продолжение этой интересной дискуссии в блог И.Б. Не являясь ПРО,
    поддерживаю, однако, Вашу точку зрения. Таким образом, счёт стал КАК БЫ 2:2… Не считая Ольги Ф. и Евгения Онегина 🙂

  5. Ефим Левертов
    23 декабря 2018 at 21:29

    Являюсь для дорогой Инны не оппонентом и не профессионалом, а просто собеседником.
    Исследователи обнаруживают в Библии пять разновидностей параллелизма:
    — синонимический параллелизм основан на синонимии (прямой или обратной) между двумя или более колонами стиха – «Разделю их в Иакове и рассею их в Израиле» (Бытие, 49:7);
    — антитетический параллелизм, при котором второй колон контрастирует с первым – «Сын мудрый радует отца, а сын глупый – огорчение для его матери» (Притчи Соломона, 10:5);
    — синтетический параллелизм – второй колон дополняет первый – «Оправдывающие виновного за взятки и у правого правоту его отнимающие» (Исайя, 5:23);
    — параллелизм расширенного колона – первый колон – неполный, второй колон повторяет начало (иногда и конец) первого и дополняет его – «Господь помнит нас, благословит Он, благословит Он дом Израилев» (Псалмы, 113:20);
    — числовой параллелизм, когда оба колона библейской строки содержат числа, находящиеся в некотором отношении друг к другу – «От трех трясется земля, четырех она не может носить» (Притчи Соломона, 30:21).
    Русская поэтическая традиция основана на чередовании ударных и безударных слогов, например:
    Но-че-ва*-ла туч*-ка зо-ло-та*-я
    На гру-ди* у-те*-са ве-ли-ка*-на
    (Лермонтов)
    Знаком * обозначены ударные слоги, полностью совпадающие в строках по ритму в приведенном примере.
    В библейском стихе тоже есть ударения и ритм, например (Иеремия, 2:2):
    захарти лах хесед неураих (4 слова)
    агават клулотаих (2 слова)
    лехтех ахарай ба-мидбар (3 слова)
    бе-эрец ло зруа (3 слова)
    [Я помню о благосклонности ко Мне в юности твоей, о любви твоей, когда ты была невестой, шла за Мной по пустыне, по земле несеянной]
    Гармония ритмического построения приведенного стиха заключается в том, что количество слогов под ударением в первой половине стиха (4+2=6) равно количеству слогов под ударением во второй его половине (3+3=6), количество же безударных слогов произвольно. В приведенном отрывке из Иеремии, в отличие от русской поэзии в целом, можно увидеть и характерный для библейской поэзии пример параллелизма: вторая часть дополняет первую, четвертая – третью.
    Параллелизм библейской поэзии тесно связан с размером стиха. По мнению р. Азарии де Росси (1511-1579) библейский стих основан на подсчете слов:
    — размер 2+2
    Десница Твоя, Господи, прославилась силой
    Десница Твоя, Господи, сразила врага;
    — размер 3+3
    Внимайте, небеса, и Я буду говорить
    И слушай, земля, слова уст Моих.
    М.Мендельсон отмечал отсутствие в библейском стихе упорядоченности по числу слогов (вспомним для сравнения приведенный пример русской поэзии), долготе и краткости слогов, сходству окончаний строк (рифме). Всему этому, по мнению Мендельсона, авторы Библии предпочли «упорядочивание предметов». Авторы Библии расположили «свои речи так, чтобы их можно было исполнять под музыку», которая в настоящее время забылась. Для этого «расчленили слова на краткие речения почти равного размера, в большинстве случаев – по три слова».
    Основной вывод сегодняшних исследователей заключается в том, что в библейской поэзии распространен размер 3-3, при этом в каждом колоне присутствует по три ударения, а наиболее распространенным типом стихотворной строки является строка из двух колон (биколон).
    Сбалансированными библейскими стихами называются стихи с равным числом ударений во всех колонах строки. При этом в каждом колоне, обладающем этим размером присутствует чаще всего 2 или 3 ударения, соответственно размер 2-2 или 3-3.
    Примеры:
    Разделю их в Иакове и рассею их в Израиле (р-р 2-2, Бытие, 49:7);
    Красны очи его от вина, белы зубы от молока (р-р 3-3, Бытие, 49:12).
    Могут быть стихи и других размеров: 4-4, 5-5, 6-6.
    При несбалансированных (нисходящих) размерах библейского стиха число ударений в колонах неравное.
    Примеры:
    Законы Господни – истина, все праведны (3-2, Псалмы, 18:8-10);
    Дающий дыхание народу на ней и дух ходящим по ней (4-3, Исайя, 42:5).

  6. Александр Биргер
    23 декабря 2018 at 19:54

    Хотелось бы узнать мнение оппонента, профессионала.

  7. Инна Беленькая
    23 декабря 2018 at 17:00

    Поводом для написания этих заметок послужил разговор с моим оппонентом на Портале, который (разговор) убедил меня: то, что очевидно для одних, представляется невероятным для других (да не осудят меня авторы бренда «очевидное-невероятное» за произвольное его толкование).

Добавить комментарий