Лувр и Музей современного искусства имени Помпиду

Лувр и Музей современного искусства имени Помпиду

            Быть в Париже и не быть в Лувре – это не реально. Мы поехали в Лувр на метро. У нас не было мелких денег, чтобы купить «Карне» — блок билетов метро из 10 штук, так дешевле. Однако автомат в метро принимал только монеты достоинством в 1, 2 и 5 евро. Тогда дочка оплатила Карне своей электронной карточкой.

У входа в Лувр всегда большая очередь, но идет она довольно быстро. Здесь, у входа стоит плакат с призывом оберегать свои карманы от воришек. Плакат написан на нескольких языках, включая русский. На плакате имеется также призыв не покупать у уличных торговцев контрафактную (поддельную) продукцию в виде макетиков Эйфелевой башни и т.д. Несмотря на этот плакат, молодые чернокожие мужчины расстелили свои коврики с так называемым контрафактом, они чувствуют себя здесь довольно уверенно.

Очередь подошла достаточно быстро. Мы купили входные билеты (по 10 евро) и вошли в музей. «Что ты хочешь посмотреть?», — спрашивает меня дочь. «Мону Лизу», конечно», — отвечаю я. «Моне Лизе» предоставлен здесь отдельный зал. Однако, подойти к ней невозможно. Во – первых — ограждение на расстоянии не менее 1,5 метров от картины. Во-вторых — публика, окружающая это ограждение, тоже не позволяет подойти близко. К тому же картина закрыта какой-то прозрачной защитой, не знаю специальная пленка это или стекло. Так что картину приходится смотреть издалека, откуда эта картина видится небольшой. Понятно, что проникнуться величием и гениальностью этого произведения в таких условиях трудно. Дочка сфотографировала меня на фоне этой картины. Фотографировать в Лувре можно, но только без вспышки. Получилось довольно смешно – маленькая «Мона Лиза» и большой я. С фотоаппаратом в Лувре произошел у нас довольно смешной случай. Мы осматривали в каком-то зале небольшие картинки на картоне и дочка включила не вспышку, нет, а так называемую подсветку фотоаппарата. Неожиданно в нашу сторону побежал молодой, довольно крупный чернокожий служитель музея. Его намерения были явно агрессивные по отношению к дочери, я чуть преградил ему дорогу, он натолкнулся на меня, мы оба упали, фактически он упал на меня. На нас обоих сверху смотрела дочка и спрашивала нас по-русски: «Мужчины! Почему вы деретесь?». Я, конечно, извинился, перед стражем искусства, как мог. «Но проблем», — отвечал он.

В Лувре есть еще один очень важный экспонат – двухметровая стела из черного базальта с текстом Кодекса Хаммурапи, изготовленная в 18 веке до н.э.  На этой стеле клинописью высечены 247 из 282 статей публичного и частного права Вавилонии (Месопотамия, совр. Ирак). Стела была найдена археологической экспедицией Жака де Моргана в 1901-1902 годах на территории древнего города Сузы и затем перевезена в Париж. Некоторые ученые, но не все, считают, что содержание Кодекса Хаммурапи оказало влияние на  текст нашей Торы. Конечно, мы не могли пройти мимо такого экспоната.

Искусствоведческая, художественная линия Парижа разбита между тремя музеями: Лувр, далее – Музей де Орсе, затем – Музей современного искусства имени Помпиду. Мы не уловили этого сразу в полной мере и из Лувра, вместо Музея де Орсе, поехали в Музей Помпиду. Музей Помпиду – это новодел Парижа. Он был открыт только в 1977 году. Проект сегодняшнего здания Музея Помпиду победил в результате нешуточного конкурса, можно себе представить, какие бури бушевали при его обсуждении. Одним из доводов за современное здание в его сегодняшнем виде был исторический довод – вот, дескать, Эйфелеву башню тоже сначала не принимали, а теперь это один из главных символов Парижа. Слабый довод, надо сказать. Скажу сразу, здание Музея Помпиду мне совершенно не понравилось, трудно полюбить эти заслонки и трубы.

Художественные выставки Музея Помпиду расположены на 5 и 6 этажах. Билет стоит дороже, чем в Лувр, 12 евро. Самое интересное — собственно художественная выставка расположена на 6 этаже. Здесь представлены картины известных художников 20 века. Однако выставлены эти картины с моей точки зрения неправильно. Картины представлены по художественным течениям, а не по авторам – художникам. В результате работы конкретных художников, творчество которых претерпевало изменения в  художественной манере, оказываются разброшенными по различным залам. Конечно, самым важным художником Музея Помпиду для меня был Марк Шагал. Хотя, я знаю, что здесь есть несколько картин Марка Шагала, мне удалось, из-за этой неразберихи с залами, найти только его две картины: прекрасный большой портрет Беллы Шагал в черном платье и картина «России, ослам и другим», написанная в 1911 году здесь, в Париже. Вторая картина в большой степени представляет художника гением не только как художника, но и как социального предсказателя. Снизу картины показана еще более-менее спокойная жизнь – коровка, церковь, но верхняя часть картины нам, людям 20-21 веков, видится как зловещее предсказание о будущих ужасах 20 века. Таково мое понимание этой картины.

На высоте 6 этажа Музея Помпиду мы вышли на смотровую площадку и еще раз сверху осмотрели Париж, на этот раз у нас был даже бинокль. Вид, конечно, был великолепный.

На другой день мы поехали смотреть картины Музея де Орсе, однако поездка в музей оказалась безрезультативной, музей в этот день был закрыт. Мы решили прогуляться по городу и пройтись по набережной Сены в направлении Эйфелевой башни. Когда мы уже подходили к Башне, навстречу нам побежали молодые чернокожие люди с большими сумками в руках.  Моя дочь оказалась знакомой с жизнью больше меня, она сразу догадалась, что полиция начала свою очередную облаву на контрафактников, потому молодежь и побежала.В саму Эйфелеву башню мы не пошли, была слишком большая очередь, но внизу, под башней мы немного побыли, приобщились к духу Парижа, так сказать.

Share
Статья просматривалась 1 045 раз(а)

4 comments for “Лувр и Музей современного искусства имени Помпиду

  1. Инна Ослон
    28 августа 2011 at 16:39

    Очень жаль, если вам не удалось побывать в музее д’Орсе!

    Здание музея Помпиду нам точно так же не понравилось, и мы в него не пошли.

    А в Лувре мой тринадцатилетний тогда младший сын, завидев на стене табличку «Sortie» (выход), неустанно повторял: «Вот мое любимое франзузское слово». Мы до сих пор смеемся.

    • Ефим Левертов
      29 августа 2011 at 18:44

      Мы с дочкой бросили по монетке в пруд Версаля, чтобы вернуться сюда. Тогда и досмотрим, что не успели. Так складывается.

  2. Хоботов
    28 августа 2011 at 11:35

    А как Вам показался «цветной Париж»? Я имею в виду большое число выходцев из Африки на его улицах. Не показалось странным, что «типичный парижанин» теперь ближе к мусульманству, чем к европейской культуре?

    • Ефим Левертов
      28 августа 2011 at 16:01

      Африканцев, действительно много, но без них сегодняшний Париж может просто встать. Практически сектор обслуживания не меньше, чем на 50% отдан цветному населению, и справляется с этим оно неплохо. Об их религии я, естественно, не спрашивал, но у нашего портье, я подозреваю, что он пакистанец, лоб весь в синяках. Я думаю, что он правоверный мусульманин, и по пятницам очень истово молится.

Comments are closed.